Онлайн книга «9 скрытых жизней»
|
Ума Джа призывает всех, у кого есть хоть какая-то информация, откликнуться. Не вернулся ли в тот вечер кто-то из членов вашей семьи домой неожиданно поздно? Или, возможно, ваш друг выглядел растрепанным и рассеянным? Важна каждая мелочь – любая деталь может помочь пролить свет на дело, которое ставит полицию в тупик уже тридцать лет. “Меня ужасает мысль, что мама, возможно, пожертвовала собой, пытаясь помочь другим женщинам”, – сказала Ума Джа. Прожив значительную часть взрослой жизни вдали от Юго-Западного Лондона, доктор Джа вернулась вместе с мужем, Эдвардом, в начале прошлого года, чтобы ухаживать за больным отцом. “То, что я росла без матери, невероятно сильно на меня повлияло. Ее убийство тридцать лет назад затронуло не только меня, но и бесчисленное множество других людей. Снова и снова я спрашиваю себя, не скрывал ли свидетель последние три десятилетия – сознательно или неосознанно – личность убийцы моей матери. Эта мысль до сих пор мучает меня почти каждый день. Я уверена, что этот секрет терзает и других”. 1. Ума Джа “Уме казалось, будто для него ничего не существовало за пределами кабинета – даже ее самой”. Она стояла перед зеркалом в ванной, прижав пальцы к легким морщинкам, которые в последнее время появились в уголках глаз. В следующем месяце ей исполнится тридцать пять – столько же было ее матери, когда та погибла. Были ли у нее такие морщинки? У Умы никак не получалось вспомнить. Отец мог бы знать, и будь Маниш Джа другим отцом, Ума, возможно, спросила бы его. На протяжении всего ее детства Маниш едва произносил имя жены. Поглощенный горем, он ушел в академический мир, где находил единственное утешение. Уме казалось, будто для него ничего не существовало за пределами кабинета – даже ее самой. Единственную отдушину ей давало время, проведенное с тетей Хемой: она помогала той растить своих двух младших двоюродных братьев. Ума отвернулась от зеркала и прошла в спальню. Под нижним краем оконных жалюзи был спрятан золотой ключ, которым заводились ее изящные старинные часы. Каждое утро она совершала этот ритуал – семь оборотов, пока часы не будут полностью заведены. Эта семейная реликвия, ярко раскрашенная, с расписанным вручную циферблатом была подарком от тети после свадьбы прошлым летом. К часам не прилагалось записки – вообще ни единого иного слова по поводу церемонии, на которую тетю Хему не пригласили. После десяти лет вместе ни Ума, ни Эдвард не хотели пышного торжества. Из родственников она пригласила только отца. Стоило ей тогда на мгновение задуматься о более крупном празднике, сама мысль о вечеринке с тетями, дядями, двоюродными братьями и сестрами и их многочисленным потомством ее ужаснула. Через неделю после того, как подарок пришел, она написала тете письмо от руки, но за прошедший год больше ничего от нее не получала. Живя вдали от Лондона, было легко забыть о прошлом – о детстве, о семье, о гибели матери. В восемнадцать Ума сбежала из родного города. Отучившись в Эдинбурге, она два года проработала врачом в частной клинике в горной Шотландии. Вместе с Эдвардом она переехала в его родной Лимингтон. Но затем, в начале прошлого года, пришел диагноз – у ее отца рак, и семейная преданность Умы оказалась удивительно сильной. |