Книга Замри. Роман с театром, страница 365 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 365

В бассейне ни души. Прыгнешь в воду – тут же возникает спасатель. Он лишает меня одиночества, располагаясь на возвышении. Попытки уговорить его не работать бессмысленны. Так и плаваю час, а он всё работает…

Володя Б. преуспел. Открыл с другом рестораны на Манхэттене, и в Лондоне, и где-то ещё. Фишка – недорогие лобстеры. В зале демократичный люд. Официанты удивительно артистичны. Оказались из актёров, подрабатывающих в ожидании ролей. В передничке, чтобы сок не обрызгал, расправляюсь щипцами с упрямой клешнёй и вспоминаю комнату для планёрок в газете «Известия», где стоял Володин стол до его назначения главным редактором – в 26 лет. Пробыл им чуть больше года. Потом несколько лет – главред «Труда». России не обидно?

Один американский актёр репетировал «Гамлета», но в середине работы бросил. По его словам, тяжеловато на душе стало.

Таксист, грузин: «Если бы не грузины и русские, здесь бы одни обезьяны чёрные были». А рожа сытая, лоснится: «В районе, где я живу, семь новых грузинских ресторанов открылось». Теперь я за Америку не волнуюсь.

На RTVI все матерятся (ностальгия!). Девица с плавающей улыбкой: «Не волнуйтесь, я всё понимаю, острых вопросов не будет». Унизительно. «Задавайте!» Ведущий передачи «В Нью-Йорке с Виктором Топаллером» знаком по экрану. Интересуется, не привёз ли я новые анекдоты. Он знает мои спектакли, а спрашивает, может ли задать вопрос – отчего меня так назвали. Задавай. Ответ давно готов: «В честь пакта о ненападении между Сталиным и Гитлером».

Чехову нью-йоркская толпа понравилась бы не меньше генуэзской. Улицы полны сюрпризов. Дом смешно разрисован, акробаты прыгают, факир огонь глотает, толстяк изображает статую Свободы, а вот юбка развевается, ну да – Мэрилин (перед ней вентилятор), клоуны у магазина игрушек, дегустация редких сортов чая, кто-то на ходу читает и ест сэндвич, шинкуют капусту, демонстрируя новую машинку, ансамбль исполняет Вивальди, на другой стороне улицы саксофонист. Никто никому не мешает, потому что никому ничего не запрещено.

Снег не идёт, не падает, не сыплется, не валит, а носится, соединяя небо с землёй. Ветер с Гудзона поднимает его с дороги, заставляя вновь и вновь кружиться. Небоскрёбы растворились в снежной круговерти. Аэропорты и метро, автобусы, такси и люди замерли в ожидании окончания шторма. Пока он не выдохнется, расчищать и убирать не будут. Нет смысла.

Сугробы, засыпанные машины. На репетицию пробирался вслепую, ледяные снежинки колют глаза. Навстречу, подгоняемые ветром в спину, манхэттенские островитянки с горячим кофе в бумажных стаканах. А слабó, как девчонки в Усть-Куте, при сорока пяти мороза наслаждаться мороженым в вафельных стаканчиках?

Повезло – видел лыжника, скользящего по 66-й улице, мимо Линкольн-центра и Метрополитен-оперы.

Два дня и – красные стёкла стоп-сигналов автомобилей выглядывают из-под снега, поблёскивая на солнце. Чистят, убирают, собирают, выбрасывают, вывозят. Настроение у всех воскресное в капиталистический субботник.

Прямой эфир на русском радио. В студию звонили, я отвечал. Под конец вопрос: почему не слышно Тамары Синявской?

На встречу на Бродвее пришли не только рижане. Фотосессия, приглашения, подписываю программки. Какая-то тихая женщина назвалась дочерью Ляли и дала письмо. Ну хорошо – Ляля так Ляля, кивнул ей, будто узнал. Спешил уйти – незнакомые настырные люди звали поужинать. Ночью, разбирая записки, вздрогнул. Дочка Ляли! Моя дальняя родня, внучка двоюродной бабушки, одной из трёх сестёр, она жила на 2-й Мещанской. Встретились, рассказали друг другу о себе и разошлись.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь