Книга Античная наука в социальном и культурном измерении, страница 158 – Леонид Жмудь

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Античная наука в социальном и культурном измерении»

📃 Cтраница 158

7. Христианство и mathēmata

Когда обратившиеся в христианство образованные люди пытались найти в нем место для усвоенных ими ранее культурных ценностей, они сталкивались с оппозицией тех, кто последовательно предпочитал божественную истину «мудрости этого мира» (1 Кор. 3:19)[775]. Таких в первые века христианства было подавляющее большинство, поскольку это большинство, заключает Г. Гэмбл, было неграмотным[776]. «Кроме того, – добавляет он, – греко-римское образование было основано на языческих текстах, наполненных моральными и религиозными идеями, которые христиане не одобряли, и это отбивало охоту у тех, кто в противном случае мог бы им воспользоваться». Так, апокрифическое «Наставление апостолов» (III в.) предписывало избегать всех книг язычников (1.6).

Первые шаги в создании христианской философии (теологии) были предприняты на рубеже II–III вв. Климентом и Оригеном, прошедшими обучение в философских школах Александрии, главного центра образования и науки того времени[777]. Принципиально важную роль в их готовности поставить светское образование на службу теологии сыграли труды Филона Александрийского (см. выше, 332), который подробно обосновал полезность enkyklios paideia для развития личности и понимания Священного Писания[778]. Энциклические науки помогают восприятию философии, а философия – приобретению мудрости, учил Филон, mathēmata оттачивают разум и учат добродетели, пробуждая в ученике ценные качества – умеренность, справедливость, согласие и т. п. Климент во многом повторял сравнения и аргументы из трактата Филона «О соитии для предварительного обучения», касающиеся триады пропедевтические науки – философия – мудрость[779], с тем, однако, отличием, что он писал не для евреев, а для греков и что для него пропедевтические дисциплины не были необходимым путем к добродетели и божественной истине – последние мог найти в Священном Писании любой христианин, даже и не получивший никакого образования. Образованный христианин все же гораздо лучше необразованного, убеждал Климент своих оппонентов, полагавших, что философия придумана дьяволом (Strom. 6.66.1), философии не следует бояться, она и сама по себе хороша, поскольку дана Богом и тем более если заниматься ею для познания Бога: «Ибо философия была для греческого мира тем же, чем Закон был для евреев: наставником, ведущим ко Христу» (1.28.3, ср. 6.44.1). О пользе четырех mathēmata Климент писал то же, что и Филон (6.80.1–4), переняв у него и пристрастие к арифмологическому толкованию Библии (6.84–87).

Ориген, сын образованного христианина, обучившего его энциклическим предметам и Священному Писанию, хорошо знал греческую литературу, а позже очень основательно познакомился с философией различных греческих школ[780]. В его трудах есть свидетельства серьезного изучения математики[781], правда, из геометрии и астрономии он советовал почерпнуть то, что полезно для толкования Священного Писания (Epist. ad Greg. Thaum. 1). На упреки Цельса в том, что христиане стремятся привлекать к вере одних лишь необразованных и глупых людей, он отвечал: «Быть поистине образованным человеком вовсе не плохо, ведь образование – путь к добродетели» (C. Cels. 3.49), христиане обращаются отнюдь не только к темным людям (3.50). Свои образовательные идеалы Ориген сумел реализовать и на практике. Переселившись в 233 г. из Александрии в Кесарию в Палестине, он стал преподавать здесь в рамках катехизической школы либо частным образом (здесь мнения специалистов расходятся) по программе, в которой за логикой и диалектикой (Greg. Thaum. Pan. Or. 7.98–108) следовали физика, геометрия и астрономия (8), за ними этика (9–13) и, наконец, теология, сначала в виде текстов греческих поэтов и философов (их он подвергал критике), а затем и Библии (13–15)[782]. По свидетельству его ученика, он обучался этим предметам у Оригена в течение пяти лет. Объединение физики, геометрии и астрономии в одну группу, идущую за логикой и предшествующую этике, указывает на стоическое влияние; так, у Клеомеда астрономия подразумевала геометрию и была частью физики (см. выше, 345 сл.). Данных о том, что эти предметы были частью христианского образования до или после Оригена, нет.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь