Книга Булатный перстень, страница 119. Автор книги Дарья Плещеева

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Булатный перстень»

Cтраница 119

— Вижу…

Поликсена смотрела на нее с удивительным спокойствием и даже благодушно. Ребенок закряхтел, Карповна подхватила его и переложила на какую-то тряпицу.

— Ты растолкуй ей, Мурашка, — сказала Мавруша. — Все растолкуй. А мне недосуг — вода вот-вот закипит, полное корыто пеленок. И полы еще мыть…

— Отчего тебе — мыть полы? Разве господин Новиков не может нанять прислугу? — удивилась Александра.

— Может, да только покойная госпожа Новикова всех женщин против него настроила. Из здешних никто не хочет идти. Ничего, я справлюсь! — гордо заявила Мавруша. — А скоро Мурашка будет мне помогать. Невелика наука!

— Вот дурочка. У тебя же есть собственная девка Павла. Завтра же ее пришлю.

— Да? — Мавруша задумалась. — А она стряпать умеет? А то у меня все подгорает…

— Кашу наверняка лучше тебя сварит.

Поликсена молча смотрела на Александру и улыбалась. Улыбка у нее была — как на модной картинке, углы губ заметно приподнимались.

Рядом Карповна ловко подмывала и пеленала опроставшегося Андрея Денисовича… Нерецкого?.. Александра нахмурилась — сын ее жениха будет расти под чужим прозванием, каким — неведомо, и приятно ли мужчине знать, что его дитя лишено имени? Бог весть…

— Что ты собираешься делать, Поликсена? — спросила Александра.

— Дитя растить, — спокойно ответила смольнянка. — Что же еще?

— Ты не замужем, каково это — невенчанной растить сына? Тебя с ним никто в жены не возьмет. Видишь, я прямо говорю. Умнее всего будет отдать дитя добрым людям. Я сейчас покидаю столицу, но, вернувшись, найду достойную семью…

Карповна повернулась и очень нехорошо на Александру посмотрела.

— Отчего ж не возьмет? Вы хотите сказать, госпожа Денисова, что господин Нерецкий не женится на мне, а на нем для меня свет клином сошелся? Полноте! Видно, я поумнела, а вы поглупели.

— Ай, Мурашка! — радостно завопила Мавруша.

— Молчи, Сташка, нам нужно объясниться. Нас приучили говорить прямо — в свете так не делается, ну да мы и не в гостиной на Миллионной улице.

— Ну, поговорим прямо, — ответила Александра. — Давно пора.

— Вы собираетесь венчаться с Нерецким?

— Да. Завтра или через день мы едем с Спиридоново, там и повенчаемся. Это твердо решено. — Рассказывать Поликсене об опасных похождениях жениха Александра не стала — ибо ни к чему.

— Это хорошо. Вы сумеете о нем позаботиться, и я буду за него спокойна. И останетесь с ним в Спиридонове?

— Да, до Рождества.

— И это тоже хорошо. Вы не беспокойтесь, госпожа Денисова, я не стану домогаться вашего супруга. Между нами все кончено. Пусть живет, как знает…

— Погоди, погоди… — тут Александра забеспокоилась. — Ты ведь любила его страстно, ты, уверена, и теперь его любишь! Не старайся показать мне своего равнодушия! Мы обе женщины, мы обе знаем, как он умеет вызвать любовь к себе… Я хочу сказать, что он позаботится о ребенке и о тебе, насколько возможно..

— Не надо. Я с ним больше не увижусь. Ведь вы же не позволите ему нарочно разыскивать меня?

От такого вопроса Александра онемела. Видимо, этого Поликсена и добивалась.

— Мне было очень плохо у вас, — честно призналась смольнянка. — Я понимала, что он любит другую, что он своему сердцу не хозяин, но я верила, надеялась — пока не убедилась… А потом — Господь милостив, стоило мне упасть в бездну, как тут же и рука помощи протянулась. И когда мне дитя показали… когда оно вот тут, рядышком, заснуло… вот тогда я подумала: «Господи, что же я ему про отца-то скажу? Ведь спросит однажды — и что?» Даже ежели бы господин Нерецкий, узнав, что я родила, прибежал, забрал меня, увез — все равно бы потом бросил. Не в вас — в другую бы влюбился. Я ему не подходила, ибо опорой ему быть не могла. А я перед сыночком в ответе. Вот и решила — нет больше в моей жизни господина Нерецкого. Так меня дитя научило.

— И в моей, — тихо добавила стоявшая в дверях Мавруша.

— Да и на что он мне, коли не умеет держать слова?

Много всякого рассказывали про чудачества смольнянок, но это было всех прочих почище. Прижив ребенка от человека, который сперва ее увлек, потом бросил, лежа в чужом доме, гроша за душой не имея, эта монастырка рассуждала о высоких материях, да еще с какой гордостью!

— Но ты не можешь одна воспитывать дитя, у тебя нет средств, московская родня тебя с прижитым сыном не примет! — перешла в наступление Александра; ей очень хотелось свергнуть гордячку с умозрительного пьедестала, ткнуть ее носом в унылую правду жизни.

— Я выйду замуж за господина Новикова, — твердо сказала Поликсена. — Я так решила. Нас не тому учили, вот в чем моя беда. Вот что меня чуть не сгубило. Нас учили любить красоту. А красота — это в картинах хорошо да в скрипичных сонатах. Господин Новиков, может, и не такой красавчик, и когда поет — соседская Жучка подвывает, да зато друг истинный. Он моего сыночка как родного принял, а я ему и других рожу.

— Да, да! — подтвердила Мавруша. — А я тебя не брошу! Не пропадем!

— Он что же, сватался к тебе? — казалось бы, следует опять удивиться, но Александра уже стала привыкать к сюрпризам.

— Кабы я не видела, что у них к свадьбе идет, ноги б моей тут не было! — вдруг заявила Карповна. — Хоть и нехорошо, едва женку схоронив, другую брать, да ведь не грех!

— Он сказал — коли я тебе, сударыня, не противен, будь моей женой. Я, сказал, уж не первой свежести, да полдюжины детишек на ноги поставить успею. Ты, сказал, видишь, каково мое хозяйство, а сам я человек незлобивый. Так что передайте своему жениху, госпожа Денисова, что я его домогаться не стану — пусть успокоится и будет с вами счастлив. И вы с ним…

— Я передам, — обещала Александра. — И, коли уж Новиков жених тебе, скажи, сделай милость, куда он подевался. Он мне по делу нужен.

— Он к господину Михайлову пошел, это тут неподалеку. Господин Михайлов сегодня в Кронштадт возвращается, и Владимир Данилыч вздумал его проводить. Там и переночуют.

— И давно ушел?

— Совсем недавно.

Александра задумалась. С одной стороны, встречаться с Михайловым она совершенно не желала. А с другой — не убьет же он ее, в самом деле! Новиков не позволит…

И, поскольку они оба спешат, не будет времени на долгие, нудные и ненужные объяснения. Пожелать счастливого плаванья — минутное дело, а совесть будет чиста. Только как-то так нужно пожелать, чтобы он понял — возврата к прошлому нет. По-дружески, спокойно, без суеты. В конце концов, дюжины добрых слов этот человек заслужил, хотя характер у него мерзкий. И ревнивый!

— В какую сторону мне ехать, чтобы к Михайлову попасть? — спросила Александра.

— Сташка, это, знаешь, за колодцем, на перекрестке поворотить направо, а дальше спросить, — сказала подруге Поликсена. — Проводи госпожу Денисову хоть до калитки да укажи путь.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация