Онлайн книга «Наследница шрамов»
|
Все смотрят на меня. Глава третья ![]() К концу службы солнце уже почти спряталось за горизонт. Близится зимнее солнцестояние, и нам вообще повезет, если удастся урвать хотя бы пять-шесть часов дневного света. Я смотрю на раскинувшееся кладбище: закатные лучи заливают древние камни жутким красным сиянием. Надгробия, каждое высотой с того человека, о котором хранит память, отбрасывают на холм тени, похожие на длинные пальцы. На мгновение кажется, что на склоне неподвижно стоят сотни мертвецов. Прогоняю страшное видение и подхожу к Йохану. Покинув хоф, все медленно поднимаются на холм к могильному надгробию Аммы, стараясь не споткнуться о камни в земле. Мы с Йоханом идем рука об руку. В последний раз мы были вместе, вот так же, совсем маленькими – карабкались на валуны и кричали: «Я Горный король!» Может, он захочет пойти со мной. — Почему бы нам не поискать в Тиведене? – спрашиваю я. – Погуляли бы, как в старые времена. Йохан хмурится. — За хоф заходить нельзя, – сурово говорит он. – Ты это знаешь. Я закатываю глаза. — Уж не хочешь ли ты сказать, что до сих пор веришь в скрытый народ. — Если ты не веришь, – спрашивает он, внезапно обидевшись, – почему тогда носишь на шее троллькрест[11]? Я смотрю на кожаный шнурок и тянусь к гнутому куску холодной стали, свисающему с него. — Мне дала его Амма. Поэтому. Я до сих пор помню, как она повесила мне на шею кулон и освободила косу. «Носи его всегда», – серьезно наказала она. Йохан укоризненно качает головой: — Если ты их не видишь… — …это вовсе не значит, что они не существуют, – заканчиваю я. – Знаю. А тебе не кажется, что это очень удобно? Как ты можешь верить в предания и одновременно увлекаться наукой? — Одно другого не исключает, – сурово отвечает Йохан. — Вот так же я думаю про Амму, – настаиваю я. Может, нужно просто объяснить, чтобы Йохан понял. – Для меня сейчас она как кошка Шрёдингера. Живая и мертвая. Пока я ее не найду, не узнаю, что с ней на самом деле. — Но это вовсе не так. – Йохан взъерошивает кудри. Наукой он увлекается с детства. – Тот мысленный эксперимент о квантовой суперпозиции, и… знаешь что, ну, не важно. Я объясню. Наблюдают за кошкой или нет, это не меняет ее состояния: она либо жива, либо мертва. А вот быть одновременно живой и мертвой она не может. Именно поэтому Шрёдингер и придумал мысленный эксперимент. Он хотел доказать ошибочность… Я раздраженно вздыхаю. — Ты не понимаешь. Я просто… Мне нужно знать. Смерть мамы – старая рана, шрам незаживший, но все-таки мягкий. Исчезновение Аммы больше похоже на перерезанное горло – резко, внезапно. Без объяснения. Без завершения. Нет ничего. Оказывается, не знать хуже, чем знать. Никто не поймет, пока не столкнется с этим. Я складываю руки на груди. — Говорю тебе, должна быть какая-то причина, почему она пошла в Тиведен. И не вздумай рассказывать мне про скрытый народ. Йохан отводит взгляд. — Это не меняет того факта, что она пропала несколько недель назад, и ну… Его молчание говорит больше, чем слова. Я смотрю на камни, усыпавшие холм. Можно не верить в скрытый народ, но я знаю, какие здесь бывают морозы. Знаю об обезвоживании, голоде и… Нет. Об этом и думать не хочу. Поэтому сосредоточиваюсь на оставшихся вопросах. Почему Амма ушла за хоф? Почему Линд так спешит объявить ее мертвой? И если все верят, что она умерла, почему никто о ней не горюет? |
![Иллюстрация к книге — Наследница шрамов [book-illustration-5.webp] Иллюстрация к книге — Наследница шрамов [book-illustration-5.webp]](img/book_covers/141/141057/book-illustration-5.webp)