
Онлайн книга «На полпути к себе»
Йисини чужды условности этикета, она признаёт только силу. Силу тела или силу духа — тут особой разницы нет. Но сила должна присутствовать, потому что только сильный человек заслуживает того, чтобы его выслушали. Слабый достоин лишь быстрой смерти в поединке. Таковы правила Дочерей Йисиры, и не мне их менять. Я и не буду. Встаю и насмешливо улыбаюсь воительнице: — Да вот, зашёл подарок вернуть. — Какой? И — кому? — крылья бровей сдвигаются к переносице. — Твой — тебе, разумеется! Помнишь? Такая ладошка-растопырка... — Растопырка?! — мгновение Юджа охвачена негодованием по поводу столь неуважительного отзыва о своём медальоне, но... Крик, который я слышу, заставил бы Мирриму умереть от зависти. Это даже не боевой клич и не выражение радости, это... Наверное, так встречают друга, с которым долго не виделись, или человека, который дороже, чем друг. Проходит миг, и она уже сжимает меня в объятиях. Слишком крепких, чтобы быть до конца искренними, поэтому я вовремя ловлю пальцы, подбирающиеся к рукояти кайры: — Э нет, милая, эта игрушка не для тебя! — Ну, посмотреть-то можно? — не хуже маленького ребёнка канючит она. — Только из моих рук! — Ладно... — унылое согласие. Вынимаю оружие, провожу пару простых перехватов вверх-вниз. Юджа следит за сталью в моей руке, как заворожённая. — Где взял? — Почему — взял? Мне подарили! — обиженно оправдываюсь, и йисини восхищённо цокает языком: — Ну, если тебе такие подарки дарят... Кстати, она ведь не одинока, да? И где же «сестричка»? — Дома. — Пошли, покажешь! — Непременно, милая, но не сейчас. У меня дело к твоему дедушке. Только сейчас замечаю, что старик совершенно масляным взглядом смотрит на меня и Юджу. — Дедушка, давайте, всё же, займёмся... — Ах, какая пара... — вздыхает Акамар, а йисини, пользуясь моментом растерянности, заглядывает мне за спину: — Ой! Прелесть! А что там дальше? — шаловливые пальчики пытаются отогнуть воротник, и я судорожно отмахиваюсь: — Потом! Всё — потом! — Зануда! — женщина плюхается на кушетку, изобразив смертельную обиду на лукавом личике. — Дедушка, мне нужна Ваша помощь, если можно так выразиться... — Какая пара!... — купец продолжает витать в облаках: только с третьей попытки удаётся вернуть его на грешную землю. — Прежде всего, могу я просить Вас доставить в Академию, лекарю по имени Гизариус, несколько десятков листов бумаги? — Хоть сотен! — кивает старик. — Какая малость... — А во-вторых... Лично для моих надобностей, но в качестве подарка, мне нужна бутылка хорошего вина. — Насколько хорошего? — щурятся тёмные глаза. — Такого, что молодым добавляет мудрости, а старым — огня в крови. — Хм... Я понимаю, о чём Вы говорите... Дорогое, правда, но... Для Вас, молодой человек, и луны с неба не жалко! — Луну я не прошу, дедушка... Зачем мне луна, когда рядом есть луноликая! — подмигиваю йисини, чем вызываю у Акамара очередной приступ умилённого бормотания: «Какая пара!...» Пока Мерави копается в винном погребе (судя по времени отсутствия старика, оный погреб три раза обегает весь квартал), в мою голову приходит дурацкая мысль: — Дедушка, а как Вы относитесь к музыке? — Музыка бывает разной, молодой человек, — мудро замечает старик. — В исполнении эльфа, например? Купец замолкает, тщательно обдумывая услышанное. — Я только один раз в жизни имел удовольствие насладиться... Но это было так давно, что и сам не верю в случившееся. — Есть возможность освежить воспоминания! — Каким же образом? — Видите ли... Вместе со мной в столицу прибыл эльф... Даже щёлочки стариковских глаз расширились, что уж говорить о внучке! — И он иногда... поигрывает. Если Вы найдёте немного времени, то я бы предложил посетить дом графини Агрио, в котором мы остановились и... Насладиться, так сказать. Только еду и напитки прошу принести с собой: графиня, знаете ли, не в состоянии устраивать пиршества... — Даже если бы у меня осталась крохотная горсть мгновений, я бы потратил их на то, чтобы услышать пение эльфа вновь... — мечтательно ответил на мою путаную тираду Акамар. — Разумеется, я приду! С девочками, если это возможно... — Буду совершенно счастлив! ...Откланяться мне удалось только через полчаса, и в дом на Третьем Луче я возвращался в очень быстром темпе, потому что день предстоял долгий — с посещением Королевской библиотеки. Но сцена, развернувшаяся перед моими глазами на кухне, едва не заставила забыть о загодя составленных планах. Равель занималась приготовлением чего-то мясного, а рядом... Рядом на столе болтал ногами мой знакомый воришка! Я поставил корзину с дарами Юга на пол у двери и ласково поинтересовался: — Что ОН здесь делает? По моему тону оба поняли: сгодится только правдивый ответ. Девушка бесхитростно улыбнулась: — Юноша назвался Вашим другом, Ив, к тому же... Я подошёл к парнишке. Тот, справедливо полагая нападение лучшей защитой, набычился: — Вы же сами сказали, что я могу... — Мои слова касались прослушивания музыки, а не шастанья по дому! — Я не шастал... — он было огрызнулся, но оставил попытки спорить, уставившись на мою руку с вытянутым пальцем, кончик которого остановился точно между испуганных глаз, на дюйм не дойдя до переносицы. — Если из этого дома пропадёт хоть одна — самая завалящая — паркетина, я... Слышишь? Я найду тебя, где угодно, и сам — медленно и печально — отпилю твои пальцы. Один за другим. Понял? Парень ошарашено молчал, зато Равель не выдержала: — Ну зачем Вы так? Юноша не сделал ничего дурного... — Этого Вы знать не можете! — отрезал я, выходя с кухни, но девушка не угомонилась: догнав меня через десяток шагов, Равель вцепилась в мой рукав: — Почему Вы так грубо с ним разговаривали, Ив? Он ведь предложил помочь по хозяйству... даже принёс замечательный окорок... — Окорок?! А полгорода за ним не бежало с криком: «Держи вора!»? — Как это? — опешила она. — Милая Равель, этот юноша — обыкновенный воришка, и если его поймают с поличным, ему грозит потеря руки, а то и двух разом! А Ваше тёплое отношение только поощрит его на новые кражи... Ведь не на свои же деньги он мясо покупал?! |