Книга Лоуренс Аравийский, страница 105. Автор книги Генри Лиддел Гарт, Томас Лоуренс

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Лоуренс Аравийский»

Cтраница 105

Казалось, что теперь — сознательно или бессознательно — перед ним открылась возможность подобной гегемонии личности, и, пожалуй, этим можно объяснить тот удивительный эпизод, который за этим последовал, а именно — его поездку протяжением в 700 км по Сирии.

Поскольку легкомысленный план немедленного наступления на Дамаск вместо конкретного плана взятия Акаба был расстроен, Нэзиб принялся за выполнение более легкой задачи — подготовки почвы для будущего восстания в Сирии. Для развертывания пропагандистской кампании он направился в северном направлении.

Лоуренс также решил направиться на север, чтобы выяснить стратегические возможности тех мероприятий, которые он намеревался провести после взятия Акаба, а также ознакомиться с настроениями сирийских племен. Он был уверен, что ему удастся установить степень их преданности лучше, чем Нэзибу. Более того, появление среди них Нэзиба будет рассматриваться ими как признак последующего вмешательства Британии. Личное же вмешательство Лоуренса помогло бы успокоить их недоверие по отношению к конечным намерениям Англии, которые не особенно его радовали.

Свое путешествие по Сирии Лоуренс предпринял в состоянии безразличия, стараясь в опасностях забыть о том, как он клятвой подтверждал арабам добрые намерения Англии. Отвращение к двойственной игре своих соотечественников усиливалось раздражением, которое вызывало в нем слушание изо дня в день бесконечных рассуждений о планах Нэзиба. «Ну их всех к черту, — думал он, — они собираются заварить здоровую кашу, но я из нее вылезу и покажу им».

3 июня Лоуренс уехал из Нэбка и возвратился лишь 16-го. Даже в своих «Семи столпах мудрости» он ничего не говорит о том, что он в то время делал. Легенда сплела фантастический узор об этих днях отсутствия Лоуренса, и это, по-видимому, его забавляло. Причина заключалась, видимо, в том, что во время своей поездки он не вел никаких записей. Объяснялось это, во-первых, тем, что путешествие было далеким и совершалось быстро, а во-вторых, риском захвата документов турками. Однако по возвращении в Египет после взятия Акабы Лоуренс все же представил Клейтону доклад о своей поездке. Когда несколько недель спустя один из друзей Лоуренса попросил его показать этот доклад, он получил следующий ответ: «Я передал его Клейтону, у которого, когда он начал его читать, высоко поднялись брови (одна часть доклада носила юмористический характер, другая — непристойный, а в некоторых местах раскрывались ужасные секреты), и он впился в доклад. Я не думаю, чтобы кто-либо в «Савойе» читал когда-либо его весь. Это был документ, состоявший из трех страниц, в котором в сжатом виде был изложен отчет о двухмесячном переходе, довольно скучный для тех, кто не был знаком с политическими делами Сирии… Теперь это уже старая история».

Таковы несколько штрихов этой изумительной поездки. Никто из людей отряда с Лоуренсом не ездил; вместо них его последовательно сопровождали местные проводники и среди них один старый шейх, которого Лоуренс знал еще до войны. Он проехал Бурга, который находится в пустыне, и постепенно сворачивал на северо-запад. По пути он достиг железной дороги Алеппо — Дамаск. Здесь он взорвал небольшой мост, как об этом было сообщено в телеграмме противника, вовремя перехваченной Лоуренсом. Затем он свернул к югу, где ехал, воспользовавшись помощью, оказанной ему сирийскими революционерами. Лоуренс посетил многих из их вождей и обсудил с ними планы организации в нужный момент восстания, приняв, однако, все меры к тому, чтобы удержать их от преждевременного выступления.

В Дамаск Лоуренс не входил и не видел тех объявлений с его портретом, которые, как утверждали, были расклеены по городу с указанием цены за голову Лоуренса. На обратном пути он все же остановился в Зиза, чтобы повидать шейха. Когда Лоуренс спал, один из родственников шейха прокрался к нему в палатку и прошептал: «Они послали известить турок о том, что вы здесь». Лоуренс, конечно, не стал колебаться, выполз с задней стороны палатки, вскочил на лошадь и ускакал.

Наиболее же важным эпизодом всего путешествия была встреча с Шааланом, которого Лоуренс видел, возвращаясь в Нэбк. В то время Лоуренс не желал от Шаалана ничего большего, как благожелательного нейтралитета. Однако Шаалан находился в весьма нервозном состоянии, боясь, что присутствие Назира, собирающего себе в Сирхане войска, может скомпрометировать отношения его, Шаалана, с турками. К его великому удивлению, Лоуренс предложил ему «сообщить туркам, что они здесь»! Шаалан, конечно, не мог догадаться, что за этой неожиданной для него искренностью скрывалась стратегическая хитрость, рассчитанная на достижение двоякой цели: Лоуренс знал, что, облегчая создавшееся для Шаалана положение, он поможет арабам в достижении их цели; поставив же турок в известность о том, что экспедиция готова выступить, он заставлял их думать, что она представляет неминуемую угрозу для Дамаска, в то время как в действительности силы будут продвигаться к югу для захвата Акаба.

Глава VIII. Осуществленная стратегия. Июнь — июль 1917 г.

Когда Лоуренс вернулся обратно, он застал Ауду и Назира в ссоре. Однако ему удалось легко их помирить, и утром 19 июля экспедиция выступила в поход на Акаба, которому было суждено сделаться вторым переломным моментом в войне арабов. Численность экспедиционного отряда составляла всего лишь 500 человек. Первый переход надлежало сделать в западном направлении к Баиру — группе колодцев и развалин, имевших исторический интерес и находившихся на расстоянии примерно 70 км по прямой от Хиджазской железной дороги.

На второй день, когда приблизились к Баиру, Ауда попросил Лоуренса поехать с нам вперед. Оказалось, что в Баире был похоронен сын Ауды, и тот хотел побывать на его могиле. Пригласив с собой Лоуренса, он тем самым оказал ему уважение, как другу, с которым он собирался разделить свое горе. Первое, что они увидели, подъехав к Баиру, — это поднимавшийся из колодцев дым. Оказалось, что три колодца были разрушены динамитом. На их счастье самый небольшой колодец остался в целости, а исправив еще один, они предотвратили опасность остаться без воды. Однако это неожиданное открытие вызвало у них беспокойство, так как позволяло предполагать, что турки могли разрушить колодцы также и к востоку от Маана, куда они собирались сделать следующий переход. Это заставило их остановиться в Баире на неделю, произвести разведку в Эль-Джефире, а наряду с этим выяснить настроение местных племен, па поддержку которых они рассчитывали.

План, который они наметили, предусматривал внезапный переход железнодорожной линии к югу от Маана и захват Абу-Эль Лиссала — большого родника в верхней части прохода. Таким образом, взятие родника являлось как бы ключом к воротам, так как оно позволило бы им отрезать от Маана турецкие посты, расположенные по дороге к Акаба, которые вследствие голода были бы вынуждены сдаться.

Для выполнения задуманного удара требовалось прежде всего успокоить подозрения турок. Сделать это казалось весьма трудным не только потому, что пустыня была местом, где слухи распространялись очень быстро и где каждый враждебно настроенный араб являлся прекрасным осведомителем турок, но также и потому, что Акаба являлся слишком очевидным объектом для нападения. Лоуренс положился в данном случае на неоднократно оправдавшую себя недальновидность турок и решил сыграть на их бестолковой подозрительности путем искусственного отвлечения их внимания. Нужно сознаться, что проделал он это весьма ловко.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация