Книга Если хочешь стать богатым и счастливым, не ходи в школу, страница 67. Автор книги Роберт Кийосаки, Шэрон Лектер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Если хочешь стать богатым и счастливым, не ходи в школу»

Cтраница 67

Годы шли, и нотации продолжались. Хотя я нормально учился в школе, наибольшие мои успехи были на футбольном поле. Как-то вечером я сидел в своей комнате с коллекцией монет, куда я хотел добавить свою новую монету. В комнату вошла моя мама. Я испугался, хотя не был ни в чем виноват.

– Ты понимаешь, что ты компрометируешь своего отца? Ты забыл, что он глава образовательной системы? Как ты можешь делать такое? Будучи старшим ребенком в семье, ты подаешь плохой пример своему брату и своим сестрам.

Я опустил голову под ее взглядом. Я слышал подобную речь уже много раз и честно говоря, я он нее устал. В конце концов я спросил:

– Почему я должен хорошо учиться в школе?

Выражение крайнего недоумения было написано на ее лице.

– Ты сможешь получить хорошую работу, – выдохнула она.

Воцарилось долгое молчание. В первый раз я услышал панику в ее голосе. Она боялась, что если я не буду хорошо учиться в школе, какая-нибудь компания меня уволит. Она не думала о том, что я при этом могу быть высококвалифицированным специалистом.

– Если ты получишь лучшие оценки в высшей школе, ты сможешь стать доктором, – сказала мне моя мама. Она была очень сердита.

– Я всего лишь регистрационная сестра, Я получаю намного меньше, чем доктор, но я делаю намного больше работы, и у меня больше знаний. Это несправедливо. И я не хочу, чтобы ты ограничивал свое будущее, как это сделала я.

Окончив свое небольшое выступление, моя мама покинула комнату, закрыв за собой дверь.

В моей комнате было тихо, как в гробнице, но миллион мыслей гудело в моей голове. Это наверное так и есть, – думал я. Она пыталась предостеречь меня от того, что случилось с ней самой. Эта паника в ее голосе выражала ее разочарование и страх, ее незащищенность и ее горечь.

Я долго так просидел, думая обо всем этом. В 16 лет я понял, что школа была частью процесса трудоустройства. Она имела совсем немного общего с образованием. Я никогда не понимал панику своей матери потому, что я знал, что для того, чтобы стать богатым, не нужно большего образования или высокого интеллекта. И я знал, что мне не требуется наниматься в большую корпорацию для того, чтобы достичь финансового успеха.

Я понял, что всю свою жизнь моя мама верила в то, что она недостаточно способная. Но я также понимал, что она обладает чем-то, что ценится выше способностей. Она была одним из самых любящих, заботливых и добрых людей, которых я когда-либо знал, и я думаю, что это правда и по сей день. Она прожила большую часть своей жизни, думая, что была недостаточно способной и не хотела, чтобы со мной случилось бы то же самое.

Я открыл дверь и увидел маму, задумчиво стоящую у края раковины на кухне. Я обнял ее и поцеловал в щеку, «я люблю тебя, мам», – шепнул я, «Спасибо тебе за заботу обо мне».

Она повернулась, положила свои руки мне на плечи и вернула мне объятие. «Я просто хочу, чтобы было лучше для тебя».

Я крепко сжал ее в объятиях и молча кивнул головой – давал понять, что я понял.

Много лет спустя моя мама, отец и младшая сестра летели из Гавайев в Нью-Йорк, чтобы посетить мой выпускной праздник по случаю окончания Американской Коммерческой Морской Академии. В жаркий солнечный день я стоял в своей отглаженной белоснежной офицерской форме, держа в руках диплом об окончании колледжа. Этот диплом был кульминацией всех мечтаний. Он был билетом, который требовался мне для получения профессиональной лицензии Торгового Флота и для комиссии, которая должна была признать меня офицером военных сил Соединенных Штатов. Перед моим мысленным взором вставала мама, обнимающая меня в тот далекий день. Это был один из счастливейших дней моей жизни, хотя я думаю, что мама была даже счастливее меня.

Как бы то ни было, шесть месяцев спустя я вернулся на Гавайи. Я отказался от высокооплачиваемой должности корабельного офицера крупной нефтяной компании. Я позвонил семье, чтобы сообщить им об этом, а также о своем следующем шаге. Я объяснил, что буду получать 92% оплаты, став добровольцем Морского корпуса и отправясь на курсы пилотов морской авиации. Я был на пути во Вьетнам. Моя мама кричала. Мой отец хранил молчание. Эти новости я сообщил как раз в тот момент, когда мой брат в первый раз отправлялся на фронт. Я знал, что мои родители были против войны, но они понимали, почему их сыновья сделали такой выбор.

Меньше, чем год спустя, как раз тогда, когда я все еще был в летной школе, моя мама умерла. Это был один из самых печальных дней моей жизни.

Только перешагнув тридцатилетний рубеж, я стал интересоваться вопросами образования. Мой отец посвятил свою жизнь исследованию вопросов образования и был очень уважаемым в своей сфере человеком. Мы часто обсуждали вопросы влияния семьи на школьную жизнь ребенка. Однажды я вспомнил о маминой панике из-за страха не получить желаемую работу в случае моего недостаточно усердного учения или низких оценок. Отец точно знал, о чем я говорю.

– Я часто думал о своей реакции на ее постоянные нотации детям учиться хорошо, – сказал он.

– Почему ты не вмешивался? – спросил я.

– Ну, иногда я пытался, – ответил он, смеясь. Она ведь не причиняла этим никакого вреда, а ее заботливость была гениальна. А ваши оценки были ужасными, если ты помнишь.

– Почему же в таком случае ты никогда не давил на меня, чтобы я лучше учился? Ты был авторитетом в вопросах образования, а я компрометировал тебя.

Отец задумался. Ты несомненно испытывал мое терпение. Но успехи в школе или даже профессиональный успех и удовлетворение не слишком интересовали меня. Учеба в школе давалась мне необычайно легко, и обычно я достигал, чего хотел в профессиональном отношении. Усердная учеба и хорошие оценки были очень важны для твоей матери, потому что она в своей жизни не сумела этого достичь.

Мой отец происходил из семьи преподавателей. После окончания школы он за два года вместо четырех получил степень бакалавра. Затем окончил Стэнфордский Университет, Университет Чикаго и Северозападный Университет. В 25 он был самым молодым директором школы в штате. В конце концов он стал главой образования на Гавайях.

Моя мать происходила из семьи мелких бизнесменов и торговцев. Большинство из них было инвесторами. В ее семье образование не считалось верхом приоритетов: деньги, собственность и доход были основой. Обучение в школе давалось моей матери с трудом.

Для меня всегда было интересно ходить на разные семейные встречи. Со стороны отца беседы велись об образовании, обучении, социальной и политической реформе и прогрессивных идеях. Со стороны матери говорили о деньгах – сколько кто заработал, сколько потратил, чей брак разваливался и насколько они боятся идти на работу. Я многому научился на этих встречах. И это знание продолжает мне служить и по сей день.

Во время одной из таких бесед мой отец поделился некоторыми интересными тенденциями, которые он обнаружил будучи управляющим образования. Он исследовал родословные тех молодых людей, которые получали повышенные национальные стипендии. Высокий процент этих отличных учеников происходил из семей, где один из родителей был в верхних эшелонах менеджмента в бизнесе или лейтенантом-подполковником или полковником армии.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация