Книга Новая Луна, страница 64. Автор книги Йен Макдональд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Новая Луна»

Cтраница 64

Мы снова отправились в то кафе с балконом, чтобы сыграть. Два стакана мятного чая. Помню, в воздухе пахло каменной пылью, сильней, чем озоном и нечистотами. Каждая пятая небесная панель мигала. Этот мир был далек от совершенства.

— Думаю, надо все сделать поскорей, — сказала Ачи, и ее правая рука оказалась за спиной так быстро, что у меня перехватило дыхание. Все, время пришло. Я вытащила мой маленький предмет из сумки и сжала его в спрятанном кулаке.

— Раз-два-три, — сказала Ачи.

Мы разжали кулаки.

Она держала назар: арабский амулет из концентрических капель синего, белого и черного лунного стекла, похожий на глаз.

В моей руке была иконка Доны Луны: черно-белая, живо-мертвая.


Все, что мы делали под конец, было простым и быстрым. Как по мне, прощания всегда лучше внезапные. Я забронировала Ачи билет на удаляющемся циклере. На рейсах в направлении Земли всегда были места. Она забронировала мне визит в медцентр КРЛ. Вспышка — и чиб навсегда прирос к моему глазу. Никаких рукопожатий, поздравлений, приветствий. Я всего лишь решила продолжать то, что делала до сих пор.

Циклер должен был обогнуть Невидимую сторону и встретиться с «лунной петлей» через три дня. Три дня: от этого мы взяли свои чувства под контроль и не слишком много плакали.

Я отправилась с Ачи на поезде в Меридиан. Нам достался целый ряд сидений, и мы свернулись на них клубочком, как мышки-землеройки.

«Я боюсь», — сказала она. Возвращаться было больно. Циклер, вращаясь, готовит тебя к земной гравитации, а потом появляются «же». Возможно, ей придется месяцы провести в инвалидном кресле. Говорили, вернувшиеся с Луны лишь во время плавания попадают в знакомые условия. Вода поддерживает, пока ты снова наращиваешь мышечную массу и плотность костей. Ачи любила плавать. И были еще сомнения. Что если ее перепутали с кем-то другим и она уже прошла точку невозврата? Ее попытаются вернуть на Луну? Она такого не вынесет. Это ее убьет так же надежно, как Земля — раздробит кости, задушит под гнетом собственного веса. В тот момент я поняла, что Ачи ненавидела Луну. Она ее всегда ненавидела; опасность, страх, но в самой большей степени — людей. Все эти лица, которые глядят на тебя, всегда. Что-то от тебя хотят. Хотят, и хотят, и хотят. Никто не может так жить, сказала она. Это бесчеловечно. Лишь благодаря мне она смогла вынести Луну. И я оставалась, а она — улетала.

И потому я рассказала ей свой секрет: то, что увидела в Лансберге, то, что должно было превратить меня в Дракона. Это было так просто. Я всего лишь посмотрела на то, что видела каждый день, под другим углом. Гелий-3. Ключ к постнефтяной экономике. «Маккензи Металз» вышвыривали гелий-3 каждый день. И я подумала: как же Маккензи могут этого не видеть? Они ведь точно должны… Не может так быть, чтоб я была единственной. Но у семей и компаний, а в особенности у семейных компаний, есть странные навязчивые идеи и слепые пятна. Маккензи добывают металл. Добыча металла — вот чем они занимаются. Они и представить себе не могут ничего другого и потому не видят то, что у них прямо перед носом. У меня могло получиться. Об этом я и сказала Ачи. Я знала, что надо делать. Но не с Маккензи. Они бы все у меня забрали. Если бы я попыталась драться, они бы меня просто уничтожили. Или убили. Так дешевле. Суд Клавия позаботился бы о том, чтобы моя семья получила компенсацию, но на этом мои мечты о династии были бы закончены. Я все сделаю. Я заложу основу династии. Я стану Пятым Драконом. Маккензи, Асамоа, Воронцовы, Сунь… и Корта. Мне нравилось, как это звучит.

Я все это ей рассказала на поезде в Меридиан. Экран на спинке переднего сиденья показывал поверхность. На экране то, что снаружи твоего шлема, всегда одинаковое. Серое, сглаженное, уродливое и покрытое отпечатками ботинок. В поезде ехали рабочие и инженеры; любовники, партнеры и даже двое маленьких детей. Шум и цвет, выпивка и смех, ругательства и секс. И мы, устроившиеся в задней части вагона, возле переборки. Это, подумала я, и есть Луна.


У ворот «лунной петли» Ачи вручила мне подарок. Это была последняя вещь, которая ей принадлежала. Все остальное было продано. У выхода на посадку оказалось восемь пассажиров, с друзьями, семьями и аморами, которые их провожали. Никто не улетал один. В воздухе пахло кокосом — это было так не похоже на рвоту, пот и немытые тела у входа для прибывших. Автомат продавал мятный чай, но никто его не пил.

Подарком Ачи был цилиндр для документов, вырезанный из бамбука. Инструкции для меня заключались в том, чтобы открыть его после того, как она улетит. Расставание получилось очень быстрым — по слухам, с такой скоростью происходят казни. Персонал ВТО пристегнул всех к креслам и запер двери капсулы еще до того, как я или Ачи успели хоть что-то сказать. Я видела, как ее рот приоткрылся, произнося слова прощания, как она взмахнула пальцами, а потом дверь шлюза закрылась и подъемник повез капсулу вверх, к платформе космического лифта.

Я попыталась представить себе «лунную петлю»: вертящаяся спица из волокна М5, шириной двадцать сантиметров и длиной двести километров. Там, наверху, подъемник взбирался к массе противовеса, смещая центр тяжести и перемещая всю конструкцию на орбиту, соприкасающуюся с поверхностью. Лишь в последние мгновения сближения белый трос должен был стать видимым, как будто вертикально опускаясь с неба, полного звезд. Захват включился, и капсулу сдернуло с платформы. Одной из ярких звезд там, наверху, был подъемник, который скользил вниз по кабелю лифта, снова смещая центр масс так, чтобы вся система перешла на более высокую орбиту. В верхней части петли захват разжимался, и капсулу перехватывал циклер. Инженерия, процесс, техника — вот это все. Они помогли мне спастись от ужасной пустоты, как амулеты. Я попыталась дать имя каждой «звезде»: циклер, подъемник, противовес; капсула, в которой едет моя амор, моя любовь, моя подруга. До чего же физика уютна. Я стояла и смотрела, пока к воротам не подвезли новую капсулу. Следующий трос уже вертелся над горизонтом.

Потом я пошла и купила кофе.


Да, кофе. Он стоил оскорбительно дорого. Пришлось залезть в свои сбережения. Но он был настоящий: импортный, не из органического принтера. Импортерша позволила мне его понюхать. Я расплакалась. Она продала мне и все необходимые принадлежности. Нужных приспособлений на Луне попросту не существовало.

Я все принесла в отель. Смолола зерна. Вскипятила воду. Позволила ей охладиться до правильной температуры. Налила с нужной высоты, для максимального насыщения кислородом. Перемешала. Я его приготовила так же, как готовила этот кофе для вас, сестра. Такие вещи не забываются никогда.

Пока он заваривался, я открыла подарок Ачи. Развернула рисунки — это были концепт-наброски для обиталища, которое реалии Луны не позволили ей построить. Лавовая трубка, расширенная и украшенная изваяниями лиц. Лица ориша, каждое в сотню метров высотой, круглые, гладкие и безмятежные, взирали на террасы, заполненные садами и бассейнами. Из их глаз и открытых ртов каскадом лилась вода. По дну огромной пещеры были рассеяны павильоны и бельведеры; вертикальные сады шли до самого искусственного неба, точно волосы богов. Балконы — она любила балконы, — галереи и аркады, окна. Бассейны. От одного края этого мира ориша до другого можно было доплыть. Она подписала свое творение: «Обитель династии».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация