Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 478 – Василий Цветков

И, возвращаясь к тезисам о «безблагодатности Белого движения» и его «обреченности», уместно заметить, что победой в борьбе со злом революционной ереси нельзя считать занятие того или иного города или «общенародную поддержку проводимой политики». «Царство Божие – не от мира сего». А мерить земными мерками «победы» и «поражения» белых армий и белых правительств – дело мирское и неблагодарное.

Положение правых монархических структур, которые уже после февраля 1917 г. оказались не только лишенными сложившихся структур и форм работы (их деятельность была запрещена), но оказались перед необходимостью заново начинать свою политическую работу, было довольно сложным. Тем не менее, их влияние на российское Белое движение также имело место. В 1918 г. (как уже отмечалось в 1-й книге монографии) монархические организации еще не смогли преодолеть последствий того сильного политического удара, который был нанесен им в «послефевральской» России 1917 года. На Украине после прихода к власти гетмана П. Скоропадского легально действовали монархические группы, а в Москве старались проявить активность немногочисленные подпольные структуры, связанные с Правым Центром. Они выдвигали планы восстановления династии Романовых если не в лице самого отрекшегося Государя, то в лице Наследника Цесаревича или Великого Князя Михаила Александровича. Свидетельства о трагической гибели всей Царской Семьи, расстрелах Великих Князей тогда еще не вызвали доверия, потому что исходили из советских информационных источников (газет, кратких и довольно противоречивых официальных сообщений).

Пути, с помощью которых предполагалось восстановление династии, сводились к двум основным. Первый предполагал необходимым добиться содействия со стороны «имперской» Германии антибольшевистскому правому подполью, которое подготовит восстание в Москве и «возведет на Престол», также с санкции Германии, представителя династии (в этом отношении позиции правых сближались с позицией части кадетов и их лидера Милюкова). Деятельность сторонников этого «пути» рассматривалась в первой книге монографии («Белое дело в России. 1917–1918»). Другой – предполагал опору на «национальные силы». Так, например, в начале ноября 1918 г. в Ростове-на-Дону бывший член IV Государственной Думы Г. Г. Замысловский пытался созвать монархический съезд, в котором приняли бы участие «представители Добровольческой и Кубанской армий». По его мнению, следовало открыто провозгласить лозунг восстановления «Единой и Неделимой России на основе законопреемственной монархии»^[752]. Считалось важным создание вооруженных формирований из российских солдат и офицеров, действующих под открытым политическим лозунгом восстановления монархии. При этом расчеты строились не только в отношении создаваемых Южной и Северной армий, но и применительно к Добровольческой армии, чью политическую программу, по мнению многих известных военных и политиков (генералы Келлер, Шиллинг, Павлов, Лукомский, полковники Дроздовский, Винберг, Марков 2-й, Родзянко, Новосильцев, герцог Лейхтенбергский и др.), следовало сделать гораздо «более определенной», чем это делалось ее командованием.