Книга Седьмая жертва, страница 28. Автор книги Алан Джекобсон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Седьмая жертва»

Cтраница 28

– Пошла ты к черту, Вейл! – заорал Хэнкок. – Ты достаешь меня с той самой минуты, как я перешагнул порог дома жертвы. Что я тебе сделал?

Бледсоу недовольно покачал головой.

– Ладно, хватит! – Обернувшись к Карен, он добавил: – Он прав. Уймись, еще раз тебя прошу.

– Так тебе и надо, – злорадно ухмыльнулся Хэнкок, глядя на Карен.

– Я обратилась в ЗООП. Хочу посмотреть, нет ли в их базе похожих случаев, – продолжила она как ни в чем не бывало.

– Кто возьмет на себя работодателей погибшей женщины? – поинтересовался Синклер.

– Эрнандес, – сказал Бледсоу, – это поручение для тебя. Проверь компании, на которые работала жертва. Потом займешься их клиентами. Если всплывет хоть какая-нибудь зацепка, которая покажется тебе подозрительной, докладывай немедленно, и мы решим, что делать дальше.

– Понял, босс.

Следующие два часа они провели, распределяя первоочередные задачи и составляя списки вопросов, на которые предстоит ответить. Не обошлось и без телефонных звонков. Обычная, рутинная полицейская работа. Когда все поднялись с места, чтобы разойтись наконец по домам, Бледсоу негромко присвистнул, требуя к себе внимания.

– Чуть не забыл. Расходы. Сохраняйте все чеки за неделю, и каждый понедельник передавайте их мне в конверте, на котором указано ваше имя. Обязательно пишите на каждом, за что вы платили. Я буду передавать их в Управление, а там уже бухгалтерия проверит их и решит, возмещать ваши расходы или нет. Поэтому заказывать обеды из трех блюд не рекомендую. А теперь все по домам, и постарайтесь отдохнуть. Встречаемся здесь каждое утро в восемь часов. Если не можете прийти, звоните мне. У нас гибкий график, но я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас злоупотреблял этим. Мы должны поймать убийцу, и каждый впустую потраченный день, час или минута означают, что смертельной опасности подвергается очередная невинная женщина. Всем понятно?

Все согласно закивали головами и разошлись. Карен подошла к Хэнкоку, который немедленно напустил на себя неприступный вид и высокомерно уставился на нее сверху вниз. Она сказала:

– Думаю, ты был прав, Хэнкок. Относительно того, что в рисунках кровью на стенах присутствует элемент художественного творчества. Просто хотела, чтобы ты знал об этом.

Хэнкок несколько мгновений помолчал, обдумывая ее слова, прежде чем ответить.

– Знаешь, Вейл, а ведь я мог оказаться на твоем месте и делать твою работу. Ведь это я мог стать психологом-криминалистом.

Карен достала из кармана пластинку и неторопливо сунула ее в рот.

– Что ты хочешь от меня услышать? Это было не мое решение.

– Тебе очень хочется так думать. Это помогает тебе избавиться от чувства вины. Но я справился, выстоял, и теперь у меня хорошая работа. Я стал главным. Больше мне не нужно подчиняться. Отныне я сам отдаю приказы.

– Я рада за тебя.

Карен повернулась к своему столику, намереваясь собрать бумаги, но Хэнкок схватил ее за руку.

– Я знаю, ты рассказывала обо мне всякие гадости. – Он говорил негромко, словно не хотел, чтобы их услышали. – Этого я тебе не забуду.

Она опасно прищурилась.

– Не угрожай мне, Хэнкок. Можешь говорить и делать, что хочешь, этим ты меня не испугаешь. А если посмеешь мешать мне, я раздавлю тебя, как навозного жука. Помни об этом.

Карен подхватила свой кожаный рюкзачок и, на ходу подмигнув Робби, направилась к двери.

…четырнадцатая

Висящие над головой грязно-серые грозовые тучи грозили пролиться дождем, но пока что на землю не упало ни капли. У Карен в десять часов была назначена встреча с адвокатом, занимавшимся разводом, но по дороге она решила заехать к Дикону. Если существовал какой-нибудь способ уладить дело об опеке полюбовно, миром – без привлечения тяжелой артиллерии в лице адвокатов, – она хотела найти его. Собственно, она ничего не имела против своего поверенного, но при этом отнюдь не горела желанием финансировать его отпуск на очередном пятизвездочном курорте.

Откровенно говоря, Карен не думала, что Дикон пойдет ей навстречу, но при этом она готова была сделать ему предложение в лучших традициях мафии… предложение, от которого он не сможет отказаться… предложение, в котором она уступит ему свои права на дом. Если и был хоть какой-нибудь способ достучаться до гранитного обломка, который Дикон некогда именовал своим сердцем, так только через его кошелек.

Карен стояла перед облупившейся серой деревянной дверью и чувствовала себя незваной гостьей. Прошло всего полтора года с тех пор, как она ушла отсюда, но ей казалось, что за это время она стала совершенно другим человеком. Человеком, который терпеть не может мужчину, владеющего домом, который она совсем недавно называла своим. Карен в задумчивости сунула руки в карманы брюк и качнулась с пятки на носок и обратно. Ей в самом деле нужно нажимать кнопку звонка? Действительно ли она хочет видеть Дикона?

Ведь она может передоверить все своему адвокату, действовать через него, и в этом случае никогда больше не увидит бывшего супруга. Но вдруг ей удастся воззвать к той стороне его натуры, которую она когда-то любила, достучаться до его доброй и трудолюбивой души, которая ныне растворилась в нетях, убедить его дать согласие…

Деревянная дверь распахнулась настежь, и перед нею предстал неухоженный и опустившийся мужчина сорока с чем-то лет, с вытянутым, обтянутым морщинистой пергаментной кожей лицом и растрепанными волосами цвета соли с перцем. Грязная белая футболка навыпуск и вылинявшие заношенные джинсы. Роста в нем было пять футов и одиннадцать дюймов, но теперь расплывшаяся фигура и обрюзгший живот делали его еще массивнее на вид. Он подошел к проволочной сетке на двери.

– Какого черта ты приперлась сюда?

Карен про себя поразилась тому, как быстро и низко может пасть человек, оказавшись на последнем круге ада, который так занимательно описал Данте.

– Ты стучала? Я ничего не слышал.

– Я собиралась позвонить.

– Ты не ответила. Какого хрена ты сюда приперлась?

– Я хочу поговорить с тобой о Джонатане.

– О чем именно?

– Я могу войти?

Дикон толкнул проволочную сетку на двери, едва не задев Карен по лицу, повернулся и зашагал в темноту. В гостиной стояла мебель, приобретенная на дешевой распродаже. Это была та же самая коллекция кресел и диванов, которую в свое время хотела выбросить еще Карен – от нее отказалась даже «Армия Спасения» и еще парочка благотворительных фондов, – но, оставшись без работы, Дикон не пожелал тратиться на новую обстановку. «Меня эта мебель вполне устраивает», – заявил он тогда, как будто был единственным обитателем дома.

Карен сразу же заметила обложки журналов «Пентхаус» и «Джагс», разбросанных по кофейному столику, и вздрогнула при мысли о том, что Джонатан видит их регулярно. Пожалуй, ей придется упомянуть об этом в суде, если до него дойдет дело, чтобы нарисовать картину домашнего «уюта», который готов был предложить сыну Дикон.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация