Онлайн книга «Арктур: цена свободы»
|
Кайрос поблагодарил её и вышел на крыльцо. Догадка, с которой он уехал из доков, больше не была просто догадкой. Рапорт он исправлять не стал. Если бы он вписал туда людей Томаса, делом занялось бы всё ведомство, а о маге, из которого выпили всю силу, к вечеру знали бы во дворце. Разбираться в этом Кайрос собирался сам. Ноэлю он велел две вещи: поторопить архивы и отправить Томасу благодарность от ведомства — две строки, без подписи. Пусть Томас считает, что на этом для ведомства всё кончилось. * * * Все эти дни Вейн в закрытом зале не появлялась, и тяжесть не отступала. Спрашивать о ней Кайрос не стал. Досье принесли на десятый день, к вечеру, когда в ведомстве уже гасили лампы. Ноэль положил на стол пачку толщиной в два пальца, перевязанную бечёвкой, и задержался у двери дольше, чем требовалось. — Восточные храмы отвечают медленно, — сказал он. — А в архиве короны пришлось ждать допуска. Часть бумаг — копии с копий. — Что-нибудь из Сирая? — Ничего. — Ноэль помялся. — Это ведь та самая девушка? Ученица Грина. С корзиной. Кайрос поднял на него глаза. — Перед которой вы уступили дорогу, — уточнил Ноэль и тут же об этом пожалел. — Кухарке, Ноэль. Иди домой. Дверь за Ноэлем закрылась. Кайрос подкрутил фитиль, и по кабинету пополз запах горячего масла. Он развязал бечёвку. С первыми листами он был знаком. Зов Нити в городском храме, семь лет: чёрная, полукровка. Показания смазаны, сделан надрез. Ниже той же рукой указана причина неясности: «старые нити в роду матери». Почерк неровный, запись короткая: в тот день через храм прошло сорок детей, и на каждого храмовник потратил меньше времени, чем на эту строку. Кайрос перевернул лист, потом вернул его и перечитал последнюю строку. «Старые нити в роду матери» — удобное объяснение: им закрывают любую неясность, когда за спиной ждёт очередь. Заключение Леонида: две доминирующие нити, чёрная и зелёная, вровень, примесь неустановленных. Ниже приписка рукой его внука: зелёная проявляется слабо, предположительно откликается на угрозу телу. Бумаги комиссии: отказ по физической подготовке, подписи трёх членов. Одна из подписей — его собственная. |