Книга Канал грез, страница 26. Автор книги Иэн Бэнкс

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Канал грез»

Cтраница 26

Воины склонились над ними и дотронулись сначала до ног Филиппа, а потом до ее рук. Ее руки сверкнули в лучах света золотом и упали ей на колени. Один из сборщиков поднял их и бросил в черный мешок, с глухим стуком они канули в бездонную прорву. Она взглянула на свои запястья, розовые и новоявленные культи пахли, как кожа младенца. Ее часы соскользнули с руки и теперь лежали на покрытом плитками полу. Они все еще показывали четверть девятого. Носком ноги она перебросила их через сгрудившихся на краю обезьян в клубящееся теплым паром озерцо. Описав длинную дугу, часы исчезли в тумане. Послышался всплеск.

Лежавшие в ряд улыбающиеся люди уже покрылись черным песком от шеи до пят. Они щебетали как птицы, хотя о чем они говорят, ей было не расслышать. Служители в желтой форме выглядели усталыми и мрачными. Филипп погладил ее по спине, заставив слегка изогнуться.

В дальнем конце комнаты, сквозь клубы пара, она увидела стоящего на окруженном деревьями пригорке золотого бородатого Будду. Одна из ныряльщиц всплыла на поверхность и вышла из бассейна. На ней был черный костюм, а в руках она держала маску и деревянное ведерко. Женщина подошла и что-то вынула из ведерка; это были ее часы. Она поблагодарила женщину и попыталась надеть часы, но не смогла. Они по-прежнему показывали четверть девятого, хотя было хорошо слышно, как они тикают. Чтобы надеть часы, нужны были кисти рук.

Она побежала за воинами, выхватила у одного из них мешок и начала копаться в нем, ища свои руки. Это было очень трудно, так как там было множество всяких рук, но в конце концов она нашла свои, правда немного оплавившиеся. Они пришлись ей точно впору. Тут подошел воин и хотел ударить ее, но она выхватила у него палку и сама ударила его по голове. Он упал в воду. Все воины попадали в воду вместе с мешком; он очень быстро утонул.

Вдруг за спиной у нее раздался пронзительный крик. С окровавленным мечом в руках она обернулась. Все люди, оставшиеся позади, извивались на полу, их кровь, хлынув из изрубленных тел, пятнала желтые плитки пола.

Собеседники, лежавшие в ряд на берегу, оказались совсем погребенными; на том месте высился лишь длинный вал черного песка.

Небо над серыми железными балками купола стало совершенно черным.

Когда она обернулась к бассейну, вода в нем сделалась красной и густой, а она не чувствовала своих рук от пальцев и до плеч. Она выронила клинок, и он с лязгом упал на плиты пола. Огромный красный фонтан внезапно вырвался из набухшей поверхности бассейна. Воздух заполнил ужасный жалобный вопль. Она ощутила запах железа.

Филипп гладил ее по спине и звал по имени; она проснулась на диванчике в корабельном салоне. Теперь здесь было намного темнее и совсем тихо; никто не разговаривал. Яркий свет заливал только стойку бара, бликуя на стаканах, бутылках и пулемете охранника. Она не помнила, как очутилась на диванчике. Очевидно, она сильно ворочалась во сне и так неудачно легла, что совсем отлежала себе руки. Она с трудом перевернулась на другой бок, услышав, как Филипп спрашивает, что с ней случилось; очевидно, она стонала во сне. В онемевшие руки, покалывая иголочками и пульсируя, приливала кровь и обжигала вены, словно кислота.

Глава 6 САЛЬ-СИ-ПУЭДЕС [30]

Агуасеро [31] налетел в середине дня; небо, подернутое тучками, внезапно потемнело, шум ветра, доносившийся снаружи, резко усилился. Затем разразился шторм, по стеклу иллюминаторов застучал дождь, за стенами салона завыл ветер; судно стало беспорядочно раскачиваться, кренясь то в одну, то в другую сторону под переменчивыми шквалистыми порывами, и заплясало вокруг швартовой бочки, как бык, привязанный к столбу за продетое в ноздри кольцо.

Ночью все спали, хотя спалось им неважно и беспокойно. В салоне было жарко, душно и неудобно. Система кондиционирования работала, но при том, сколько человек набилось в салон и сколько тепла они вырабатывали, проку от кондиционера было мало. Марокканцы и алжирцы не расставались с сигаретой; курильщики постепенно сбились вместе в самом дальнем от бара углу, так что установилось нечто вроде расовой сегрегации. Но их дым плавал по всему помещению. Брукман несколько раз подходил посидеть с ними и, выкурив две сигары, оказавшиеся при нем, когда его забрали с «Накодо», начал стрелять сигареты у других курильщиков.

Хисако, как и Мари Булар, получила привилегированное место на диванчике. Некоторые устроились на подушках, снятых с диванчиков и кресел. Венсеристы принесли из кают сколько-то одеял, простынь и подушек, так что большинству нашлось чем укрыться. Однако в салоне было так жарко, что одеяла никому не понадобились.

Глубокой ночью разбудили и увели одного рослого алжирца. Все проснулись и ждали, чтобы узнать, вернется ли он обратно. Он вернулся, неся на пару с капитаном Блевинсом носилки, на которых лежал Гордон Дженни. Впереди шла миссис Блевинс, шествие замыкали два венсериста. Дженни помахал с носилок рукой и во всеуслышание объявил, что чувствует себя хорошо. Его голова была забинтована; с правой стороны красовался громадный кровоподтек в пол-лица. Они положили носилки на два стула, а для миссис Блевинс постелили на диванчике.

Убедившись, что жена хорошо устроена, капитан «Надии» присоединился к Филиппу и Эндо. Хисако сидела рядом с Филиппом; после приснившегося кошмара ей расхотелось спать. Рядом, укрывшись простыней, совсем по-детски свернулся калачиком Брукман. Под другой простыней, лежа на спине, устроился господин Мандамус. Глядя на него, можно было подумать, что там лежит худой человечек, придавленный сверху большим мешком. Филипп и Эндо с помощью Хисако рассказали Блевинсу о том, что произошло на их судах.

— Значит, больше никто не пострадал? — спросил Б левинс.

— Нет, капитан, — ответил Филипп.

Они сидели недалеко от иллюминатора почти в самом углу зала на одной линии с баром, за которым возле установленного на полированной стойке пулемета метрах в пяти от них расположился, попивая «колу», венсерист.

Эндо подвинулся вперед и сел поближе к Блевинсу:

— Мистер Оррик… его с нами нет.

Он опять отодвинулся на прежнее место. Блевинс взглянул на Филиппа и Хисако:

— Его отсюда забрали?

— Нам кажется, они его не поймали, — сказала Хисако.

— Хм-м. — Блевинс, глядя в ковер, устало потер затылок.

Хисако раньше не замечала, что он уже начал лысеть.

— И радисты, — сказал Филипп, — их тоже с нами нет.

— Да, их всех троих держат в нашей радиорубке, — сказал Блевинс. — Создают видимость, будто ничего не случилось, и каждый ведет переговоры как бы со своего корабля.

— А что с мистером Дженни? — шепотом спросила Хисако.

— Кажется, у него сотрясение, — пожал плечами Блевинс. — В нормальных условиях я отправил бы его в больницу.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация