Книга Тайна забытой усадьбы, страница 65 – Юлия Евдокимова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Тайна забытой усадьбы»

📃 Cтраница 65

— Возьмут, — сказала Настя.

Старик кивнул и пошёл дальше — вниз, к мосту, в толпу.

Настя постояла ещё. Ветер с Оки трепал её шаль. Где-то внизу кричали чайки. Где-то играла гармошка — весело, с переливами.

Ярмонка.

Она вспомнила, как Аграфена говорила это слово — с той же мягкой интонацией. Не ярмарка — ярмонка. Пора домой, Аграфена, небось, мается, переживает, что обидела.

Аграфена встретила её у порога — с письмом в руках.

— Настен, письмецо доставили. Печать с крестом, церковное.

— А ты всё разглядела. Ох, Аграфена! — покачала головой Настя. С такой нянькой какая личная жизнь! А у самой сердце ёкнуло: неужто Филарету опять помощь понадобилась?

Настя взяла конверт. Плотный, хорошей бумаги. Печать — сургучная, с оттиском. Почерк — женский, мелкий, ровный, красивый. Кто ж пишет?

Она прошла в гостиную, села у окна и развернула лист.

«Милостивая сударыня Анастасия Васильевна!

Пишу Вам по окончании печальных обрядов, кои мы совершили в минувшую пятницу. Наталью Николаевну Черкесскую похоронили на монастырском кладбище, на княжеском участке. Проводить её собралось всё Ворское, и крестьяне, и мещане, и дворовые люди из усадьбы, кто ещё помнит её. Гроб несли на руках до самой могилы. Панихиду служил отец Дормидонт. Скажу Вам откровенно: я давно не видела такого стечения народа на похоронах. Видимо, память о ней сохранилась в сердцах людских, хотя прошло десять лет.

Ныне же должна сообщить Вам о том, что меня насторожило и побудило взяться за перо.

Вчера, около полудня, сестра Серафима прибежала ко мне в крайнем волнении и сказала, что у могилы Натальи Николаевны стоит господин и плачет. Я вышла. Господин был немолод, в дорожном платье, с тростью, по всему видно, что с дороги, и неблизкой. Я предложила ему пройти в трапезную, отдохнуть, испить чаю. Он отказался. Назваться не пожелал, пошёл к выходу.

Я и спросила, кем он усопшей приходится. А он ответил: «Брат я… был им. Да не стал.»

Я не решилась его удерживать. И не послала ни за кем. Уведомлять церковные власти или светские не нашла причины, он не буянил, не богохульствовал, вёл себя смирно. Но слова его запали мне в душу, и я рассудила, что Вам, как человеку, принимавшему живое участие в судьбе Натальи Николаевны, следует о том знать.

Примите моё искреннее почтение и благословение Господне на все дела Ваши.

Да хранит Вас всемилостивый Господь.

Игуменья Феофания (Строганова).»

Настя прочла письмо дважды.

«Брат я. Был им. Да не стал». Неужели вот оно? Вот так просто? Поздно было идти в присутствие, смеркалось. Но и на месте не сиделось.

— Аграфена, кликни-ка извозчика. На углу обычно стоят.

— Да что ж это такое, на ночь-то глядя, Настасья!

— Кликни и не перечь.

И так сердце было не на месте, визитов без приглашения не наносят. Но ждать до завтра она не могла.

Аграфена вздохнула, накинула платок и вышла. Настя осталась стоять посреди гостиной с письмом в руке и с сердцем не на месте…

Визиты без приглашения не наносят. Тем более вечерние. И уж тем более женщина не является к мужчине. Ох, сколько разговоров пойдёт, если кто увидит… А что скажет княгиня… Об этом лучше вообще не думать.

Но ждать до утра она не могла.

Извозчик нашёлся быстро. Настя села в пролётку, назвала адрес.

Город тонул в сумерках. Зажигались фонари. На бульваре гуляли нарядные, неспешные люди. Где-то играл оркестр, похоже, в Александровском саду. Пахло рекой и пылью. Мимо проплывали экипажи — коляски, пролётки, дрожки.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь