Книга Книга Дины, страница 82. Автор книги Хербьерг Вассму

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Книга Дины»

Cтраница 82

— Сколько тебе лет?

— Тридцать девять. — Он улыбнулся. — По-твоему, я старый?

— Дело не в возрасте. Он громко рассмеялся.

— Ты из знатной семьи? Был принят при дворе? — спросила Дина.

— Пытался.

— Что же тебе помешало?

— Смерть Пушкина.

— Того, который писал стихи?

— Да.

— Отчего он умер?

— Погиб на дуэли. Дрался, будто бы из ревности. Но на самом деле он оказался жертвой политических интриг. Россия гниет изнутри. Мы все страдаем от этого. Пушкин был великий художник, которого окружали мелкие людишки.

— Как-то не похож он на крупную личность, — убежденно сказала Дина.

— Перед любовью нет крупных личностей.

Она бросила на него быстрый взгляд:

— А ты мог бы застрелить кого-нибудь из ревности?

— Не знаю. Может быть…

— Куда его ранили?

— В живот…

— Неудачное место, — сухо заметила она.

— В тебе совсем нет сострадания к людям, Дина, — вдруг раздраженно сказал он.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Женщина не должна так спокойно относиться к страданиям и к смерти. Когда ты говоришь о своем покойном муже… О Нильсе… И вот теперь о Пушкине. Женщины обычно не такие.

— Я не знала этого Пушкина.

— Его — да, но других…

— А что тебе хотелось бы услышать?

— Немного сострадания в голосе. Ты все-таки женщина.

— Обряжать и хоронить покойников приходится женщинам. Мужчины только падают и умирают. Нельзя плакать из-за раны в живот, полученной на глупой дуэли. У нас, между прочим, мужчины умирают не так. Они гибнут в море.

— Или вешаются. Но женщины в Нурланде тоже плачут.

— Это меня не касается. Холодны были не только слова.

— Твоя мать тоже умерла не своей смертью? — продолжал он, словно не слышал ее последних слов.

Дина наклонилась и взяла в руку увесистый камень. Потом размахнулась и с силой швырнула его в пропасть.

— На нее вылилась кипящая щелочь, — сказала она, не поднимая на него глаз. — Вот почему ленсман велел снести прачечную в Фагернессете и предпочел, чтобы я навеки перебралась в Рейнснес.

Сунув два пальца в рот, она свистом подозвала Вороного. Лео стоял с опущенными руками. В глубине его зеленых глаз вдруг затеплилась безграничная нежность.

— Я понял, что тут не все так просто… Твой разговор с отцом накануне Рождества. Вы с ним не ладите, да, Дина?

— Это он со мной не ладит.

— Ну, это уже ребячество с твоей стороны.

— Но между тем это так.

— Расскажи мне о себе.

— Сначала ты расскажи о себе, — упрямо сказала она, но тут же продолжала:

— А что ты сделал бы, если бы это твой ребенок повернул рычаг и вылил щелочь? И что бы ты сделал, если б твоя жена, которую ты мучил несколько лет, вдруг умерла, так и не дождавшись от тебя любви?

Лео подошел к Дине. Обнял ее. Прижал к себе. Целовал слепо и горячо.

Водопад звучал, как церковный орган. Небеса скрыли лошадей. Иаков был всего лишь ангелом. Потому что пришел новый посланец Ертрюд.


— Зачем ты подчеркнул слова в книге? Это некрасиво, — вдруг сказала Дина, когда они ехали вниз по склону.

Он не подал виду, что это его удивило.

— А ты шпионишь за людьми. Осматриваешь чужие саквояжи и книги.

— Что же мне остается, если ты сам ничего не рассказываешь о себе?

— Я рассказывал.

— Да, о Пушкине, которого ты боготворишь. Ты обещал сделать для меня перевод.

— Сделаю.

— Только из той книги, которую ты дал мне.

— Я тебе ее не давал. Ты сама взяла. Я тебе давал другую.

— У тебя были две одинаковые книги. Одна с подчеркнутыми местами, другая — нет. Мне больше нравится та, где подчеркнуто.

— Все увидела, — проговорил он, словно ее тут не было. Дина повернулась и насмешливо взглянула на Лео:

— А ты будь поосторожней!

— Теперь буду. Между прочим, эта книга очень важная, — сказал он и вдруг остановил лошадь.

— Кому ты привозишь в Норвегию русские книги?

— Тебе, например.

— Мне нужна та книга, которая мне больше нравится.

— Ты не очень скромничаешь, — сухо заметил он.

— Нет!

— Почему ты взяла книгу с подчеркнутыми местами?

— Потому, что для тебя она важнее! Он промолчал. Она утомила его.

— Ты везешь с собой на север вторую книгу?

— Нет.

— Где же она?

— Украла одна вдова.

— В Бергене?

— В Бергене.

— Ты рассердился?

— Да.

— Приходи сегодня вечером ко мне в залу и переведи то, что тебе у Пушкина нравится больше всего.

— Ты этого хочешь?

Дина засмеялась. Она слегка подпрыгивала на спине лошади, спускавшейся по крутому склону. Ехала она без седла. Ляжки крепко и мягко обнимали бока лошади, бедра покачивались в такт движению.

Ему захотелось лета. Зноя. Для этого пришлось привязать лошадь к дереву.


На третий день Лео уехал. Дина снова начала ходить по ночам. А весна продолжала свою работу.

ГЛАВА 5

Наготы жены отца твоего не открывай; это нагота отца твоего.

Третья книга Моисеева, 18:8ф

Женщины в Рейнснесе были сродни его шхунам. Берег у них был общий. Но назначения разные. Разный груз. Разная оснастка.

Если у шхуны был свой шкипер, женщины доверяли свои паруса ветру. Своевольно и каждая на свой лад.

Кое-кто считал, что Стине умеет вызывать ветер. Другие верили, что Дина повелевает злыми силами. А то зачем бы ей пить вино одной, завернувшись в волчью шубу, зимними лунными ночами в занесенной снегом беседке.

Ну а третьи полагали, что злые и добрые силы в Рейнснесе уравновешивают друг друга. Но беда придет в тот день, когда не станет матушки Карен.


Однако старая матушка Карен цеплялась за жизнь. Она была похожа на светлую гибкую березу. Белую, с темными пятнами на коже. Каждый день Стине причесывала ее. Вымытые в можжевеловой воде волосы красиво блестели. И были как шелк.

Породистый нос с горбинкой крепко держал пенсне. Матушка Карен читала каждый день по три часа. Газеты, книги, старые и новые письма. Она полагала, что в старости очень важно поддерживать в себе духовные интересы.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация