Онлайн книга «Преддверие I»
|
— За что пьёте, мальчики? – небрежно бросила она, проходя мимо, даже не вслушиваясь в ответ. — За Заморыша, – ответствовал ей Фичьо. Тогда она встала и удивлённо обернулась. Я ждал этого момента и боялся его. Я не представлял, как посмотрю ей в глаза и что вообще смогу сказать. — Кристиан! – охнула она от неожиданности, но потом тут же взяла себя в руки и подбоченилась. – Это где же тебя носило, хотела бы я знать? Но это была уже игра. Я видел её настоящую секунду назад. Я встал. — Ты меня не выгонишь? — С чего бы? Я давно хотела сделать из твоей клетушки кладовую, да всё как-то руки не доходили. Знаешь, сколько хлопот у одинокой женщины? — Сама виновата, – фыркнул у меня из-за плеча Фичьо, – вышла бы за меня – никаких забот бы не знала. А я в молодости был ничего себе, кудрявый и стройный, как молодой клён. Ты вспомни, Заморыш, разве нет? Он был почти на голову ниже меня, и в его устах моё прозвище звучало особенно трогательно. Эска расхохоталась, похлопала меня по плечу и пошла по своим неотложным делам. — Потом поговорим, Заморыш. Я следил за ней как привязанный, моя голова невольно поворачивалась туда, где она появлялась. Так было всегда. Так осталось до сих пор. Ничто не помогло: ни время, ни расстояние, ни другие страны, ни другие женщины. Осталась глупая детская мечта о хозяйской дочке, недоступной не только по рангу, но и по причине своего неукротимого характера. Эска бесспорно была лидером, вокруг неё всегда кипела жизнь, она брызгала идеями, как фонтан на площади Боголюбия, а без неё было просто скучно. Я, Кристи-Заморыш, гордился тем, что дружу с ней, что она мне доверяет и в чём-то со мной согласна. О большем я и думать не мог. Я часто спрашивал себя, кому же она достанется со своим независимым нравом, кого предпочтёт, ибо выбирать-то будет именно она. Я не напрягаясь мог перечислить по крайней мере дюжину кандидатов, желающих привязаться к ней навеки. И возглавлял этот славный список я сам. Добропорядочные соседки Эску не любили. Меня они почему-то считали примерным мальчиком и старались по-своему защитить от её влияния. Старая, даже очень старая дева Ведбеда, самое нудное существо во всём Тиноле, раза три хватала меня за плечо костлявой рукой и сухо предупреждала, чтобы я держался от этой хулиганки и распутницы подальше. Кажется, на третий раз я произнёс первое в своей жизни ругательство. Я назвал её старой дурой. Я покорно ждал, пока разойдутся посетители, пока приберётся прислуга, пока улягутся спать дети и Эска наконец освободится. Потом всё действительно было так, как я представлял много раз: мы сидели в тишине у горящего камина в её комнате и могли говорить хоть до утра. — Здесь до сих пор считают, что я донёс на твоего отца? — Наверно… только все об этом давно забыли. Это мелочи, понимаешь? Мелочи. У каждого своя жизнь. Неужели это подозрение гоняло тебя по свету целых шестнадцать лет? — По-твоему, этого мало? — Я никогда в это не верила. — Спасибо. Она рассказала кое-что о наших друзьях, как бы в подтверждение того, что у всех свои проблемы и о моих грехах и думать забыли. Канетто открыл пекарню, но ещё не расплатился за патент, Исидия никак не может родить и погуливает от мужа, а у Джоло недавно, совсем недавно, умерла сестра. |