Книга Замри. Роман с театром, страница 456 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 456

Первые прохожие – женщины, шествующие к подругам на кофе. У многих в руке посох. Так здесь величают палки с загнутым концом. Их берут с собой, выходя из дому. «Калимера!» – доброго утра желает проходящая мимо дама. К её одежде и аккуратно уложенной причёске больше подошло бы пожелание «калиспера!» – доброго вечера. В правой руке посох, в левой – раскрытый веер (она им защищает лицо от солнца). И вам доброе утро! У меня оно отличное. Поливаю цветы, куст смородины, деревца и чувствую нужность земле, которую давно топчу.

«Будем одеяло стирать», – повесила Дина по телефону загадочную фразу накануне моего отъезда из Москвы. Скверная слышимость лишила возможности попросить расшифровку. Дела! Неужто она таким странным образом хочет восполнить скудость развлечений? Этот день настал – стирать так стирать. «Мы одеяло везли из Афин», – закрывая багажник, торжественно объявляет Андреас по-английски (он по-русски – «как дела?»).

До чего же мудро, что ничего не рассказывали. Это надо видеть. Старинная мельница в соседней деревне Вовуса. Дерево и камни. Одни детали радуют первозданностью, другие – искусной реконструкцией. И вот сама диковина: ни лоханью, ни корытом, ни тазом, ни чаном не назовёшь круглый деревянный резервуар – метра три в диаметре и два глубиной. В нём циркулирует проточная вода из горных ручьёв. Стирают без мыла и порошка, как испокон веку это делали жившие здесь валахи-армани. И объявление строго наказывает – никакой химии. С помощью насоса вода бурлит внутри бассейна (скажем так), выливается из маленьких отверстий в ободе, через решётки уходит под землю.

Мы поехали не одни, а с родственником Дины, его женой и одеялами. Про Стерьоса я обязательно расскажу, когда мы, оставив одеяла сушиться на солнце, отправимся, по традиции, в деревню трапезничать. А пока он вылавливает багром одеяла из воды, кладёт их на тележку и развешивает, я собираю спрятавшийся в густой листве фундук. Радости нет конца, когда удаётся нагнуть ветку и найти среди листвы целое семейство. Орехи пока не созрели, но молочная мякоть возвращает ощущения детства. Как от вкуса вишни или у окна лиссабонского трамвайчика, водитель которого трезвонит по поводу и без повода. Потому, что вагоновожатый. Чувствую себя пассажиром гумилевского «Заблудившегося трамвая»:

Как я вскочил на его подножку,

Было загадкою для меня,

В воздухе огненную дорожку

Он оставлял и при свете дня.

Мчался он бурей тёмной, крылатой,

Он заблудился в бездне времён…

Остановите, вагоновожатый,

Остановите сейчас вагон…

Лиссабонский вагоновожатый, как тот харьковский водитель троллейбуса, поправлявший слетевшую с проводов дугу, останавливается у перекрёстка. Выходит, прихватив лом, и вручную переводит стрелку на нужное направление.

Одеяла развешаны. Вместе с теми, что висели на верёвках до нашего приезда, они теперь демонстрируют богатство местного орнамента. Мы отправляемся в таверну. А что ещё делают серьёзные люди, пока сохнут одеяла, как не пьют вино и ципуро? Стерьос знакомит нас с хозяином заведения. Оказывается, это его стараниями сохраняется всё то, что мы видели на мельнице. Где это я встречал лозунг «Государство – это мы»? Не припомню.

Стерьос Савванакис – первый из родственников Дины, кому был нанесён визит в Периволи. При встрече они, словно мой вопрос застал их врасплох, долго уточняют дальние семейные связи, выясняется – троюродные. Прежде в деревне жили две фамилии: Саранти и Чубекос, так что тут все в родстве. И это чувствуется. Стерьос – светлый человек. Об этом сразу после знакомства получаешь сигнал в виде досады, что не можешь общаться с ним на его языке.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь