Онлайн книга «Мой светлый ангел»
|
Я все это время сидела рядом, гладила ее по спине и тихим голосом рассказывала всякую ерунду, желая хоть как-то ее успокоить. Получалось плохо. Поля то и дело срывалась на крик, рассказывая мне по десятому разу, как вчера перед самым ужином приехал человек Шишкина и привез записку, прочитав которую Навроцкий засобирался в Рясск — мол, приятель дела завершил и теперь с нетерпением ожидает, когда Владимир Александрович вернется к нему от Кротовых. — А батюшка-то каков! — рыдала Полина. — Не мог уговорить его задержаться у нас еще хотя бы на денек? Как же мне теперь быть? Я без него не могу-у… Я кивала, участливо обнимала ее за подрагивающие плечи, вздыхала и мысленно благодарила Господа за счастливое избавление от жуткого барина. Однако ж радость моя длилась не долго. Прошло едва ли десять дней, как Павел Петрович получил от Навроцкого записку, в которой тот спрашивал позволения приехать в гости снова. Я разве что зубами не скрежетала от негодования. Десять дней со всей присущей мне осторожностью и деликатностью я убеждала Полю, что Навроцкий ей не пара. Вспомнила и его равнодушные ответы на ее восторги, и пренебрежительное отношение к слугам («Добрый человек добр ко всем без исключения, как ваш папенька») и, в качестве главного аргумента, припомнила поспешность, с которой он покинул Светлое — разве увлеченный мужчина сбежит так быстро от понравившейся барышни? Полина то кивала, соглашаясь, то кричала, что я все выдумала, а он… он просто испугался своих чувств, но непременно все осознает и обязательно вернется. «Боже, дай мне терпения и сил, чтобы сдержаться и не стукнуть ее!» — думала в эти моменты я. И вот, когда Поля более менее пришла в себя, и хандра, навалившаяся после отъезда предмета ее мечтаний, стала отступать, этот предмет снова появился на горизонте и свел все мои старания на нет. Полинька, конечно, была счастлива. — Что я говорила! — торжественным голосом заявила она мне. — Ему нужно было время, чтобы во всем разобраться. Камердинер барина Иван Петрович пошел дальше и во всеуслышание объявил слугам, что осенью Полина Павловна из Кротовой станет Навроцкой. — А что, Владимир Александрович барышню замуж позвали? — удивилась Лукерья Ивановна. — Еще нет, — невозмутимо ответил Иван Петрович. — Но это дело времени. На днях молодой барин снова к нам пожалуют-с. Верно, предложение делать будут-с. — Ой, да ладно, — фыркнула Настюша. — Барин два денечка всего в прошлый раз погостили. Может, ему рыбалка на нашем озере понравилась. Или пироги с крольчатиной. А вы, Иван Петрович, сразу уж — предложение. — А вдруг там любовь? — томно вздохнула Марфуша. — С первого взгляду. Тогда и ждать нечего — жениться надоть. — Вон сколько их, женихов энтих влюбленных, к нам ездило, — хмыкнула Лукерья Ивановна. — И всем от ворот поворот. — Навроцкого и барышня, и Павел Петрович одобрили, — важно заявил камердинер. — Даст Бог, на этот раз сыграем свадебку. Я тогда незаметно поплевала через плечо — вдруг обойдется? В день, когда Навроцкий должен был приехать в Светлое, я отпросилась у Полиньки в село — навестить родных. Она не возражала. Она вообще была в таком прекрасном расположении духа, что вздумай я попросить, что угодно, хоть ее любимое шелковое платье, отдала бы не задумываясь. |