Книга Лоуренс Аравийский, страница 77. Автор книги Генри Лиддел Гарт, Томас Лоуренс

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Лоуренс Аравийский»

Cтраница 77

После некоторых назначений и мер, проведенных с их помощью, машина управления начала функционировать.

День подходил к концу, все население высыпало на бурлящие улицы. Мы назначили инженера для надзора за электрической станцией, обязав его приложить все силы к тому, чтобы к сегодняшнему же вечеру осветить город. Возобновление уличного освещения было бы самым убедительным доказательством наступившего мира. Это было выполнено, и порядок, воцарившийся в первый же вечер победы, в значительной мере был обязан мирному сиянию уличных огней, хотя усердствовала и наша новая полиция.

Затем мы занялись санитарными мероприятиями. Улицы были усеяны брошенными повозками и автомобилями, различными пожитками, вещами, трупами — остатками разбитой армии. Среди турок свирепствовали тиф, дизентерия, ломбардская проказа и другие болезни, и больные отползали умирать в каждое тенистое убежище вдоль пути их похода. Нури набрал команды санитаров, чтобы они произвели предварительную очистку зачумленных дорог и площадей, и распределил врачей по больницам, обещав на следующий день прислать медикаменты и провиант, — все, что только удастся раздобыть.

Затем возник вопрос о тюрьмах. Во время турецкого отступления их покинули и сторожа, и заключенные. Шукри умело использовал это, объявив гражданскую, политическую и военную амнистию. Нужно было разоружить граждан или, по крайней мере, убедить их не носить винтовок. Выпустив прокламации, мы достигли в течение трех или четырех дней своей цели, не применяя принудительных мер.

Началась работа по оказанию помощи. Неимущие уже в течение многих дней чуть ли не умирали от голода. Была налажена раздача попорченного провианта из армейских складов. Затем нужно было снабдить пищевыми припасами все население города, которое через два дня начало бы голодать, так как в Дамаске не оставалось никаких запасов. Наладить временное снабжение из окрестных деревень было не трудно. Для этого надо было восстановить уверенность в безопасности дорог и дать вьючных животных взамен уведенных турками. Англичане не поделились бы своими. Мы отделили часть животных нашего собственного транспорта.

Но регулярное снабжение продовольствием требовало железной дороги. Надо было немедленно подыскать и поставить вновь на работу стрелочников, машинистов, кочегаров, рабочих — весь персонал, обслуживающий железнодорожное движение. Затем мы вспомнили о телеграфе. Почта могла подождать денек-другой.

Были необходимы квартиры для наших и для английских войск, безотлагательным делом являлось возобновление торговли и открытие магазинов, упорядочение рынков и денежного обращения.

Денежное обращение было в ужасном состоянии. Австралийцы награбили миллионы турецких банкнот, единственных денежных знаков, имевших хождение, и совершенно обесценили их, швыряясь лирами на все стороны. Какой-то кавалерист отдал банкнот в пятьсот лир парню, который три минуты подержал его лошадь. Юнг показал себя новичком, пытаясь укрепить курс лиры последними остатками нашего золота, полученного в Акабе. Но нужно было фиксировать новые цены, и это потребовало работы печатного станка.

Едва это было проделано, как возникла потребность в газете. Кроме того, надо было разрешить вопрос водоснабжения, противопожарных мер и сбор налогов.

Все это вместе взятое доставило нам уйму хлопот. Наша деятельность ограничивалась внешней стороной, отделкой фасада за счет подлинного строительства.

Это шло так успешно, что когда я 4 октября покидал Дамаск, сирийцы имели de facto свое правительство которое просуществовало два года — без иностранной помощи, в оккупированной стране, опустошенной войною, и вопреки желанию некоторых влиятельных элементов среди союзников. [77]

В тот же день я сидел один в своей комнате, работая и размышляя, когда муэдзины начали призывать к вечерней молитве. Их голоса разносились в сыром воздухе вечера над праздничным городом, расцвеченным огнями. Один из них, с особенно звонким и сочным голосом, выкрикивал с минарета соседней мечети. Очнувшись, я заметил, что невольно прислушиваюсь к его словам:

— Аллах один велик во всем мире. Я утверждаю, что нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк его. Придите к молитве — и обретете покой. Аллах акбар, ля илляхи иль Алла.

Под конец он понизил голос почти до разговорного тона и тихо добавил:

— И он милосерден сегодня к нам, о люди Дамаска!

Крик муэдзинов замолк, ибо все, казалось, вняли призыву к молитве в эту первую ночь полной свободы.

Б. Г. Лиддел Гарт
Полковник Лоуренс
Из предисловия автора

Я начал писать эту книгу с намерением дать исторический обзор того восстания арабов, в котором Т. Е. Лоуренсу, естественно, пришлось бы отвести большое место. Я ставил себе целью снять покров «легенды», которым был окутан этот особенно интересный эпизод мировой войны, и выявить его роль в основных военных событиях и в истории ведения иррегулярных военных действий. Мне хотелось также установить действительные размеры личного участия Лоуренса, которое, как я полагал, менее, чем приписывает ему легенда.

По мере того, как я углублялся в изучение вопроса, картина менялась. Крупные события являлись результатом деятельности Лоуренса, прочие становились незначительными. Я увидел, что правда оказалась больше той, которая содержалась в сделанном Лоуренсом разъяснении, что якобы его роль была только координирующей, что он лишь «раздул искры в пламя, превратив ряд не связанных друг с другом выступлений в сознательную военную операцию».

По мере уточнения событий личность Лоуренса выявлялась все более и более отчетливо. Наконец, я убедился, что восстание арабов было делом его рук. Это и послужило поводом к переработке мною книги заново и к освещению в ней прежде всего роли Т. Е. Лоуренса. Мне повезло в том отношении, что Т. Е. Шоу (Лоуренс) снабжал меня многими заметками и комментариями, которые помогали мне вскрывать как его замыслы и действия, так и весь ход событий. Однако я должен прямо заявить, что на высказываемые мною мнения или суждения Лоуренс не оказывал никакого влияния.

В поисках фактов при изучении различных источников я встретился с двумя прямо противоположными оценками достигнутых Лоуренсом результатов, а также его характера и качеств его руководства. В то время, как одни оценивали Лоуренса очень высоко, другие относились к нему весьма скептически. Это объясняется просто. Высоко оценивали его те, кто в течение длительного периода были в тесном контакте с Лоуренсом; скептически же относились к нему люди, сталкивавшиеся с Лоуренсом случайно или же знакомые с его работой понаслышке.

Отсюда ясно, какая из двух оценок заслуживает большего внимания.

Глава I. «Крестоносец»

Лоуренс родился 15 августа 1888 г. в Северном Уэльсе. Отец его располагал средствами, не превышающими по размеру доходов ремесленника, увеличить же их трудом мешала ему кастовая гордость землевладельца.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация