Книга Корона для «попаданца». Наш человек на троне Российской Империи, страница 58. Автор книги Алексей Махров, Борис Орлов, Сергей Плетнев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Корона для «попаданца». Наш человек на троне Российской Империи»

Cтраница 58

Мы медленно сблизились. «Цыган» слегка покачнулся вправо. Ну, эти шутки мы знаем – я остался недвижим. Еще один отвлекающий финт – я снова не ведусь. Тогда «Цыган» решился на атаку – на приличной скорости бросив тело вправо, он вдруг скрутился и попытался сделать что-то похожее на «ножницы» [78] . «Эх, не попадался тебе достойный противник, бородатое чудовище!» – почти ласково подумал я, взмывая в воздух, – а ведь наверняка этим приемом он не один десяток деревенских увальней завалил! Уже в полете я развернулся и легонько, чтобы не покалечить, ударил чернявого в голову подъемом стопы. Такой удар хорошо получается в десантных берцах. Но в этот раз на мне щегольские белые туфли… правда, с высокими кожаными гетрами! Поэтому удар все-таки выходит неплохим! «Цыгана» уносит в приемную, а я, приземлившись, медленно поворачиваюсь к братьям. Ванечка охает и падает в обморок. Михаил с трудом сдерживает рвотные порывы. На лице Митрофана, по слухам – любителя посмотреть на кулачные бои, застыла глупая улыбка. Сперанский так и вообще залег у стенки в позе «ожидания ОМОНа» – мордой вниз, руки на затылке.

Что, братцы, не ожидали ТАКОГО от домашнего дурачка? А что вы хотите – я с восьми лет самбо занимаюсь. А чем еще заниматься сыну офицера ВДВ? Не бальными же танцами? Мелькнула мысль: «А ведь с их точки зрения, Сашенька одержим бесом!»

За моей спиной, в приемной, что-то зашуршало. «Цыган» недобитый поднимается? Я развернулся и на полусогнутых (в голове все еще бухали боевые литавры, а адреналин бурлил в крови) вышел посмотреть на источник шума. В приемной тоже была немая сцена: оба приказчика и секретарь, раскрыв рты, таращились на чернявого мужика, медленно принимавшего вертикальное положение. Я сделал полушажок в сторону, уже примеряясь нанести финишный удар. Но «Цыган» повел себя странно: увидев меня, он низко, в ноги, поклонился и сказал:

– Прости, Ляксандра Михалыч, что сразу не признал в тебе ХОЗЯИНА!

Однако! В моей армии появился первый боец! Я хмуро оглядел нежданного сторонника. Нет, он не шутит и не издевается – он действительно верит, что если я его побил – то, несомненно, являюсь более крутым.

– Как зовут? – спросил я. Горло после драки пересохло, и мой голос напоминал карканье ворона.

– Еремей, хозяин, – ответил «Цыган», потирая окровавленное (это его пуговицей на гетре зацепило) ухо. – Еремей Засечный.

– Вот что, Ерема, ступай на улицу и позови городового! Скажешь ему, что господа Рукавишниковы подрались, а ты разнимал!

Еремей молча кивнул и быстро, но без суеты стал спускаться на первый этаж. Приказа он обсуждать не стал.

– Ну-с, милостивые государи! – сказал я, вернувшись в кабинет. – Через пять минут здесь будет полиция. И только от вас зависит – подозреваемыми вы будете или свидетелями! Понятно излагаю?

Михаил и Митрофан кивнули. Клиенты почти созрели, продолжим психологический прессинг.

– Версия такая: я попросил Ивана показать бухгалтерские книги, а он решил выставить меня сумасшедшим. Для чего пригласил уважаемого профессора. – На этих словах Сперанский слегка приподнял лицо от пола. – Но вы и уважаемый профессор отказались участвовать в грязном замысле Ивана. – После этого заявления Сперанский, решив, что вот прямо сейчас его убивать не собираются, начал осторожно вставать. – Тогда Иван призвал на помощь своих амбалов. Но мы совместно сумели их утихомирить. Готовы подтвердить такое?

Братья снова молча кивнули. После полуминутной паузы кивнул и Сперанский. Что же – в соображалке им не откажешь. Умение вовремя принять сторону более сильного – великое искусство!

Только через четыре часа я покинул «гостеприимное» здание банка. Немилосердно болела отбитая нога, да и ладонь после столкновения с чугунным затылком амбала дико мозжила (как бы не перелом!), а из-за растяжения связок в паху, после героического мукуши, я еле ковылял (не приспособлено тело для рукопашной!). Однако чувствовал я себя настоящим триумфатором! Следующий в двух шагах за моим правым плечом Засечный нес в объемистом саквояже плоды психологической атаки – подписанные полностью деморализованными моим «наездом» братьями бумаги на передачу в мою личную собственность движимого и недвижимого имущества, а также активов. Там же, в саквояже, лежали толстые пачки акций, облигаций и ассигнаций, на общую сумму полтора «лимона».

Интерлюдия

Владимир Альбертович Политов, военный пенсионер, сидя в неудобном жестком кресле перед голографическим монитором иновремян, внимательно просмотрев, как его внучок разводит на бабки банкиров, одобрительно хмыкнул в финале и тихо произнес: «Ну прямо-таки цирк с конями!»

Нельзя сказать, чтобы увиденное на сто процентов порадовало генерала в отставке, потому как Владимир Альбертович считал силовые акции грязной работой, постоянно наставляя молодых офицеров, что если разведчик довел дело до стрельбы с поножовщиной, то дело наполовину провалено.

Но в данном конкретном случае действующим лицом выступал единственный и любимый внук, которому многое прощалось. Да и действовать ему пришлось в режиме отражения агрессии. По крайней мере жестокая и быстрая расправа с «качками» послужила дополнительным психологическим рычагом, позволив Диме дожать банкиров.

Владимир Альбертович выключил ноутбук и, откинувшись на угловатую спинку старого кресла, с удовольствием сделал несколько энергичных махов руками, разгоняя застоявшуюся кровь.

– Слышь, Альбертыч! – донесся из соседней комнаты голос Дорофеева. – Пойди-ка сюда! Здесь какое-то непонятное ДВИЖЕНИЕ намечается!

Илья Петрович Дорофеев, старый друг и сослуживец, в прошлом генерал-майор ГРУ, а ныне тоже пенсионер, был привлечен Политовым на подмогу, наряду еще с тремя отставниками – бывшими сотрудниками разведки. Старики не задумываясь приняли приглашение Владимира Альбертовича поучаствовать в «одном интересном дельце». Заскучавшие «на гражданке», они встрепенулись, словно дряхлые боевые кони, услышавшие сигнал горна.

В настоящий момент тесная группа единомышленников сидела на съемной квартире неподалеку от частной клиники, где лежали тела Таругина и младшего Политова. Наблюдение за палатой осуществлялось техническими средствами, предоставленными в безвозмездное пользование Владимиру Альбертовичу одним из его учеников, держащим ныне детективное агентство.

Политов встал, беззлобно матюгнув дурацкое кресло, впившееся напоследок своему седоку в поясницу чем-то острым, и прошел в соседнюю комнату, где стояли несколько мониторов наблюдения. Дежуривший перед экранами Дорофеев, оглянувшись через плечо на подошедшего друга, ткнул пальцем в изображение больничного коридора и сказал:

– Смотри, Альбертыч! Эта сестричка как-то подозрительно себя вести стала!

На экране было видно, как больничная медсестра зигзагом шла по коридору, заглядывая во все палаты.

– И ведь только что эта девушка спокойно занималась своими делами, ставила капельницу мужику в дальней палате и вдруг сорвалась с места! Ты же предупреждал, что больничный персонал могут «оседлать»!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация