Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 795 – Василий Цветков

Советская власть понимала опасность сохранения Дружины в крае. 9 июня 1923 г. красными отрядами, прибывшими на пароходах из Камчатки, внезапной атакой был взят Охотск. Те из военных и гражданских лиц, кому удалось бежать из города, соединились с делегацией генерала Вишневского, оказавшейся теперь без цели своего похода. По свидетельствам прибывших из Охотска, в городе установился произвол комендатуры и начальника гарнизона: «Капитан Михайловский возомнил себя наместником-диктатором Охотского района, ликвидировал возможность работы местных самоуправлений, отнял у них в свое ведение все доходные статьи… Члены Областного Самоуправления, видя невозможность совместной работы, под разными предлогами совсем уклонились от работы».

Однако на созванном в городе «съезде представителей Охотского района» была «выработана программа управления краем». «Функции высшей власти поручено выполнять Президиуму съезда. Съезд был ярко противокоммунистический. Председателем Съезда был избран местный житель, видный общественный деятель, организатор восстания против коммунистов, офицер Яныгин. К Яны-гину хорошо относилась часть гарнизона… С отступлением с Якутского фронта Охотской группы бойцов Дружины, возглавляемой полковником Худояровым, авторитет Михайловского еще более был подорван… Худояров и Яныгин арестовали Михайловского. Место начальника гарнизона занял полковник Худояров, как старший из офицеров…».

В городе возник «конфликт властей». Начальник Охотской группы генерал-майор В. А. Ракитин, вернувшись в город после неудачных действий под Чурапчей, попытался урегулировать противоречия, освободив Михайловского. Но местное повстанческое офицерство (Худояров и Яныгин) были готовы противостоять Михайловскому и Ракитину вплоть до вооруженного столкновения.

«В своих посланиях к генералу Пепеляеву Ракитин, Яныгин, Худояров, Михайловский обвиняли друг друга и между собой непримиримы»^[1247].

Подобные противоречия, безусловно, не способствовали укреплению белой власти, возможно, вмешательство Вишневского привело бы к лучшим результатам, но какие-либо конструктивные решения теряли смысл после падения Охотска. Михайловский был взят в плен, генерал Ракитин застрелился. А в ночь на 18 июня 1923 г. в результате удачной десантной операции, проведенной красноармейским отрядом, прибывшим на трех пароходах («Индигирка», «Ставрополь», «Кишенев»), был врасплох захвачен штаб и часть Дружины в Аяне. Генерал решил сдаться, написав при этом обращение к «братьям добровольцам» о необходимости «без боя сдаться Советской России». Показательно, что советский десант из Владивостока в Аян и взятие Охотска по сути опровергли отмеченные выше расчеты белого командования осенью 1922 г. на возможность «удержаться» на дальневосточной «окарине», в Охотско-Камчатском крае.

«Пепеляев и его главнейшие сподвижники были увезены в Сибирь, где в городе Чите и состоялся суд над ними. Сам генерал и десять человек из числа взятых в плен вместе с ним, были приговорены к расстрелу, но этот приговор позже был заменен десятью годами заключения в тюрьме (однако репрессии не миновали генерала Пепеляева, расстрелянного позднее, в 1938 году. – В.Ц.). Судьбе было угодно распорядиться так, что сибирское освободительное движение в 1918 году начато было генералом Пепеляевым в полосе центральной части Сибири, и им же оно было закончено пятью годами позднее, на глухой и безлюдной окраине Русского Дальнего Востока»^[1248].