Книга Планета райского блаженства, страница 71. Автор книги Гарри Гаррисон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Планета райского блаженства»

Cтраница 71

Он запоздало идентифицировал боль в задней части тела и конечностях, после того как ударился о твердую поверхность.

– И пока не протрезвеешь, не возвращайся! – рявкнул ему вслед Ноэль. – Стыдно человеку в твоем возрасте, не говоря уже о твоем образовании, набираться в это время дня.

Дверь паба захлопнулась, и Портакал восстал из пепла, вернее, из рваных пакетиков от чипсов, окурков и собачьих какашек. Он выругался по-японски, поскольку так было проще. Ну что за люди, даже не видят разницы между носителем и контролером! Позор, да и только. Хотя, возможно, так ведут себя только любители сакэ в идзакаях, питейных заведениях, – он знал, что крепкие напитки творят странные вещи с некрепкими организмами людей. Для беседы следует подыскать туземца с более развитым интеллектом.

Он медленно шел по улице, используя свои новообретенные способности, чтобы распознавать слова, атаковавшие его со всех сторон. Стеклянное окно: «Веселый повар. Рыба с жареным картофелем». Запертая дверь внизу: «Закрыто на обед». Столько всего интересного.

Еще одно заведение, рядом широкая доска на столбах: «Ремонт шин». На другой стороне доски немножко по-другому: «Римонт шин». На всякий случай он запомнил это разночтение.

Впереди большое здание из тесаного камня, оно чуть отступает от улицы, наверху сходится в точку; двери в темную внутренность приглашающе открыты. Он вошел, увидел ряды мерцающих свечей; к нему приблизился человек, одетый в черное.

– Приветствую сына далекого мира, – изрек Портакал. – Я принес тебе поклон с другой стороны Галактики.

Отец Флинн неласково поглядел вдоль своего немаленького носа.

– Опять пьешь, Шон Миллиган, а ведь алкоголизм – проклятие ирландского народа. И на мессе ты не был со времен битвы при Бойне. Вот так и умрешь без причастия, и провалишься прямиком в ад, ни на секунду не задержавшись в чистилище, прежде чем сообразишь, что испустил дух.

– Я требую молчания и повелеваю слушать внимательно, – раздраженно сказал лингвист. В Японии все шло много лучше. – Меня зовут Портакал. Отсюда невозможно увидеть солнце моего мира, но я уверяю тебя…

– Единственное уверение, бездельник, которое я согласен от тебя услышать, это что ты раскаялся и бросил пить. Оно созрело и перезрело. Несчастная твоя жена, которой приходится влачить такую тяжкую обузу. Как же ей стыдно, бедняжке, по воскресеньям, когда она приходит сюда одна…

– Будешь ли ты слушать меня?

– Еще чего! Но я буду молиться за тебя, злосчастного грешника.

Невероятно, невыносимо! Портакал развернул тело кругом и, громко топая, выбежал под весеннее солнце. Но оно внезапно исчезло, и с небес посыпались холодные капли, промочив его в одно мгновение. Организм-носитель весь продрог, но контролеру было не до того. Что-то явно не так с этими людьми. Не могут же у всех быть проблемы со слухом. Наверное, он выбрал неправильное тело для общения.

Прислонившись к стене, Портакал смотрел на прохожих, которые спешили укрыться от ливня. Может, оставить этого носителя и найти другого? Прежде такой необходимости не возникало, но отчего бы не попробовать. Он дождался, когда приблизится группа людей, и пожелал, очень сильно…

Ничего не произошло. Придется работать с тем, что есть. Он вернется в питейное заведение и попытается установить контакт.

Но когда Портакал приказал телу двигаться вперед, оно осталось на месте. Уму непостижимо! Его разум преодолел сонмы световых лет, его воля управляла тахионами. Эти несчастные земляне – он знал, что прежняя личность грустно ютится в дальнем уголке мозжечка, – не могут сопротивляться его приказам. Почему же носитель упрямится?

Портакал заговорил вслух, это был единственный способ общения с подчиненным разумом.

– Я повелеваю: прекрати. Мы должны вернуться в «Арки».

– Мы должны отправиться в центр регионального правительства, – ответил он себе сочным басом.

Портакал остолбенел. Это были не его слова. И даже не слова носителя. Чьи же тогда?

– Кто ты?! – вскрикнул он. – Я вижу тебя, ты прячешься в извилинах и закоулках продолговатого мозга, выйди и назовись.

Мимо ковыляла старушка с зонтом в руке. Бросила взгляд на Шона Миллигана, перекрестилась и быстренько засеменила прочь.

– Я Мнткл из народа ~>, о землянин. Я принес тебе приветствие с той стороны звезд…

– Пошел вон из этого мозга! – возмутился Портакал. – Я его занял первым.

Шон впал в косоглазие, поскольку каждый инопланетян контролировал один его глаз и тщился поглядеть на другой.

– Этого не может быть! – взревел Мнткл иерихонской трубой. – Мой наставник состарился и умер, обучая меня приему ментальной проекции. Я потратил всю свою энергию, чтобы занять этот мозг. Уйти должен ты!

– Дрянь твое дело, – прорычал Портакал. – Было ничье, стало мое. Катись отсюда, погань инопланетная, у меня важная лингвистическая работа простаивает.

Шон Миллиган танцевал кругами и болтал конечностями, пока пришельцы сражались за власть над ним, – и наконец плюхнулся в лужу.

– Да ломаного писпла не стоит твоя лингвистика! – прогремел Мнткл. – Мой мир гибнет, пораженный ускоряющейся энтропией. Горючее на исходе. Я здесь с миссией спасения. Мне необходимо поговорить с властями, предложить им научные знания в обмен на ядерное топливо. Если груз урана двести тридцать пять не прибудет в наискорейшем времени, мы все пойдем на галактическую смарку.

– Ну и поделом, – злорадно ответил Портакал. – О твоем космическом захолустье все равно никто слыхом не слыхивал, так что никто и печалиться не станет.

В голосе Шона кипела ярость, он ощерился, когда Мнткл прорычал свой ответ. Затем носитель некоторое время хрипел и булькал без всякого смысла – инопланетяне сражались за контроль над речью. В разгаре этой битвы разумов Шон вдруг понял, что может видеть – смутно, как в густом тумане; попробовал сделать шаг – получилось; и он, спотыкаясь, двинулся вперед. Инопланетяне вошли в клинч и утратили власть над его телом. Шаркая непослушными ногами, он описал полукруг – в «Арках» сегодня не дождешься доброго приема! – и направился в заведение Малруни. Очень медленно, исторгая на ходу писк, хрип и бульканье, добрался до стойки бара.

– Ну и скверный же у тебя кашель, – сказал Малруни, ставя перед ним выпивку. – Это все башня Мартелло, она же насквозь сырая. Ставь центральное отопление, вот что я тебе советую, хотя просверлить гранитные стены толщиной футов двадцать, конечно, непросто…

Шон медленно поднял и ополовинил кружку. Пока пил, он не переставал говорить, орошая портером голосовые связки, брызгая пеной и слюной.

Малруни отошел обслужить другого клиента, а Мнткл мрачно предложил:

– Как насчет компромисса? Дай мне возможность выступить перед правительством. Ну не можешь ты желать гибели целой планете, это ж какое будет пятно на совести.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация