Онлайн книга «Поцелуй за тысячу парсек от Земли»
|
— Он испытал сильнейший стресс, и все наши усилия пошли насмарку, – прошептала она опухшими губами. – Я даже не знаю, спас бы его в этом случае браслет, если бы Клаус носил его, не снимая. Он впрыскивал лекарство, когда его уровень в крови падал. Но нет ничего хуже, чем потрясение от предательства. Тут никакие лекарства не помогут. Нервная система хлюссов отличается от человеческой. Иногда она запускает разрушительные программы. Я оделась и села на кушетку рядом с доктором. Я чувствовала себя виноватой. — Я не знала про браслет. Если бы вы предупредили, я проследила бы. — Я думала, мой сын уже взрослый, а он, оказывается, совсем мальчишка. Влюбленный в свою донну мальчишка. Совсем как когда–то его отец. — Его можно вылечить? Я отдам всю кровь, если понадобится. — Ты добрая девочка, – она посмотрела на меня с благодарностью, – но, боюсь, среди людей Клаусу не выжить. Ему надо вернуться в Океан. Там помогут. Там совсем другая жизнь. — Но вам не позволят. — Я объясню его отцу, чем он рискует, если не отпустит мальчика. Сейчас у меня достаточно сил и знаний, чтобы донести до Вольфа правду. Ему придется смириться. — А потом, после Океана, Клаус сможет жить среди людей? — Я не уверена. Но он хотя бы будет жить. Я уйду вместе с ним. — Клаус уже знает? — Доктор Родригес объяснит. Это он предложил единственный оставшийся вариант. — Я могу увидеть Клауса? Он пришел в себя? Он не сердится на меня? — Он ждет тебя. Пойдем. Когда мы вошли в палату, я поразилась бледности Клауса. Он лежал, закрыв глаза. На фоне белого постельного белья его кожа казалась серой. Я опустилась на колени и положила голову ему на руку. Он слабо пошевелил пальцами. — Норма, – прошептал он. Я подняла на него взгляд. Он смотрел на меня удивительно зелено–синими глазами. Я обернулась на доктора Митчелл, и она печально вздохнула. Я поняла, что все плохо, раз цвет радужки перестал быть черным. — Как ты, Клаус? – хлынувшие слезы мешали мне смотреть ему в лицо. Он потянулся и поймал пальцем одну слезинку. Сунул ее в рот. — Соленая. Как вода в Океане. Мне придется войти в него. — Как же так, Клаус? — Другого выхода нет. Доктор Родригес не стал врать. — Прости, это я виновата. Надо было сразу признаться в своих подозрениях насчет той ночи, но я старалась отогнать от себя страшные мысли. Я думала, это галлюцинации. Как и появление Трофима. — Не плачь. Я не сержусь. На тебя не за что сердиться. Это я был слеп. Жаль, что не смогу взять тебя с собой. Ты не умеешь плавать, – он, улыбнувшись, потрепал меня по голове. Я повернулась к доктору Митчелл и взяла ее за руку. — Помнишь, я однажды упрекнула тебя, что любила бы свою маму, даже если бы у меня на пальцах были перепонки. — Господи, какими мы с отцом были глупцами! – Клаус сморщил лицо, как от лимона. – Доктор Родригес признался, если бы Вольф сразу, как только я родился, дал отнести меня в Океан, то сейчас я был бы здоров и мог свободно жить в двух мирах. — Все мы допускаем ошибки, – доктор Митчелл с болью во взоре смотрела на сына. — Но Вольф даже не стал слушать и вычеркнул маму из нашей жизни. Мне очень жаль, но у меня не осталось времени, чтобы найти ее... — Она здесь. Она всегда была рядом с тобой. С самого детства. Ее зовут доктор Лейла Митчелл. |