Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»
|
— В следующий раз, Тасуна. – Алаин отвесил поклон, затем чуть заметно подмигнул ей. – Мы еще заглянем. Идем, Люс. Они вышли из душного помещения на воздух и некоторое время шагали молча. Солнце плылок закату, длинные тени расползались по городу. Жара спадала, и на улицах людей становилось больше. В городе, видимо, готовились к каком-то празднику: повсюду развешивали разноцветные флажки, разрисовывали двери, ставили палатки, то и дело встречались ряженые актеры, музыканты, фокусники, акробаты. Отец и сын шли, погрузившись каждый в свои думы. Первым нарушил молчание Люс: — Пап, как ты думаешь, тот старик, которого ты угостил тогда, мог быть волшебником? Алаин пожал плечами. — Не знаю, как насчет волшбы, но, думаю, он мог быть Знающим, провидцем. Я поначалу много размышлял о нем, даже хотел найти. Но потом подумал, что это ни к чему. То, чего желал тогда, я нашел. – Алаин умолк, а потом с горечью добавил: – Хоть и на короткие семь лет. — И ты даже не узнал имени того старика? – не унимался Люс. — Да нет же! Говорю тебе, мне это и не нужно было! – раздраженно воскликнул отец и резко остановился. Шедший позади прохожий наткнулся на него и, пробурчав что-то неприятное, побрел дальше. – Почему тебя так интересует этот старик? — Потому что у меня такое ощущение, что я тоже его повстречал, – задумчиво произнес Люс. – И теперь мне кажется, что совсем не случайно. Алаин внимательно посмотрел на сына, тронул его за плечо и сказал: — Присядем. Они прошли несколько шагов и, оказавшись на тенистой аллейке, уселись на скамью под пышным цветущим персиковым деревом. Люс рассказал отцу историю встречи с Зоамом Булой, поведал, как получил дорогие краски, как, стоя за этюдником, вдруг оказался на корабле посреди шторма. Люс говорил быстро, задыхаясь, возбужденный от того, что наконец смог поделиться с отцом мучившими его мыслями. Когда юноша кончил говорить, Алаин, нахмурившись, потер пальцами виски. Люс, как приговора, ждал ответа отца. — То, что ты мне рассказал… – начал Алаин. — Знаю! Звучит, как бред! – вскрикнул Люс. – Но все! Слышишь, все – правда! Алаин провел ладонями по лицу и, тяжело вздохнув, произнес: — Люс! Сынок, послушай. Вся эта история, конечно, кажется правдоподобной. – Люс раскрыл рот, желая возразить, но Алаин продолжил: – Однако мне думается, что тебе лишь хочется, чтобы так было. Это все – последствия того удара. Помнишь, тогда, в шторм? И теперь не сомневаюсь: я должен показать тебя лекарю. Юноша выругался самыми грязными словами, какие только знал. — Не нужен мне лекарь! Я здоров! – закричал он. – Отец! Ты должен поверить мне! Я говорю правду! И то, что мама жива, – тоже правда! Па… Хлесткая пощечина обожгла лицо Люса. Он вытаращил глаза и недоумевающе посмотрел на отца. — Приди в себя. Немедленно! – жестко проговорил Алаин. Люс прикоснулся к горящей щеке и, стиснув зубы, опустил глаза. В душе гаркающим вороньем закружились смутные мысли. Обида, злость, отчая-ние кипятком вылились на сердце. — Идем! – бросил Алаин и сердито зашагал вдоль по аллее. Люс, будто во сне, двинулся следом. Они вернулись на «Попутный ветер», по дороге не обмолвившись друг с другом ни словом. * * * Следующим вечером судну позволили встать у причала. Около пяти дней корабль выгружал канифас, моржовые клыки, мех. Люс вместе с остальными матросами носил тяжелые ящики и мешки, избегая отца. |