Онлайн книга «Замри. Роман с театром»
|
Министр культуры Самары кричит директору театра Соколову: «Бренд, бренд нужен, бренд театра на одежде, на чашках…» Звонит её мобильник. Из разговора ясно: готовится «ёлка губернатора», сам будет открывать. «У входа в зал никаких тёток, никаких тёток! Все в ливреях, все в ливреях, в лИвреях!» Минск. Витрина букинистического магазина призывает прохожих: «Господа! Сдавайте свои литературные излишки». Орёл. Покупаю на вокзале кроссворды. Не приглянулись, прошу другие. Киоскёрша: «Пить с утра надо меньше». В аэропорту за спиной раздаётся властный крик: «Девушка, разденьтесь!» Невольно оглядываюсь. «Вам говорят, шарфик в контейнер. Иначе не пропущу». При подлёте к Парижу женщина, глядя в иллюминатор, восклицает: «Смотрите, какие аккуратные немецкие домики!» Не дожидаясь вопроса: курица или рыба? – опережаю стюарда: «Рыба». Снисходительно: «Рыбы нет». «Почему?» – «Компания “Аэрофлот” разнообразит питание. Из Москвы в Париж – рыба, на обратном пути – чикен». Нижний Новгород – само гостеприимство. Приехал с «Вишнёвым садом». Спрашиваю в театре, где у них туалет. «Вам какой? Мужской или женский?» Волгоград. Отель «Интурист». Хотел кофе, но милая тётушка, не спрашивая, принесла чай: «Сахар уже там, а размешайте сами». Самара. Центр города, а гостиница «Лесная». Утром обращаю внимание буфетчицы, что многовато жучков бегает. Она: «Ну да. У нас жилые помещения». Лощёный, с лакейской грацией паренёк, вчера сдавший экзамены в официантской ремеслухе, подплыл к столику. Сын заказал тинейджерский набор – колу, попкорн… Официант нагнулся ко мне, превратившись в вопросительный знак: «Вам что угодно?» – «Мороженое, пожалуй». – «Какое?» – галантно протянул карту. В меню два сорта: с шоколадом и с вареньем. «С шоколадом». Он восторженно всплеснул руками: «Прекрасный выбор!» Саратов. «Стеклянный зверинец» Теннесси Уильямса. Кончился спектакль о мечтательной, хрупкой девушке, перенёсшей в детстве тяжёлую болезнь. В результате – одиночество, страх перед людьми, боязнь всего грубого… Лишённая житейских радостей, она занимается коллекционированием стеклянных фигурок зверюшек. Зрительница: «Психическая какая-то…» Зритель: «Система жизни такая». «Волжские дали» – «лечебно-оздоровительный комплекс» под Саратовом. Поскольку комплекс, то отдыхающих просвещают. На сей раз автор монографии о скульпторе Вучетиче. Её фишка – сравнительная характеристика двух, как она считает, равных гигантов – Вучетича и Микеланджело. Дама вначале сравнила изваяние на Малаховом кургане с пье’той. Именно так, с ударением на «е». В заключение призналась, что испытала чувство Родины, стоя рядом с сапогом Сталина. Зал проснулся. Она пояснила: сапог этот – фрагмент скульптуры вождя на Волго-Донском канале. У приятельницы, проведшей пять лет на Тикси, есть экзотические рассказы, а вот простой. Девяностые годы вынудили её продавать цветы с дачи. Пару раз вышла на рынок, торговля двигалась бойко. Как-то дома поняла: глядя на пионы, подсчитывает – двадцать копеек, сорок, пятьдесят. С тех пор цветы не продавала. В лесу под Екатеринбургом – занятия театральных лабораторий. Вокруг дома отдыха, где они проходят, бетонированные грибки. Это выходы вентиляционного устройства для обеспечения бомбоубежища воздухом. Здесь, недалеко от бажовских мест, бывшие угодья партийной элиты. |