Книга Спасатели Веера, страница 207. Автор книги Василий Головачев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Спасатели Веера»

Cтраница 207

— Никогда бы не подумал, — удивился Ростислав. — Всю жизнь считал, что «дурак» — ругательство.

— Дядя Толя утверждает, что смысл многих исконно русских слов и понятий намеренно искажен и вывернут.

— Кем?

— Свитой Сатаны, добивающейся власти. Это настоящая культурная агрессия, которая длится уже более тысячи лет. В русской Всеясветной грамоте было сто сорок семь букв, в кириллице — уже только сорок три, а в сегодняшнем букваре только тридцать три. Да и то уже идет атака на «лишние» буквы «ё», «и» краткое и твердый знак.

— Плюс идея перехода от кириллицы на латиницу. Кто-то очень хочет уничтожить наш язык, я читал в газетах об экспериментах с русским языком. А ты неплохо разбираешься в проблеме. — Ростислав с уважением посмотрел на мальчишку, радуясь, что он оживился. — Что ж, как-нибудь просветишь меня в этом вопросе. Идти сможешь?

Будимир попытался привстать, но тут же без сил откинулся на пук травы, нарванной Светловым. Кровь отлила от его щек, на лбу выступила испарина.

— Не… могу… — прошептал он виновато. — Прости, дядя Слава…

— Лежи, не двигайся. Сделаем привал до утра. Сейчас я разведу огонь, вскипячу чай, мы поужинаем, и ты поспишь.

— Кажется, я выронил корзинку с кляцей…

— С чем? А, с яйцами… я потом схожу, поищу.

— Я с вами!

— Ладно, пойдем вместе утром, никуда твоя кляца не денется. Теперь мы знаем, как включаются эти чертовы… гм, то есть Чертовы Ворота, и уже не попадем в ловушку.

Ростислав набрал валежника, быстро запалил костер и повесил над ним свою металлическую флягу с водой. В одном из карманов «доспеха» лежали пакетики с чаем и кофе, и он похвалил себя, что не забыл прихватить их с собой. Вскрыли единственную банку сгущенки. Ростислав заставил Будимира поесть, и тот, насытившись и глотнув горячего чаю, тут же уснул.

Ростислав тоже напился чаю и долго сидел у костра, поглядывая на парня и прислушиваясь к ночной жизни леса. Собственно, прислушиваться было не к чему, лес стоял тих и угрюм, в нем не жили звери и покинули птицы. Лишь однажды над головой захлопали крылья, и Ростислав увидел мелькнувший силуэт хаббардианской сороки. Птица явно наблюдала за ними, судя по ее поведению, однако он поленился достать рогатку и отогнать ее, о чем впоследствии пожалел. Уснул Светлов уже под утро, прижав к себе вздрагивающего во сне Будимира. А проснулся от острого взгляда, ужалившего спину.

Солнце уже встало, хотя его лучи не пробивали густого покрова листвы в чаще леса. Тем не менее Ростислав хорошо видел окружавшие их деревья, за которыми мог укрыться хоть целый батальон спецназа. Ни одно движение не нарушало утренней неподвижности лесных зарослей, но сомнений не было: за ними наблюдали с трех сторон сразу.

Ростислав сел, тронул мальчика за плечо, шепнул:

— Вставай, Дима… у нас гости…

Мальчик подхватился, не сразу вырываясь из объятий сна, и в тот же момент из-за стволов сосен в полусотне шагов от костра вышли три человека в красновато-коричневых балахонах. Впрочем, это были вовсе не люди. Ростислав сглотнул ставшую горькой слюну, неуклюже поднялся, прижав к себе за плечи Будимира.

Все трое явно были хаббардианцами, но не такими, как горбатый Праселк. Головы у них разделялись на три доли, и каждая имела подобие лица, хотя центральная вполне походила на человеческую голову, разве что сильно сплющенную с двух сторон. В руках двое из них держали арбалеты, кроме того, на их балахонах — поясов эта одежда не имела — висели на петлях мечи в ножнах и шипастые палки. Третий хаббардианец нес огромное трехствольное ружье, больше напоминавшее гранатомет.

— Ка бен хур-хурра, дзесс, — проговорил он свистящим астматическим голосом. — Бууф кляцца хи раппала хи бойдо.

— Ты нам не нужен, старик, — перевел лингвер. — Отдай кляцу и пацана и уходи.

Ростислав, просканировавший кусты и деревья вокруг «локатором» внутреннего зрения, никого больше не обнаружил и удовлетворенно кивнул сам себе. Праселк недооценил его, сообщая о появлении землян в местную «полицию», и за ними выслали всего лишь малый или «бархатный» патруль СС, посчитав, что хромой и увечный спутник мальчика не сможет оказать должного сопротивления. Идея Такэды приобретала значение точного расчет: хромой старик (хотя бы с виду) ни у кого не вызывал особых опасений.

— Их трое… — прошептал Будимир. — Я мог бы отвести им глаза… но еще не набрал…

— Спокойно, дружище, — ответил Ростислав. — Как только я начну, бросайся за ближайшие кусты.

— Вы их… убьете?

— Если не мы их, то они нас. В убийстве во время защиты жизни нет греха, лишь горькая необходимость.

— Что вы там бормочете? — донесся хрип вожака группы (в переводе лингвера). — Отойди в сторону, хромой, а то я тебя вообще безногим сделаю! — Он посмотрел на ближайшего напарника. — Обыщи его, он наверняка вооружен.

Один из триглавов подошел к Ростиславу, косолапя, как медведь, уперся ему в бок стрелой арбалета.

— Подними грабли.

В другое время Светлов улыбнулся бы столь характерному переводу лингвера, но в данный момент ему было не до юмора: время слов кончилось, наступило время действия.

— Беги! — выговорил он одними губами, подталкивая Будимира в спину, и одним сложно-спиральным движением обезоружил хаббардианца.

Будимир сделал шаг и исчез!

Лишь потом, анализируя происшедшее, Ростислав понял, что мальчишка просто помчался со скоростью, превышающей скорость движения глазных яблок наблюдателя. То есть он владел темпом! Но понимание пришло позже. Теперь же, уловив исчезновение мальчика, Ростислав сделал лишнее движение — посмотрел на то место, где он только что стоял, и это непроизвольное движение едва не обернулось бедой.

Вожак патруля тоже обладал хорошей реакцией и ответил на действия Ростислава выстрелом из ружья.

Ширкнуло пламя, раздался гулкий выстрел, пуля с визгом выбила арбалет из руки Светлова, едва не выломав пальцы. Второй выстрел он упредил, рванув на себя хаббардианца за ворот балахона. Пуля вошла в спину патрульного, и тот, охнув в три глотки, обмяк.

Еще один выстрел, еще один шлепок пули в тело хаббардианца. А затем гораздо тише хлопнули выстрелы из пистолета капитана.

Хаббардианцу с ружьем пуля из «волка» попала в лоб средней головы, швыряя его навзничь. Хаббардианец с арбалетом получил пулю в висок и завертелся юлой, выронив оружие. Однако оба они буквально через пару секунд снова вступили в бой, и Ростиславу пришлось стрелять еще четыре раза, чтобы поразить остальные слои-головы трехликих уродов. Только после этого они попадали в траву без движения.

Некоторое время Ростислав настороженно прислушивался к наступившей тишине, отпустил мертвого хаббардианца, и тот рухнул на землю тяжелой мягкой глыбой.

— Дима!

— Я здесь, — раздался дрожащий голос Будимира, и мальчик выступил из-за огромного пня в двух десятках шагов от места схватки.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация