Онлайн книга «Замри. Роман с театром»
|
Кнебель заняла место по правую руку от Мастера на уроках в его доме. Тот всегда страдал от невозможности реализовать свои идеи в «производственных условиях». Теперь хотел подвести итог последним изысканиям. «Словесное действие», на котором старик попросил Кнебель сосредоточиться, было частью новаторского подхода к спектаклю, создаваемому на анализе текста в действии. Толкованию его и способам реализации Мария Осиповна отдала годы. В её книгах суть опыта дана с такой глубиной, что возводит их в ранг учебников. Третья задача – соединить учение К. С. с наследием В. И. – трудноразрешимая. Кнебель не прекращала попыток найти её решение. И продвинулась на этом пути настолько, насколько для этого были основания. Мария Иосифовна – из немногих сумевших сохранить отношения с обоими лидерами, пребывавшими в дружбе-вражде. Она не примкнула ни к одному из лагерей. Сказался дар, определивший её успех в педагогике: умение читать людей. На вопрос о Станиславском отвечала коротко: «Гений». О Владимире Ивановиче, третьем учителе, подбирала слова, стремясь передать масштаб личности. «Второй план», «внутренний монолог», «природа внимания и мышления персонажа» – понятия ею высоко ценимые. Беспокоило, что теоретические разработки и опыт мастера недооценены. Она делала всё, чтобы ученики ощутили живое дыхание репетиций, участником которых была. Книга «Школа режиссуры Немировича-Данченко» – лучшее из написанного о В. И. Дистанция времени помогает отделить второстепенное от главного, что-то воспеть, в чём-то усомниться. Но ускользает сумятица чувств, неповторимость каждого дня. Главное предстаёт в слепящем свете, убивающем нюансы. Между тем стоит обнаружить, что отец подвёл Марию к зеркалу, попросив всмотреться – можно ли с такой внешностью мечтать о сцене, или уловить в её восхищении Михаилом Чеховым девичье сердечное волнение, – и будто тёплая волна подхватывает и тянет в глубину лет, прочь от холодных умозаключений. Неужто можно вообразить профессора Кнебель академическим ментором? На расхожий взгляд некрасивая, она была азартна, лукава, потешна. Зоркие глаза, обаятельная улыбка, быстрые реакции. Кто-то сравнил её с мышкой, ну нет… Скорее обезьянка, подтрунивающая над спесивыми умниками. Не случайно Шарлотта – её коронная роль в МХТ. Кнебель – это любопытство и скрытность, непрактичность и беззащитность, готовность принять превратности жизни. Ученики ссорились из-за права проводить домой. Отцу не суждено было увидеть, что стало с его Машей, – с годами она молодела и хорошела. Не гналась за благами и не боролась с кретинами. Неправильные черты лица с годами преображал внутренний свет. Его излучают избранные, которым посчастливилось найти цель и смысл пребывания на земле. Матерью Терезой режиссёрского факультета окрестил Марию Осиповну коллега, бывший с нею далеко не в идиллических отношениях. «Поэзия педагогики» – название книги выражает то, чем Кнебель жила. Первые слова: «Педагогика требует от человека качеств, близких к материнским». У неё не было детей. Один ребёнок умер грудным, другой – во время родов. Это всё, что известно о драме, которая не могла пройти бесследно. она держала при себе личное. По отдельным фразам, чаще юмористическим, было ясно, – за ней богатая и сложная женская жизнь. (Общую знакомую, решившую поделиться сокровенным, смеясь, остановила: «Всё это мне известно, ведь у меня было трое мужей».) О своих разностях не откровенничала. Меньше о себе, больше – о других. |