Онлайн книга «Великая река. Другой берег»
|
— Мне интересно, что там, – мальчик наклонил взъерошенную голову, и Ойкью почувствовала, что он врёт. Варн, немного подумав, прибавил: – Мне больше ничего на свете не интересно. И это уже была правда. Это существенно осложняло дело. Ойкью поглядела на него, раздумывая: мальчишка рассматривал петельки на своей мокрой рубашке из крапивы и казался совершенно смирившимся. Наконец явилась мысль. Она была светлой и радостной, как сердцевинка водяной лилии, и лодочница, повертев её так и сяк, решила, что идея вполне подходит моменту. — Хорошо! – ещё немного подумав, сказала Ойкью и хлопнула себя по коленям. – Хорошо, я отвезу тебя туда. Но сначала скажи: где начало Великой реки? Мальчишка моргнул удивлённо: — Я думал об этом, но, говорят, никому не известно, где она начинается. Вот как, он думал про реку! Значит, она, Ойкью, не одна такая. — А я хочу знать, – сказала она и увидела, как в тёмных глазах Варна зажглись огоньки интереса. – Я хочу знать, что это за место и как оно выглядит… Наверняка там нет ни Деда, ни Другого берега – да, там всё совсем по-другому! Я уже давно собираюсь сплавать туда, только одной это не так уж весело. Хочешь со мной? — Даже не знаю, – Варн вцепился в свою крапивную рубашку и бросил тоскливый взгляд в сторону Другого берега. — Туда всегда успеешь, – сказала Ойкью. – Если тебе станет очень скучно – обещаю, я тебя туда отвезу. Варн подумал ещё немного и ответил ей неуверенным кивком. — Ладно, так и быть. Только поплывём скорей подальше отсюда! – он оглянулся и посмотрел в ту сторону, где река соединялась с озером. И Ойкью поняла, что оказаться «подальше» – единственное, чего он на самом деле хотел. Ничего-ничего, думала она, ещё запросишься домой, а мы будем уже далеко, и вернуться не получится. Тем не менее Ойкью взяла весло и начала грести как могла быстро: она готова была отвезти его куда угодно, если только он от этого перестанет проситься на Другой берег. Лодка свернула с лунной дороги в безопасные чёрные воды, и они поплыли всё вперёд и вперёд, петляя возле прибрежных зарослей камыша и речного хвоща, огибая островки из кувшинковых листьев и коряги, похожие на тёмные крокодильи спинки. Очень далеко кто-то играл на дудочке – быть может, Хозяин Клёна, – и Ойкью захотелось достать свою окари́ну и сыграть ему в ответ или спеть. Но её новая цель была превыше всего, и музыку пришлось отложить до лучших времён. А если подумать, как давно ей в последний раз хотелось петь? Одно это желание само по себе стоило сохранить и надёжно запомнить, как первую увиденную падучую звезду, как первый поцелуй. Ойкью посмотрела на мальчишку: тот явно совсем не хотел петь, а вовсю уже клевал носом. — Через час небо немного посветлеет, – сказала она. – Тогда поплывём ко мне домой, я даже могу уступить тебе своё гнездо. Только оно очень кривое, имей в виду. Варн смотрел на неё недоумённо. — У меня самые кривые в мире гнёзда! – важно прибавила Ойкью: она этим очень гордилась. Варн удивлённо моргнул. — Ты спишь в гнезде? У тебя что, нет дома? — Раньше я жила у родителей дома, – сказала Ойкью. – Теперь нет. Да и что ты так удивился? Ты же ворон, тебе гнёзда должны быть привычны… Мальчишка недовольно фыркнул. Несколько секунд спустя он громко чихнул. Ойкью взглянула на него и увидела, что его одежда всё ещё мокрая, что сам он усталый и замёрзший, и поняла, что если Варн и спал когда-то в гнезде, то это было очень давно. Она мученически вздохнула. |