Онлайн книга «Преддверие I»
|
— Но ты, по крайней мере, скопил денег? — Я больше тратил, чем копил. — Ты нашёл себе покровителей? — Я их растерял. Я никому не нужен, тётушка, но и вам тоже. Оставьте меня в покое. Я вам, кажется, не родня. — Да, – пробормотала она, – ты оторванный листок… – Потом добавила с нажимом: – Не женись на этой женщине, она распутна. Этого я и ждал. Поэтому и не разозлился, мне стало смешно. Годы шли, ничего не менялось! — Она сама за меня не пойдёт, тётушка. — Она принесёт тебе несчастье. Я знаю! — Мне? И какие у меня могут быть несчастья? Чего мне терять? У меня даже честного имени не осталось. Не пугайте меня, тётушка, и ступайте своей дорогой. А мне пора топором махать, а то мёрзну. Оловянные глаза моей доброжелательницы сверкнули злобой. — Будешь ломаться на неё за тарелку супа и крышу над головой. Думаешь, ты первый такой работничек? В общем-то, злиться на это убогое создание я не мог, но топором пригрозил: — А ну-ка брысь отсюда, карга старая! Что-то ты разболталась! Ведбеда поднялась из-за стола с неизменным достоинством. Она вся была в чёрном, как новоиспечённая вдова. Седые волосы торчали паклей из-под крахмально-белого чепца. — Ты глуп, Кристиан, – сказала она с умным видом, – но это ничего, это не страшно. Потому что за тебя будут думать другие. Я смотрел ей вслед, несколько опешив. Эска подошла не сразу, но позже всё же поинтересовалась, зачем приходила сектантка. — Всё за тем же, – усмехнулся я, – предупреждала, чтобы я на тебе не женился. — За каким дьяволом мне такой муж, как ты! — Это-то понятно… — Всё. Больше эту пареную репу и на порог не пущу! Ближе к вечеру я отправился к Джоло. Он жил в самом конце Кожевенной улицы и, судя по вывеске, занимался тем же, чем и его отец: шил сапоги. Не сам, конечно. На него работала кучка подмастерьев и подростков-учеников. Мастерские занимали весь первый этаж. На втором совсем недавно жил сам хозяин с матерью и сестрой. Теперь сестры не было, и весь дом ещё хранил следы недавнего траура. Я чувствовал себя неловко, вторгаясь в этот печальный покой, тем более что не был зван. Джоло долго смотрел на меня затуманенными глазами, оторвавшись от книги счетов и не понимая, кто я и зачем. Он почему-то не узнал меня, хотя другим не помешала ни моя борода, ни моя поседевшая шевелюра. Впрочем, потом всё встало на места. Мы сидели за столом, целеустремлённо напивались и, перебивая друг друга, рассказывали о промелькнувшей жизни. Он тоже не был женат, больше всех на свете любил свою сестру и ничего не мог понять в её смерти. — Ненавижу Смерть, – сказал я, мотая захмелевшей головой, – ненавижу, как врага. — Ты хочешь, чтобы все жили вечно? – снисходительно усмехнулся Джоло. — Нет. Но считаю, что каждый должен умирать только тогда, когда ему пришло время и когда он к этому готов. Такую смерть я понимаю и приветствую. Но она, как правило, подлая и жестокая, она приходит внезапно и косит без разбора. — Но ведь на всё Божья воля, Кристи! — Не верю. Если ты рождаешься способным прожить девяносто, то почему должен умереть молодым? И почему в муках, а не достойно и легко? Зачем создавать такое сложное и способное чувствовать и мыслить существо как человек, чтобы тут же превратить его в кучу костей и мяса? Не верю! Умирать должны только старики, которые уже исчерпали эту жизнь и поняли её, которые прошли все её этапы. Им уже незачем оставаться на этой земле. А всё, что раньше, – от дьявола! |