Книга Введение в социологию музыки, страница 126 – Теодор В. Адорно

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Введение в социологию музыки»

📃 Cтраница 126

Принципиальной ошибкой такого рода методов является то, что они вырабатываются на основе априорной (и очевидно, заимствованной у Адорно) презумпции существования у музыки смысла и способности потребителей этот смысл считать; далее, разумеется, логично предположить, что смысл этот содержится в первую очередь в словах песен, так как это представляется самоочевидным. Эта теория выглядит незыблемой до тех пор, пока исследователю не приходит в голову задаться вопросом: а точно ли этот смысл есть? – и не начать искать подтверждение или опровержение этого представления непосредственно в среде потребителей. Тут выясняются удивительные вещи: оказывается, для разных потребителей, и в первую очередь для разных групп потребителей, этот смысл как минимум разный или же неочевидный; в худшем же случае становится понятным, что для множества слушателей идея наличия в музыке какого-либо смысла вообще не актуальна. В связи с этим единственный способ выяснить, для чего же потребителям нужна музыка и что они из нее извлекают, – это спросить у них самих, как и каким же смыслом они ее наделяют. Данный подход оказывается принципиально противоположным подходу традиционного музыковедения, в котором идея наличия имманентного музыке смысла редко подвергается сомнению. А спрашивать слушателя, каким смыслом он музыку наделяет, – по сути, значит именно такого рода сомнение и выказывать.

Таким образом, самым плодотворным подходом в изучении популярной музыки практически всегда оказывается в той или иной степени подход, связанный с выявлением привычек потребителя. Согласно Филипу Тэггу, популярная музыка:

1) создается для массового распространения среди обширных и социокультурно гетерогенных групп слушателей;

2) хранится и распространяется в неписьменном формате (имеется в виду отсутствие нотной записи);

3) возможна только в индустриальной монетарной экономике, в которой она становится товаром;

4) в капиталистическом обществе является объектом законов «свободного» предпринимательства, согласно которым в идеале следует продавать как можно больше как можно меньшего наибольшему числу потребителей («as much as possible of as little as possible to as many as possible»)[399].

Нетрудно заметить, что собственно музыке в этом списке уделено мало места. Определяющими факторами ее существования являются факторы экономические, статистические и логистические. Чтобы продать «как можно больше как можно меньшего наибольшему числу потребителей», нужно знать вкусы потребителя, а они выясняются в первую очередь через изучение разного рода хит-парадов и статистических сводок агентов ее распространения.

III

Предметом социологических исследований 1950-х годов, когда, собственно, и появляется интерес к изучению музыкальной культуры, были массовый рынок и девиантные подростковые группы, то есть не производители музыки и не сама музыка, а ее потребители и их привычки[400]. Довольно хладнокровно относясь к теоретическим постулатам Адорно, музыкальная социология того времени отталкивалась, скорее, от построений и интуиций Чикагской школы социологии, изучавшей девиантное поведение участников социальных групп, в особенности от работ Говарда С. Беккера (в первую очередь его небольшой, но революционный для своего времени труд «Аутсайдеры: Исследования по социологии девиантности» и книга «Миры искусства»), в которых он показывал, как группы людей, по тем или иным причинам вытолкнутые обществом на обочину, формируют свои привычки и пристрастия в качестве символического ответа на выказываемый в их адрес остракизм. Отталкиваясь от этой идеи, в конце 1960-х – начале 1970-х годов группа английских социологов, так или иначе связанных с бирмингемским Центром современных культурных исследований (CCCS), разработала свою теорию субкультур, которые ими полагались формами классовой борьбы за место под солнцем. Музыка, неизменно сопровождающая и во многом характеризующая эти субкультуры, их интересовала постольку, поскольку вписывалась, наряду с одеждой, рекреационными и трудовыми привычками и сленгом, в семиотический набор для символического обмена, с помощью которого участники субкультур отличали своих и символически же отвоевывали городское пространство, физически утерянное в связи с урбанизацией и массовой миграцией в послевоенной Британии. В связи с этим концепции Адорно тоже мало их интересовали: характерно, что в знаменитом сборнике, своего рода визитной карточке CCCS, «Сопротивление через ритуалы» («Resistance Through Rituals»), составленном, правда, из фрагментов статей, Адорно не упоминается ни разу; вовсе не упоминается он и в другом основополагающем для западной музыкальной социологии труде – «Субкультура: значение стиля» («Subculture: The Meaning of Style») Дика Хебдиджа.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь