Онлайн книга «Наследница шрамов»
|
Он пытался обеспечить мне нормальную жизнь, которой у него не было, потому что сам он вырос в Ундене. Жизнь с поездками на метро, куда захочется, со школой и друзьями, с консультациями врачей и лечением в больнице, когда понадобится. Он стольким пожертвовал, чтобы дать мне эту новую жизнь… А я швырнула ее назад, ему в лицо. Не поняла, какой подарок он мне преподнес: возможность начать сначала. Сейчас я бы отдала все за мир, где я жила с отцом. Я бы вернулась, вернулась, вернулась. Я бы постаралась его понять. Я бы проводила с ним больше времени. — Астрид? – шепчет голос позади. Там, низко опустив факел, стоит Йохан. Вот уж кого бы я не хотела сейчас видеть. Йохан не отозвался, когда был мне нужен. Даже если я не заслуживаю его усилий, мог бы помочь папе. По щекам бегут горячие слезы. — Чего тебе? Я знаю, что обижаю Йохана. Но смотрю на застывшее лицо папы и не могу удержаться от ненависти. Ненавижу всех: Йохана, Унден. Папа был прав, называя это место проклятым, как был прав и насчет Аммы. У нас никогда не было возможности бросить Унден… Из-за меня. Йохан садится рядом на корточки. — Я хочу тебя поддержать. Как должен был на службе. Только я не смог, очень расстроился. Ты меня обидела, когда оттолкнула после переезда, но я знаю, сейчас тебе нужен друг. Как и мне, когда я потерял мать. – Он протягивает руку. – Мне очень жаль, Астрид. Мне тоже. Но толку от этого мало. Папу не вернуть. — А не пошел бы ты куда подальше, – срываю я злобу на нем, хотя сейчас больше всего ненавижу себя. Йохан качает головой: — Я не позволю тебе снова меня оттолкнуть. — Ты в этом участвовал. — Только потому, что не знал правды, – говорит Йохан, давясь словами. Когда я наконец заставляю себя на него взглянуть, по его щекам тоже катятся слезы, блестящие в свете факела. – Она сказала, что моя мать была выбрана самой Фрейей. Что это быстро. Безболезненно. А потом Фрейя заберет ее в вечные поля… — Она, черт побери, лгала. — Теперь я знаю. – Йохан роняет руку. – Я ошибался… Мы все ошибались. Не нужно было слушать твою бабушку. Не нужно было доводить до такого. Но мы боялись того, что случится, если мы ослушаемся. Каждый день зимнего солнцестояния мы видели, что нас ожидает: чудовища собирались у хофа. У меня сжимается сердце. Самое опасное чудовище – Амма. Убеждать она умеет. Но ее правда – вертлявая, как змея. Она манипулирует людьми, пользуясь их верованиями, страхом, любовью, чтобы они выполняли ее приказы. Даже папа. Большую часть жизни он провел в Ундене. Конечно, знал о жертвоприношениях, но, наверное, тоже верил лжи своей матери. Во рту появляется рвотный привкус. Очнулся он, видимо, только после того, как она убила его жену. После того, как лишила меня матери. Почему мы не уехали еще тогда? Имею ли я право его винить? Я смотрю на заплаканное лицо Йохана. И Йохана тоже? Амма и меня убедила… Я хотела убить человека по ее приказу. Пока она не решила убить моего отца. Слишком поздно я узнала о ней правду. — Ты стал ее жертвой, – шепчу я, понимая, что за его словами кроется правда. Меня обнимают теплые руки. Йохан притягивает меня к себе и гладит по голове. — Ты тоже жертва, – шепчет он мне в волосы. – Не держи это в себе. Я здесь, чтобы тебе помочь. Мы все ее жертвы. Папа. Йохан. Я. Унден. |