Книга Замри. Роман с театром, страница 3 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 3

Хотелось поскорее уйти, но Юлия Борисова рассказывала репортёрам, как однажды после спектакля рижане несли её на руках до гостиницы. Она не случайно нарушила соблюдаемый ею обет на интервью. Ещё в Москве, узнав о предстоящей поездке, Юлия Константиновна заговорила о её важности, о миссии (не больше и не меньше!), о том, что она обязана хорошо сыграть «Милый лжец», чтобы кому-то что-то доказать. Не стал её разубеждать. Пусть доказывает, если хочет. Я не хочу. Борисова говорила обо мне, и уместно было отойти в сторону.

Очертания вокзальной башни расплывались во влажном тумане. Её будто совсем не было, как в то августовское утро шестьдесят второго года, когда впервые приехал сюда. Вокзал только строился и был похож на корабль без мачты. Я и не заметил, как она вознеслась. Так не замечаешь изменений всего, что рядом с тобой. Теперь я всматривался в часы на башне, словно никогда прежде их не видел.

На этом перроне мы с Сергеем Юрским провожали Наташу Тенякову с дочкой. Последние наставления, напутствия, шутки. Поезд тронулся, и Наташа крикнула: «Плюньте вслед». Серёжа знал об этой примете и точно выполнил наказ. Мы повернули назад. Навстречу трое: «Давайте познакомимся». Юрский назвался и протянул руку. Явно принял их за поклонников, что считали своей обязанностью приветствовать сошедшего с экрана Остапа Бендера. Но рука повисла в воздухе… «Ваши документы». Смахивало на шутку, и Юрский всё ещё не опускал руку… Она поникла тогда, когда один из «поклонников» предъявил своё удостоверение. Собрались зеваки, разгорался скандал. С опозданием до нас дошло, что эти типы приняли плевок вслед уходящему поезду на счёт высокого начальства, которое они провожали в столицу. Значит, ждали плевков в свою сторону?

Почему всплыл этот дурацкий эпизод, а не то, как бережно директор нашего театра Гудзук помогал сойти со ступенек вагона Марии Осиповне Кнебель? Она светилась от радости, предвкушая встречу с местами, куда отец привозил их с сестрой в начале века! Почему не вспомнилась весёлая ватага участников кнебелевской лаборатории, вылезавших из вагонов в полной готовности немедленно посвятить себя изучению метода «действенного анализа пьесы» и знакомству с пивными барами? Или капустники, которыми наши артисты удивляли участников очередного фестиваля, едва продравших глаза после ночного переезда?

Перрон – старт и финиш. Отсюда уезжали на гастроли, сюда возвращались, здесь встречали гостей, со вздохом облегчения освобождались от кураторов, знакомились с будущими друзьями. Обнимались, смеялись, обменивались адресами, танцевали, плакали, целовались, клялись в верности, пили шампанское…

Палата № 15

Арбузов молодцевато запрыгивал в вагон, на ходу требуя восстановить сокращённую реплику. Эфрос подбадривающе улыбался. Ефремов решал – ехать всё-таки или нет. Окуджава сосредоточенно расхаживал вдоль вагона. Зорин сокрушался, что не купил свежих газет. Острил Паперный. В плывущих вагонных окнах Паустовский, Галич, Каверин, Самойлов, Тендряков, Розов, Лунгин с Нусиновым, Ким… Весёлые иностранцы и торжественные сановники… Тут мы в последний раз видели тех, кто уезжал за рубеж. Не забыть глаза первым решившегося на это в шестидесятых. Его пришёл провожать весь театр, что по тем временам было равно демонстрации. Он пристально всматривался в каждого, и взгляд выражал одно – запомнить.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь