Книга Улан. Экстремал из будущего, страница 67. Автор книги Василий Панфилов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Улан. Экстремал из будущего»

Cтраница 67

– Господа, – с нескрываемой иронией поклонился Грифич мятежникам. Ответные сухие поклоны, и князь снимает мундир и рубаху, показывая отсутствие доспехов. Григорий ожег его злым взглядом и принялся стаскивать кирасу. Мелочь? Ан нет – психологически попаданец уже взял первое очко…

– К позиции, – сухо скомандовали секунданты, и фарс продолжился. Ну, конечно же, фарс, как иначе можно назвать поединок одного против пятерых, да еще и во время мятежа. Орловы по-любому будут выглядеть… не рыцарственно. Единственный их шанс хоть чуть-чуть исправить положение – убить его быстро и снова погнать бунтовщиков в атаку.

* * *

Тимоня, прикусив губу, смотрел за разворачивающимся зрелищем, как и все остальные. Его командир, конечно, боец выдающийся, но противники его тоже не из последних, да еще сразу пятеро…

Вот они о чем-то говорят, и князь снимает камзол и рубаху, разоблачаются и его враги. Челищев что-то командует и резко машет рукой, и… Князь идет в атаку – с ходу.

Длинный шаг, и Игорь практически садится на шпагат, делая выпад. Прием известный и эффективный, но невероятно рискованный даже против одного бойца, а когда их пятеро… Алехан падает на землю с проколотым горлом, а сам князь…

Тимоня сжимает кулаки, он тоже задет, но даже отсюда видно – царапины. Облегченный выдох – удалось. Денщик прекрасно понимал причину такого риска, сразу пятеро бойцов на открытой местности – слишком серьезно. Надо было вывести из строя хоть одного противника, так будет намного легче.

Один из противников кидается к убитому брату, трое резко переходят в наступление – движения быстрые, сильные, но слишком резкие, нервные, да и шпагами не столько фехтуют, сколько пытаются рубить ими как палашами. Несколько молниеносных движений – еще один из братьев тяжело оседает на землю с рассеченной клинком переносицей, а сам Грифич в этот раз цел, продемонстрировав выдающееся чувство дистанции.

Князь переходит в атаку с невыгодного положения, когда братья не ожидают этого… Выпад, и… Григорий Орлов, которого можно опознать даже издали по сапогам, роняет шпагу и отходит, держась за пах.

Тимоня осклабился хищно, послание командира всем любителям бегать по чужим бабам вполне понятно.

Остались двое, и Игорь откровенно издевается над ними, отбивая удары, стоя на месте. Ну да – это пятеро сильных фехтовальщиков для него серьезно – особенно если это братья, понимающие друг друга без слов. Действуя, как единый организм, они могли бы уничтожить и более серьезного противника. Могли бы…

Чуть погодя оставшиеся Орловы падают на землю, один – с рассеченным бедром, второй – с проткнутым животом. Князь отходит, поднимает с земли рубаху и камзол, одевается неторопливо… И из рядов заговорщиков следует выстрел, и Грифич хватается за правое плечо.

Вместе с майором они быстрыми шагами бегут назад.

* * *

Рана оказалась неопасной, ну что такое свинцовая пуля практически на излете… Так – болезненная «вавка», не более. Однако сторонники Петра возмущены. Точнее даже, они в ярости. Мало того, что те подняли мятеж против законного государя… Это еще можно понять, с оговорками. Но вот такое поведение на дуэли…

Переглядываясь с командиром семеновцев, Рюген одними губами сказал:

– Удалось.

Еле заметный кивок в ответ и улыбка.

Довольный воин сидел и с улыбкой слушал выкрики своих. Удалось, он сделал себе громкое имя в очередной раз и фактически обезглавил гвардейцев-мятежников. Орловы-то были самые харизматичные… Ну а эпизод с дуэлью… Это шедевр – не принять вызов нельзя и принять нельзя. Как ни посмотри, все одно удар по репутации. А что мятежники сейчас расстроены – это к гадалке не ходи.

* * *

Внезапно раздался рокот барабанов со стороны порта…

– Миних! – ликующе закричали солдаты. – Миних пришел!

Глава 11

Возвращение Миниха оказалось триумфальным, мятежники просто бежали. Кто-то попрятался в городе, кто-то поехал в поместья, чтобы делать затем невинный вид и заявлять: «Меня тут не было», кто-то поскакал в сторону границы, ну и большинство просто принялось умолять о прощении.

– Не знаю, как, – в один голос твердили допрашиваемые, – рассудок помутился.

Рюген тоже участвовал в допросах по горячим следам, и он первым обратил внимание на фразу «Рассудок помутился». Вспомнился ему собственный опыт походов в ночные клубы еще там и предупреждения знакомых:

«Отвернулся от бокала с алкоголем – не пей».

Вообще-то такое касалось, скорее, девушек, но… В Москве двадцать первого века случаи бывали разные…

– Бурхард, а может, их и правда опоили? – спросил он у Миниха.

Фельдмаршал живо уцепился за это предположение, ну в самом деле, не заниматься же массовыми казнями знатных дворян! Можно, конечно, только вот долго после это не проживешь…

Проверили бочонки с алкоголем, из которых поили гвардейцев. Поскольку с химическим анализом в настоящее время дела обстояли… никак, то вопросом занялся сам Ломоносов и ряд других ученых мужей.

– Есть какая-то зараза, – устало сообщил Михайло Васильевич, тяжело падая в кресло, больные ноги мешали нормально ходить.

Игорь начал рыться в принесенных бумагах – образцы ученым давали под номерами, чтобы меньше было соблазнов исправить результат.

– Есть! – И с этим возгласом он побежал к Миниху. – Смотри, образцы с опиатами из английского посольства!

Фельдмаршал с хрустом сломал тяжелую трость все еще могучими руками.

– Ошибок быть не может? – мертвым голосом спросил он. Князь отрицательно замотал головой:

– Ни малейшей! С опиатами и какой-то неопознанной дрянью аналогичного типа есть в шести образцах, и в четырех можно четко проследить английский след.

Старик грязно выругался и уставился на Игоря:

– Ты понимаешь, что должен молчать? Что решит Петр, я не знаю, а пока… Я к нему, когда вернусь, тогда и поговорим.

Грифич прекрасно понимал остроту ситуации, если проблему обнародовать, то придется идти на обострение с Англией – самой могущественной державой на сегодняшний день. Если не обнародовать… То очень может быть, что попытка повторится.

Петр был в ярости. Попытка переворота и так тяжело на него повлияла, а тут еще и такое откровенно наглое поведение посла. Как многие интеллигентные люди, он совершенно озверел, столкнувшись с опасностью для себя лично. Английское посольство взяли штурмом, сотрудников арестовали, как и все бумаги.

Здесь Миних взял удар на себя, и Грифич нигде и никогда не фигурировал как человек, помешавший англичанам, к великому его облегчению. Старый фельдмаршал достаточно откровенно сказал:

– Детей и внуков моих не тронут, а сам я стар. Да и нужно как-то извиняться за то, что украл у тебя победу над заговорщиками.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация