Книга Заложник, страница 22. Автор книги Кристина Ульсон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Заложник»

Cтраница 22

— Спасибо, я их читал.

— Практически все, что нам известно на текущий момент. Не только об угрозе взорвать «боинг», но и о требованиях террористов, и о рейсе…

Мухаммед с самого начала чувствовал, что во всей этой истории что-то не так, но только сейчас осознал масштаб проблемы.

— Но как это случилось? — почти закричал он. — Кто мог передать им требования террористов?

Пресс-секретарь пожал плечами:

— У меня не было времени думать об этом. Кто угодно.

— Но это не так, — возразил Мухаммед. — Лишь несколько человек в каждом ведомстве знали, что в письме террористов упоминается «коттедж Теннисона» и Захария Келифи.

— По-видимому, газетчикам этого оказалось достаточно, — равнодушно ответил пресс-секретарь. — Утечка могла произойти с равной вероятностью в САЛ или Арланде.

Оставалось смириться с тем, что они никогда этого не узнают. Об информаторе всегда известно только одно: он так и не будет найден. Преследовать его незаконно, но главное — бессмысленно.

— Хотите, чтобы я рассказал им о Захарии Келифи и о том, почему мы его высылаем? — спросил Мухаммед.

— Да.

Министр засунул руки в карманы и отвернулся к окну. Один из его коллег как-то заметил, что в такой позе он напоминает Джона Кеннеди. «Только немного загорелого», — с улыбкой добавил он. Чушь, конечно, но занятно. Джон Кеннеди из Ливана.

— Нет, — твердо сказал Мухаммед, по-прежнему стоя спиной к пресс-секретарю.

— Нет?

— По делу Келифи все уже сказано. К чему все это представление? Лишние стрессы — последнее, что нам сейчас нужно. Премьер-министр собрал пресс-конференцию, чтобы объявить, что мы осознаем опасность, но не ведем переговоров с террористами и ищем другие пути разрешения проблемы. Тему Захарии Келифи изначально поднимать не планировалось. — Мухаммед повернулся к пресс-секретарю. — Или у вас на этот счет другое мнение?

— В таком случае я приглашу премьер-министра.

И Мухаммед Хаддад снова остался один.

Он опустился за круглый стол в центре комнаты. Много великих людей сидело до него в этом кресле, и каждый из них чем-то прославился. Мухаммед Хаддад не мыслил себя большим политиком. Однако вполне возможно, что и он оставит след в истории. Как министр юстиции, занявший жесткую позицию по отношению к захватившим самолет террористам.

Насилие порождает насилие. Кто сегодня будет с этим спорить? Однако многие проявляют излишнее рвение в стремлении обуздать тех, кто покушается на свободу людей. Это они призывают к полицейскому надзору над СМИ и установлению повсюду камер слежения. Где есть террористы, там должны быть и полицейские — таков их аргумент. Такие требования были бы немыслимы до того, как в Швеции появились первые смертники. Создается впечатление, что нация теряет самообладание и способность здраво рассуждать.

Но Мухаммед прибыл из Ливана, где иные представления о терроре и о том, чего следует опасаться. Если человек родился и вырос в Швеции и ему меньше шестидесяти пяти лет, он никогда не бодрствовал ночь напролет в ожидании бомбового удара. Шведы не знают, что такое гражданская война и каково это, когда твоих близких сажают в тюрьму только за то, что они где-то сболтнули лишнего.

Шведы вообще не имеют понятия о том, что такое страх. Они боятся подорожания электроэнергии и задержек с багажом, когда уезжают в отпуск на Канарские острова. Мухаммед провел ладонью по гладкой поверхности стола. В его жизни бывали минуты, когда он чувствовал себя настоящим шведом. Но он ливанец, и с этим ничего не поделаешь.

Тут ему на ум снова пришел Захария Келифи. Министр доверял СЭПО. Они редко вмешивались в дела совета по иммиграции, когда речь шла о выдаче вида на жительство тому или иному иностранцу. Случай Келифи был исключительный. Он не давал никаких оснований сомневаться в компетентности спецслужб.

Тем не менее у министра возникли свои соображения по делу Захарии Келифи. Он подошел к телефону на письменном столе и набрал номер Фредрики Бергман. Обменявшись с ней несколькими репликами, Мухаммед позвонил ее шефу и в ожидании уставился на часы.

Большие дебаты по проблемам иммиграции и интеграции иностранцев в шведское общество уже завершились. У Мухаммеда Хаддада не нашлось времени в них участвовать. Положение складывалось не в его пользу. На руках ксенофобов из парламента было по меньшей мере два обвинительных приговора Верховного суда. Ввязаться в бой означало взять на себя роль могильщика давних традиций шведской миграционной политики.

Будь у Мухаммеда такая возможность, он бы опустился сейчас на колени и сделал бы то, от чего отвык за долгие годы жизни в Швеции: помолился бы за своих соотечественников. Если сторонники сокращения количества иммигрантов победят, если правительство будет чинить препятствия беженцам — тем самым людям, к числу которых некогда относил себя и Мухаммед Хаддад, — он потеряет право занимать министерское кресло.

Если Швеция закроет границы для иммигрантов, он выйдет из игры. Потому что, во-первых, утратит веру в то, что делает, и, во-вторых, у него, как у политика, в этой стране не будет перспективы.

Но все это в будущем. А сейчас Мухаммеду Хаддаду предстоит выполнить свой долг. Во имя демократии нельзя идти на поводу у террористов, и в этом пункте американцы разделяют его точку зрения.

Остается посадить самолет или найти тех, кто учинил все это безумие, до того как разразится катастрофа. С каждой минутой уверенность Мухаммеда Хаддада в успехе таяла.

20
12:01

Итак, анализ списков пассажиров принес новые неприятные сюрпризы. Эден ожидала самого худшего. Они собрались в комнате для оперативных совещаний. Слово взял Себастьян, ему помогал один из его аналитиков. Эден видела, что Себастьян по-прежнему злится на нее за «горе-арабистов», и внимательно вглядывалась в Алекса, пытаясь определить, насколько это заметно со стороны. Однако Алекс, похоже, ни о чем таком не подозревал, потому что у Себастьяна хватало такта не афишировать их ссору. И только для одной Эден взгляд главного аналитика был подобен прикосновению холодной как лед ладони.

Если бы только она могла закурить! Сигарета помогала ей думать. Кроме того, Эден начинала чувствовать голод. Спустя некоторое время она попросила одного из ассистентов купить ей в буфете салат.

— Ну и что вы нашли?

Эден старалась говорить спокойно. Ее часто упрекали в излишней нетерпеливости.

Большой экран за спиной Себастьяна замигал.

— Интересная, мягко говоря, и очень неожиданная связь между терактами в городе и захватом самолета.

На экране появился ряд телефонных номеров, разделенных вертикальными чертами. Из них четыре были выделены красным.

— Вот четыре номера, с которых вчера звонил наш лжеинформатор. Поначалу мы думали, что звонки сделаны с незарегистрированных предоплаченных карт, а следовательно, выследить по ним пользователя или абонента невозможно. Тем не менее навели справки о звонках, зарегистрированных с каждого и на каждый из номеров. Как выяснилось, первые три номера больше нигде не использовались, но зато с четвертого звонили еще два раза: один вчера вечером и один сегодня утром. Вот на этот телефон. — Себастьян показал на номер, обведенный желтым. — Согласно реестру, это частный номер и он принадлежит Кариму Сасси.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация