Онлайн книга «Ледяной отец подруги»
|
Его губы были тёплыми, мягкими, знакомыми до последней клеточки, и когда он отстранился, его лоб коснулся моего, и мы стояли так, дыша одним воздухом, глядя друг другу в глаза, и между нами не было ни лжи, ни тайн, ни страха, ни льда — только свет. Только тепло. Только мы. — Я люблю тебя, — прошептал он, и эти слова, произнесённые им тысячу раз, в тысячу первый прозвучали так, будто он говорил их впервые. — Сегодня. Завтра. Через десять лет. Через пятьдесят. До последнего вздоха, Ярослава. До последнего удара сердца. — И я тебя, — ответила я, и слеза скатилась по моей щеке — одна, горячая, счастливая, — и он стёр её большим пальцем, и его прикосновение было нежнее, чем шёлк, нежнее, чем снег, нежнее, чем всё на свете. Внизу шумел город. Огромный, живой, неугомонный, он гудел, сверкал, пульсировал, как огромное сердце, и в его шуме были миллионы судеб, миллионов историй, миллионы любовей и предательств, встреч и расставаний, взлётов и падений, — и где-то среди этих миллионов, в прокуренном клубе, у аптеки, в общежитии, в пентхаусе, на крыше небоскрёба, в белой церкви на берегу озера, — жила наша история. Маленькая, невероятная, невозможная, — и самая настоящая из всех. Даня кричал что-то восторженное, Эрика хохотала, Матвей притворно стонал, и этот гул — тёплый, живой, родной, — был лучшей музыкой на свете, лучше любого хора, лучше любого органа, лучше любой мелодии, которую мы слышали в стеклянном куполе на крыше. Это была музыка нашей семьи. Той семьи, которой не должно было быть, которая родилась из лжи и боли, из предательства и прощения, из льда и пламени, — и которая оказалась крепче, прочнее, настоящее, чем все те семьи, которые строились по правилам и канонам. А на небе ярко горели звёзды. Чистые, вечные, непобедимые, они смотрели на нас сверху — на двух людей, которые когда-то были чужими, потом стали врагами, потом любовниками, потом предателями, потом мужем и женой, потом родителями, — и, наверное, удивлялись тому, как хрупка и как несокрушима человеческая любовь. Та самая любовь, которая начинается с пакета валерьянки и чёрного джипа у аптеки, проходит через шпионские игры и крики в коридоре общежития, через метели и слёзы, через лёд и огонь, — и в конце концов приводит двоих людей на террасу загородного дома, где они стоят, обнявшись, смотрят на звёзды и понимают, что всё было не зря. Каждая слеза. Каждый шрам. Каждый удар. Каждый вздох. Всё — не зря. Потому что наша любовь — как те звёзды над головой. Чистая. Вечная. Непобедимая. И никакая буря в мире не способна её погасить. КОНЕЦ. |