Книга Преследуя восход, страница 4. Автор книги Майкл Роэн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Преследуя восход»

Cтраница 4

Передо мной стукнул о стол поднос с бутылью, наполненной бледной жидкостью, и небольшой узкогорлой фляжкой с той же жидкостью, почему-то без стакана. Коротконогий круглый человек маленького роста и с лицом приветливой жабы наклонился надо мной и прорычал:

— Заведение угощает, дрруг! Всякий, кто даст волкам по зубам, оказывает нам услугу! — Он говорил с акцентом, таким же сильным, как и запах специй в воздухе. Из затененных глубин зала донесся рокот одобрения, и я увидел блеск поднимающихся бокалов.

— Ты бы только видел, Мирко! — взахлеб рассказывал Джип. — Они свалили меня, отобрали мой ножичек — и тут появляется он, идет на них со здоровенной железякой, черт побери! Их трое, он сбивает двоих, а третьему дает по мозгам прежде, чем я успеваю схватить клинок и немного пустить ему кровь! Пошел на них прямо с голыми руками, право слово, так и пошел!

Мирко с серьезным видом кивнул:

— Жаль, что я не видел. Ты очень смелый, мой мальчик. А теперь глотни-ка вот этого, его ведь пьют, веррно? Великолепное средство!

Я осторожно взял маленькую фляжку и поднес к губам. Фляга была с секретом: ее содержимое тут же оказалось у меня в глотке. Если хотите знать, какое было ощущение, советую привязать сливу к ракете и выстрелить себе в рот, причем желательно во время землетрясения. Я с трудом выдохнул, ожидая, что из глаз посыплются искры, а Мирко немедленно снова наполнил фляжку, ибо я все еще держал ее в руке. Неожиданно холод в моей груди пропал, а дрожь прекратилась; я ощутил пульсацию крови в жилах, а гулкие удары, отдававшиеся в голове, стали вполне терпимыми. Я проглотил вторую порцию и позволил Мирко налить третью, прежде чем поднял бутыль и взглянул на этикетку.

— Туйка, — прочитал я, неожиданно догадавшись, что это такое. — Сливовица. Только раза в три крепче, чем та, которую я пробовал.

Мирко раскрыл рот в ухмылке, как жаба при виде чрезвычайно аппетитной мухи.

— Ссливовицца? Да, если тебе угодно ее так называть. Настоящая горная, лучшая по эту сторону Карпат. Хой, а вот и Катика!

Я моргнул. Из ароматного полумрака возникла девушка — и очень даже симпатичная. В своем цветистом костюме она вполне вписывалась в интерьер; она могла сойти с одной из винных этикеток — крестьянская девушка родом откуда-нибудь с верховий Дуная. Может, и не совсем крестьянская: вышивка на широкой красной юбке и черном переднике была чуть-чуть чересчур раззолоченная и вычурная, а вырез белой блузки над полной грудью — слегка низковат и слишком стянут. Ее волосы казались белокурыми от природы, но лицо было тонким и немного лисьим — строго говоря, даже и не слишком красивым, а морщинки по обе стороны рта свидетельствовали об опыте, каким не часто обладают простодушные крестьянки. Впрочем, если отвлечься от этих странноватых несоответствий, глаза ее были однозначно хорошие — огромные, серые и чуточку встревоженные.

— Что случилось? — нетерпеливо спросила девушка. Ее голос неожиданно оказался глубоким, и акцент — менее заметным, чем у Мирко. — Кто ранен, Джип? Ох…

Прежде чем кто-либо успел ответить, она бросилась ко мне, кудахча, как мать-наседка, и ругая нас за то, что не позвали ее раньше. Она стащила с меня куртку так быстро и мягко, что я едва ощутил ее прикосновение, а пуговицы моей рубашки, казалось, сами расстегивались, когда ее проворные пальчики порхали вдоль моей груди; она сняла и рубашку, оставив меня смущенно вздрагивать. Но если кто и наблюдал за нами, я их видеть не мог, в гуле голосов не произошло никаких изменений; в любом случае Катику это, казалось, ничуть не волнует. Она без обиняков притянула мою голову к себе на грудь и, когда, пыхтя, появился Мирко с горячей водой, за которой она его посылала, стала промывать и обследовать мой пульсирующий скальп невероятно чуткими пальцами, втирая какую-то острую, похожую на водоросли субстанцию.

— Расслабься, — проворковала она. Однако на такой пикантной подушке сделать это было и трудно, и одновременно слишком легко; в конце концов я смирился со своим положением и обмяк.

Похоже, что и ей это не было неприятно, хотя я был не слишком уверен в этом. Конечно, она была премилым созданием, но со своей позиции я не мог не заметить одной особенности. Запах, исходивший от нее, не был таким уж неприятным, это была не та вонь, что стоит в раздевалках на кортах для сквоша [4] , но все же ощущался. Это было не хуже, чем могло быть у наших предков, наших прадедов, или людей, живущих в странах, где ванны все еще считаются роскошью. Я припомнил, как служащий отдела по экспорту угля из Восточного блока жаловался, что на его родине девушки никогда не моются как следует из-за нехватки топлива; он знал, о чем говорил. Но в нашей просвещенной и свободной стране, где горячая вода так и бьет без удержу из кранов, этому не было оправданий. Это не было вызвано жестокой необходимостью — вот почему у меня и возникло неприятное ощущение. А может быть, все-таки какое-то оправдание этому и было? Я снова бросил взгляд вверх, на лампы. Возможно, они были не декорацией, нужной для атмосферы; может, здесь и в самом деле не было электричества и даже газа. В таком случае у девушки вполне могли возникнуть проблемы с мытьем. Только вот где же в наше время может не оказаться газа или электричества? Даже на мелких фермах в горной Шотландии используют газ в баллонах. И потом, как может заведение общественного питания обойтись без контроля со стороны санитарных врачей?

Под действием сливовицы и всего остального голова у меня кружилась, подобные мысли бесцельно бродили в ней и уходили в никуда. Но постепенно я ощутил, что — чудо из чудес! — пульсирующая боль стала утихать. Похоже, Катика это тоже почувствовала, поскольку мягко заставила меня выпрямиться, и ее осторожные пальцы занялись моей раненой рукой. Я бросил туда взгляд и тут же отвел глаза: рука выглядела куда хуже, чем я предполагал, — устрашающее месиво из запекшейся крови. Смотреть на девушку было гораздо приятнее. Особенно теперь, когда она прижала мой локоть к груди, оставив на своих коленях свободно лежащую кисть. Рядом я слышал разговор Мирко и Джипа, но то, что они говорили, доходило до меня с трудом.

— Так скажи, штурман, как это получилось? Как такой прыткий парень, как ты, позволил нескольким шелудивым волкам свалить себя?

— Оплошку допустил, каюсь. Они выследили меня и у ворот навалились. По их меркам это вроде как большая хитрость.

— Да. Будем надеяться, что ума они не набирраются. Только из-за чего весь сырр-борр? Что там особенное, на этом складе?

— Да ничего. — Голос Джипа звучал озадаченно. — Несколько старых грузов, они там уже месяцами пылятся, и товар с «Искандера» — он пришвартовался утром, пришел с Запада. Там тоже ничего из ряда вон выходящего. Черный лотос для Пэтчи, пара шкур морских лошадей, их прислали от Мендозы из Те Арахоа на свой страх и риск, а они возьми и околей. Партия дров на продажу, индиго, перец и кофе из Хай Бразил, пух гагарки — двадцать тюков! — и несколько тонн сушеного корня победителя и ночного глаза для магазинов в аллее Дамбаллы. Ничего такого, что стоило бы спереть. Ну, а чтобы утащить хоть что-то серьезное, нужно куда больше троих. Там, правда, был и ром «Черный дьявол», пятьдесят больших бочек, но Дик-маркитант забрал его еще часа за четыре до того, как я пришел.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация