Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 762 – Василий Цветков

Раз выдвинутая Земским Собором Великая и Святая идея, идея, тесно связанная с религией, исповедуемой нашим народом, требует… показать, что мы и на деле способны ее поддержать. Иностранцы сейчас смеются над нами, что мы выдвигаем флаг не по силам нам. Неужели же в русской интеллигенции мы не найдем достаточно сил доказать, что русская интеллигенция может и делать… Пора действительно проникнуться всем своим существом, что нам уходить отсюда из Приморья нельзя. Здесь нам Бог дал этот кусочек земли, чтобы мы могли выдержать экзамен, нам назначенный судьбой и Провидением Божиим, выдержать его в полной мере и доказать, что мы действительно сохранили в себе всю силу русских интеллигентных руководителей.

Господа, я зову вас всех идти объединенно вместе с нами, с Приамурской государственностью. Покажите вы вашим личным поведением, вашей службой, хотя бы в рядах войск, в рядах специальных дружин, покажите пример народу – он пойдет, поверьте, за вами, но он ждет. Это потому, что его и в 17-м году интеллигенция потащила в пропасть, а теперь он ждет, что интеллигенция выведет его из этой пропасти. Раз флаг Святой Великой идеи выдвинут, то за ним первыми должны пойти действительно интеллигентные массы России, и вы есть тот небольшой клочок интеллигенции, который остался и который должен показать этот пример…»^[1190].

После сентябрьских боев, ввиду начавшегося наступления войск ДВР на Приморье и роста партизанского движения, остро встал вопрос резервов. 26 сентября, Указом № 49, до 1 января 1923 г. прекращались только что начавшиеся занятия во всех высших учебных заведениях Приморья. Студенты Восточного института, юнкера Корниловского военного училища на о. Русский, гардемарины Морского Корпуса и кадеты эвакуированного во Владивосток Хабаровского Корпуса должны были пополнить ряды Земской Рати. «Все силы молодой интеллигенции должны быть отданы высшей общей народной цели – отстоять его Веру, отстоять его свободу…». Немедленному призыву подлежали также офицеры запаса. Таким образом, Правитель этим указом «отказался» от установленного в Приморье добровольческого принципа комплектования. Малочисленность Земской Рати и отсутствие надежд на скорое пополнение ее рядов за счет повстанцев оказались крайне негативными факторами для судьбы белого Приморья.

В течение двух недель во Владивостоке должны были собраться 4000, а в Никольск-Уссурийске – 700 ратников. Собранные пополнения составляли бы Резерв Земской Рати, из которого периодически должны были отправляться на фронт маршевые роты. Снабжать Резерв обязывались городские магазины и лавки, а финансирование обеспечивал бы создаваемый за счет частных торговцев, кооперативов и банков фонд в размере 8 млн 500 тысяч золотых рублей. «…Призывая русскую интеллигенцию к выполнению настоящей исключительной повинности, сознаю тяжесть ея, но твердо верю, что только самоотверженным служением… Великой и Святой Идее освобождения нашей Родины из когтей антихристовых сынов лжи мы окажемся достойными перед Всемогущим Творцом заслужить милость прощения общего греха земли, и Господь снова благословит народ свой к восхождению по истинному пути Христову для процветания в будущем Великой Святой Руси под историческим национально-религиозным стягом: «Вера, Царь и Народ». На следующий день была объявлена также мобилизация всех проживающих в Приморье казаков, независимо от Войска^[1191].