Книга Брат мой Каин, страница 3. Автор книги Энн Перри

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Брат мой Каин»

Cтраница 3

– Прекрасно, благодарю вас. – Сыщик сложил доверенность и спрятал ее в конверт, чтобы она не испачкалась, когда ему придется носить ее в кармане.

Дама снова поднялась.

– Когда вы собираетесь начать? – спросила она.

– Немедленно, – ответил сыщик. – Время не терпит. Возможно, мистеру Стоунфилду угрожает опасность или он оказался в тяжелом положении и его еще можно спасти.

– Вы так считаете? – В глазах женщины промелькнул проблеск надежды, но потом действительность вновь заявила о себе новой болью. Она отвернулась, стараясь скрыть от собеседника собственные чувства, так чтобы им обоим не пришлось испытывать неловкость. – Спасибо, мистер Монк. Я понимаю, вы хотите меня успокоить. – Затем Женевьева направилась к двери, и детектив едва успел распахнуть ее перед ней. – Я буду ждать известий от вас.

Спустившись по лестнице, она вышла на улицу и зашагала в сторону ее северной оконечности, больше не оборачиваясь назад.

Закрыв дверь, Уильям вернулся в комнату. Подбросив в камин угля, он устроился в кресле и принялся обдумывать стоящую перед ним задачу и сведения, которыми он располагал.

Мужчины довольно часто уходят от жен с детьми. Монк мог представить бесконечное множество вариантов, даже не взяв в расчет то, что с мистером Стоунфилдом действительно случилось несчастье, не говоря уже о столь нелепом и трагическом предположении, как гибель от руки родного брата. Миссис Стоунфилд, кстати, явно хотелось верить в последнее. Про себя сыщик заметил, что такую развязку она восприняла бы наименее болезненно. Не отвергая до конца подобный вариант, Уильям тем не менее относил его к числу наименее возможных. По его мнению, мистер Стоунфилд просто счел семейные обязанности слишком обременительными и либо сбежал из дома, либо полюбил другую женщину, с которой решил связать дальнейшую жизнь. Следующей по степени вероятности Монк предположил возможность разорения – либо уже случившегося, либо ожидавшего Энгуса в ближайшем будущем. Пропавший мог увлекаться азартными играми, и, скажем, очередной проигрыш оказался для него слишком велик. Он также мог одолжить деньги у ростовщика и теперь оказался не в состоянии выплачивать увеличивающиеся с каждым днем проценты… Уильяму не раз приходилось иметь дело с жертвами подобной практики, и он ненавидел ростовщиков холодной и неослабевающей злобой.

Также у Стоунфилда мог появиться враг, которого ему следовало опасаться в силу каких-либо серьезных причин. Он мог сделаться жертвой шантажа в результате собственной оплошности или даже преступления. Возможно, ему приходится скрываться от наказания, угрожающего ему из-за незаконного присвоения чужого имущества, о котором пока ничего не известно, или из-за какого-либо другого преступления, а может быть, рокового стечения обстоятельств, заставивших его совершить насильственные действия, до сих пор остающиеся тайной.

Наконец, с Энгусом мог произойти несчастный случай, и он теперь лежит где-нибудь в больнице или в работном доме, будучи не в состоянии сообщить о себе близким.

Это представлялось Монку вполне вероятным, поскольку он сам получил однажды удар по голове, после которого у него начисто пропала память. От воспоминания о том, как два года назад он очнулся в работном доме, не имея ни малейшего представления, кто он такой и где находится, сыщика бросило в жаркий пот, тут же сменившийся ледяным ознобом. Его прошлое казалось ему тогда абсолютно неведомым; он даже не узнавал собственного лица, глядя в зеркало.

Мало-помалу ему удалось сложить воедино обрывки воспоминаний о сценах собственной юности и эпизодах путешествия из Нортумберленда на юг, в Лондон, которое он совершил приблизительно в возрасте девятнадцати или двадцати лет – примерно в то время, когда на престол взошла королева Виктория, хотя Монк и не помнил этого с абсолютной точностью. Коронацию он представлял только по картинам и чужим рассказам.

Даже этот вывод сыщик сделал лишь на основе собственных предположений, рассчитав, что теперь, в январе 1859 года, ему было немногим более сорока лет.

Конечно, нелепо предполагать, что Энгус Стоунфилд очутился в подобном положении. Такое случается чрезвычайно редко. Однако убивают людей, к счастью, тоже не так уж часто. Так что речь, скорее всего, идет о каких-либо печальных, но тем не менее обычных семейных обстоятельствах или разорении.

Уильям всегда испытывал неудовольствие, сообщая женщинам о подобных вещах. И на этот раз ему будет еще труднее, потому что он уже успел проникнуться определенным уважением к миссис Стоунфилд. В ее облике очаровательная женственность сочеталась с вызывающей смелостью, а в ее словах детектив не заметил даже намека на жалость к самой себе, несмотря на обрушившееся на нее горе и едва скрываемое отчаяние. Она обратилась к нему за помощью лишь как к профессионалу, абсолютно не рассчитывая на сострадание. И если Энгус Стоунфилд бросил ее ради другой жещины, Монк просто не мог его понять или разделить его вкус.

Продолжая обдумывать порученное ему дело, сыщик поднялся с кресла, подбросил в камин еще угля и закрыл его решеткой. Потом, надев пальто и шляпу, остановил двухколесный кеб и приказал кучеру ехать от Фитцрой-стрит, где он жил, к югу по Тоттенхэм-роуд, потом по Чаринг-Кросс-роуд, а дальше по Стрэнду, через мост Ватерлоо к конторе, адрес которой сообщила ему миссис Стоунфилд. Выбравшись из экипажа, Монк расплатился с кучером, отпустил его и, обернувшись, окинул взглядом ближайшее здание. Внешне дом выглядел вполне респектабельным, хотя и довольно скромным, что могло свидетельствовать либо о давнем достатке, хорошо известном и поэтому не нуждающемся в рекламе, либо о недавно заработанных деньгах, которыми здесь, однако, не собирались хвалиться по соображениям такта.

Распахнув парадную дверь, открытую для посетителей, Уильям прошел в помещение, где его приветствовал симпатичный молодой клерк в визитке со стоячим воротником и до блеска начищенных ботинках.

– Что вам угодно, сэр? – поинтересовался он, заключив по костюму посетителя, что перед ним стоит джентльмен. – Чем могу вам помочь?

Чувство гордости не позволило Монку представиться агентом частного сыска, что неминуемо поставило бы его на один уровень с полицейским. Он ведь и сам служил в полиции до той стычки с начальством, обернувшейся для него непоправимыми последствиями. Разница заключалась лишь в том, что теперь сыщик не обладал прежними полномочиями.

– Доброе утро, – ответил он. – Миссис Стоунфилд попросила меня помочь ей связаться с мужем, после того как они расстались в прошлый вторник утром. – На лице Монка на мгновение появилась едва заметная улыбка. – Надеюсь, ее опасения напрасны, однако она беспокоится, что с ним могло произойти несчастье. – С этими словами он извлек из кармана доверенность.

Быстро пробежав бумагу глазами, клерк вернул ее Уильяму. Тревога, которую он до сих пор старательно скрывал, теперь прямо-таки затопила его лицо, и выражение его взгляда сделалось почти умоляющим.

– Если б мы только могли вам помочь, сэр… Я искренне сожалею о том, что мы не знаем, где он. Без него мы не можем заниматься делами. Его присутствие здесь просто необходимо. – Голос клерка зазвучал громче, и тон его сделался серьезнее. – Требуется принять несколько решений, на которые мы с мистером Арбатнотом не имеем юридических полномочий, к тому же нам для этого не хватает профессиональных знаний. – Оглядевшись по сторонам и убедившись, что рядом нет никого из трех младших клерков, записывавших что-то в гроссбухах, молодой человек приблизился к Монку еще на шаг. – Мы просто ума не приложим, что нам делать дальше и как скрывать от партнеров, что у нас серьезные неприятности. Бизнес немыслим без конкуренции, сэр. Другие ни за что не упустят случая нажиться за счет нашей нерешительности. – Лицо служащего порозовело, и он прикусил губу. – Как вы думаете, его не могли похитить, сэр?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация