Онлайн книга «Молчаливый мальчик»
|
Викарий нетерпеливо машет рукой: — Нам выпала честь стать свидетелями силы молитвы. А теперь узрите чудо! – Он тычет пальцем Чарльзу в грудь и кричит: – Во имя Иисуса Христа, говори! Чарльз стискивает зубы, чтобы незримой стеной отгородиться от слов. Он таращится на мистера Хортона. Мисс Хортон затыкает пробкой флакон с нашатырем. — Папа, боюсь, чудо не сработало. Или пока не сработало. Из коридора доносится стук собачьих лап. Бесси открывает носом дверь и, проскользнув между викарием и его дочерью, начинает обнюхивать лицо мальчика. Глава 23 — Этот мальчик мой, – заявил граф. – Все остальное не имеет значения. Сэвилл почувствовал укол жалости к месье де Кийону. Этот человек привык быть хозяином жизни; его благосостояние, происхождение и способности позволили ему возвыситься над остальными людьми. Но теперь он оказался в униженном положении, так как, утратив былое величие, сохранил привычки знатного человека. Они разговаривали в комнате, которую английские слуги называли библиотекой, хотя за стеклянными дверцами двух книжных шкафов стояло всего несколько книг. Большой стол и пара кресел – вот и вся скудная обстановка комнаты. Несмотря на разожженный камин, здесь было прохладно и сыро. Граф откинулся на спинку кресла, заскрипевшего под его тяжестью. — Не хочу ранить ваши чувства, сэр, но вы должны понимать, что ваша супруга была вашей женой исключительно номинально. — Благодарю вас, сэр… Я в курсе, – ответил Сэвилл. — Итак, вас вообще ничего не связывает с мальчиком, если не считать чисто формальных вещей. В то время как я… Ну что ж, сэр, вы не оставляете мне выбора. Я должен говорить начистоту: в его жилах течет моя кровь. Я являюсь отцом ребенка со всеми вытекающими отсюда последствиями. Речь идет о естественной привязанности и моральном долге. — Вы говорите о моральном долге, сэр? – переспросил Сэвилл; болезненные пульсации в челюсти лишь подстегнули его гнев. – Вы именно это имеете в виду? — Я имел честь пользоваться благосклонностью дамы, которая была вашей женой, в тот самый период, когда был зачат мальчик. Ну что ж… надеюсь, я достаточно ясно выразился. — Эта дама была моей законной женой, сэр. Она была моей законной женой, когда мальчик появился на свет. И она оставалась моей законной женой на момент своей смерти. У меня имеются все права на мальчика. И я тоже несу за него ответственность. — Сомневаюсь, что суд общей юрисдикции с вами согласится, сэр, – огрызнулся граф. – Ваши претензии противоестественны… Они противоречат здравому смыслу. — Это к делу не относится. – Сэвилл будто со стороны слышал свой голос, который теперь звучал так же громко, как и голос графа. – Существует закон, и в данном случае только он имеет значение. Ну ладно, оставим закон в стороне. Вы вообще не представили каких-либо доказательств, что Чарльз – ваш сын. Впрочем, даже при наличии доказательств вы не имеете права распоряжаться ребенком по своему усмотрению. Отодвинув кресло, граф порывисто вскочил. Весь красный от гнева, он тяжело облокотился на стол: — Вы не понимаете с кем разговариваете, сэр. Я напишу мистеру Питту… Я напишу королю… Я напишу… — Мы в Англии, сэр. А не во Франции. — Вот увидите, я по-прежнему способен оставить при себе своего сына. Вам не мешало бы запомнить, сэр, что… |