Книга Крест Евфросинии Полоцкой, страница 42. Автор книги Ольга Тарасевич

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Крест Евфросинии Полоцкой»

Cтраница 42

В антикварном сортире, отметил Гаутама, спустившись вниз по узкой лестнице, все осталось по-прежнему: нестерпимая едкая вонь, комодик XVIII века, изящные бронзовые статуэтки. Семен Евсеевич приветственно кивнул, откладывая газету с кроссвордом. Но после того, как Гуатама задал вопрос о кресте Евфросинии Полоцкой, глаза Вейзнера вмиг утратили сонное выражение. Гаутама продолжал выяснять подробности, Семен Евсеевич отвечал уклончиво, но заинтересованность на лице антиквара поспособствовала мгновенному улучшению кармы. «Знает, – понял Гаутама, продолжая с деланым равнодушием играть в кошки-мышки. – Он точно что-то знает. Но Вейзнер не был бы Вейзнером, если бы не попытался извлечь свою выгоду. Просто так он мне ничего не скажет, это очевидно. Ему надо предложить какую-нибудь вещь. Причем хорошую. Рунами или деревцем счастья из „Манеки-неко“ здесь не отделаешься».

– Семен Евсеевич, у меня есть потрясающая южноафриканская маска из ценного дерева. Думаю, вас заинтересует этот предмет. Его можно продать за хорошие деньги, – пролепетал Гаутама. От попыток делать как можно меньше зловонных вдохов у него начала кружиться голова. – Мне жаль расставаться с маской, но я понимаю: услуга за услугу. К тому же жене маска не нравится. Инга говорит, что жутко ее боится.

– Надо бы взглянуть, – осторожно сказал Семен Евсеевич. – Поверьте, Сашенька, мне есть что вам рассказать…

Проклиная жару, пробки и свою находящуюся аж в Жуковском квартиру, Гаутама поехал домой. Но игра стоила свеч! Конечно, Вейзнер слегка поломался, сделал вид, что предложенная ему вещь не является особо ценной. Но маску взял, ловко спрятал под прилавок, а потом сказал:

– Дней десять назад ко мне приходил Тимур Антипов. Он – известный пластический хирург. И не менее известный коллекционер. Конечно, у меня не очень-то комфортные условия для приема клиентов такого уровня. Но хорошие клиенты понимают: репутация эксперта важнее проблемы запаха. Кстати, Тимур Андреевич и живет в этом районе, в доме номер девятнадцать.

От нетерпения и возмущения Гаутама закашлялся.

– Так вы видели этот крест?! Вы его купили?!

Семен Евсеевич отрицательно покачал седой головой.

– Нет, пока еще не видел. Но Тимур Андреевич говорил, что скоро раритет должен оказаться у него. И он просил меня провести экспертизу. О продаже не было сказано ни слова. Я думаю, он и не собирается его продавать. У него собственная и очень приличная коллекция. Он – настоящий энтузиаст. Пару раз я продавал ему вещи. Но никогда Тимур Антипов не пытался что-либо дать на реализацию. Он состоятельный человек, может себе позволить не продавать менее ценные вещи из своей коллекции, чтобы купить что-то новенькое. Кстати, – Вейзнер потянулся к подоконнику, отодвинул стоявший перед мутноватым стеклом чахлый цветок. – Вот, видите, легок на помине. Тот шоколадный «Лексус» принадлежит Тимуру Андреевичу.

Мгновенно сфотографировав в памяти номер автомобиля, Гаутама быстро поблагодарил Вейзнера и бросился прочь.

Действовать! И скорее! А вдруг из этого «Лексуса» хирург уже достает бесценную реликвию! Если верить информации в Интернете, крест Евфросинии Полоцкой имеет довольно внушительные размеры. Высота – 52 сантиметра, длина верхней поперечины – 14, нижней – 21. В кармане, к счастью, не спрячешь!

Увы, в руках выпрыгнувшего из дорогого «паркетника» пожилого мужчины находилась лишь синяя папка с документами.

Но Гаутама не отчаялся. Не сегодня, так завтра. Главное, появилось хоть какое-то направление поиска. Надо дождаться, пока крест окажется у Антипова. А потом отобрать или украсть. Конечно, это все не очень-то хорошо с точки зрения сохранения кармы. Но уж в Тибете можно искупить все ошибки по полной программе!

Клиника, обед в ресторане, снова клиника, дом.

Жизнь Антипова оказалась довольно однообразной. Но с однообразием можно смириться, если рассчитываешь на крупный выигрыш. А Гаутама очень хотел выиграть. Поэтому, следуя тенью за «Лексусом» хирурга, дежуря возле клиники и возле дома, он соблюдал предельную осторожность. Никаких слишком демонстративных приближений. Никаких попаданий в объектив скрытых камер, глазки которых виднелись на здании клиники «Ле Ботэ» и парочки ресторанов, где Тимур Андреевич имел обыкновение обедать.

Осторожность и терпение. Терпение и осторожность…

…Не отрывая глаз от вожделенного бампера, Гаутама ответил на звонок сотового телефона.

«Наверное, жена опять потребует денег, – пронеслось в голове. – Будут деньги. Будет ее театральный. Все будет. Я выполню любой каприз Инги. Конечно, наш брак – это всего лишь ступень в самопознании и самосовершенствовании. Мне надо идти дальше. Но я всегда буду благодарен ей за то, что она указала мне путь, которым следует двигаться».

– Саша, где тебя носит? У меня новости!

– Премьера очередного блокбастера? Дорогая, давай это обсудим позднее. Я сейчас занят.

– Какой блокбастер! Саша, ты издеваешься надо мной?! Какие могут быть премьеры, когда мы занимаемся таким важным делом! Саш, появилась новая информация о кресте Евфросинии Полоцкой…

***5

Снап изнывал от жары. Рыжая смешная мордуся потемнела от пота. И в грустных карих глазах пса Лике Вронской чудился немой укор.

«Доколе все это будет продолжаться? Хозяйка, сделай же что-нибудь. Я так больше не могу!» – явственно читалось в собачьем взгляде.

– Снап! Филя к нам идет! Твой друг, Филин! Сейчас ты играть с ним будешь!

По зеленой лужайке к своему приятелю уже мчался, топая, как стадо слонов, черный стаффордширский терьер с некупированными ушами. Когда Лика первый раз увидела эту приближающуюся гору мяса, радостно щелкающую массивными челюстями, то готова была растерзать хозяина Фили, халатно спустившего с поводка собаку бойцовской породы. Но все ее опасения увидеть своего любимца разодранным на клочки оказались безосновательными. «Бойцы», при хорошем воспитании и нормальной наследственности, вовсе не представляют опасности. Снап и Филин быстро стали лучшими друзьями, увлеченно носились по парку, отбирали друг у друга палку, а устав, лениво валялись на траве.

Помахав рукой хозяину Фили Сергею, судя по выправке, то ли спортсмену, то ли военному, Лика недоуменно уставилась на Снапа. Всегда делающий вокруг приятеля круг почета пес остался лежать на пузе, только вяло махнул хвостом. Филин, испустив глубокий вздох, плюхнулся рядом. С розовых языков тяжело дышащих собак ручьями лилась слюна.

– Жарко им, – лаконично сказал Сергей.

– Жарко, – согласилась Лика. – Давайте по аллее пройдемся. А то они сами с места не сдвинутся, так и проваляются в тенечке. Мой собакин спит дома круглыми сутками. Уже пролежни, наверное, скоро появятся.

Если бы за молчание давали награды и звания, Сергей явно стал бы обладателем титула «народный молчальник России». Максимум раз в неделю от него можно было услышать короткую тираду по поводу достоинств того или иного сорта корма, типа ошейника или поводка. Лику, привыкшую трещать без умолку, низкие коммуникативные потребности хозяина Фили вначале раздражали. Потом она привыкла. А сейчас даже радовалась его молчанию. Оно не мешало ей погрузиться в свои мысли.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация