Книга Все сначала, страница 17. Автор книги Сергей Пархоменко

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Все сначала»

Cтраница 17

— Буээ… воняют как… Тьфу! И жижей черной какой-то поливают их, смотри… — брезгливо сморщился другой его превосходительство — на сей раз президент одной небольшой околоволжской республики, член того же совета с тремя федерациями в названии, аккуратный лысый человечек с типичной внешностью секретаря провинциального райкома.

Вокруг жаровни теснилась толпа весело галдящих японцев с бутылками и банками пива в руках, второй поваренок быстро принимал деньги и раздавал тарелочки с колобками, сдобренными густым темным соусом.

— Ну шо, Антольнтонч, — тем не менее продолжал президент, — пробовать будем?

— А у меня, Владимирыванч, все равно мелочи нет, — отвечал рыжий губернатор, провожая взглядом очередную проплывшую мимо его носа тарелочку.

Я протянул поваренку три стоиеновые монетки и взял порцию.

Мы выбрались из толпы на свободный пятачок тротуара:

— Угощайтесь, господа сенаторы.

Губернатор с президентом опасливо поддели на зубочистки по колобку и, обжигаясь, откусили по кусочку.

— Там резины кусок какой-то, — изумленно крякнул лысый.

— Кальмар вроде, — предположил рыжий.

— Осьминог. Вареный осьминог. По куску щупальца там должно быть в каждом, — остановил я ненужную дискуссию.

Я был единственным, кто хоть чего-то почитал, готовясь к экспедиции, и теперь знал, что чуть ли не главной гастрономической достопримечательностью Дотомбори, знаменитого района ночной торговли, игровых залов и прочих демократичных увеселений Осаки, считаются вот эти вот такояки — колобки из рисового теста, замешанного на рыбном бульоне, с кусочком вареного осьминога внутри.

Осака оказалась уже третьим городом в маршруте официальной делегации российского Сената: в Токио российских губернаторов и президентов (тогда их еще избирали, а не назначали из Москвы, да и в Совете Федерации они сидели по должности) принимал сам император, в Киото в их честь давала обед большая группа капитанов японской промышленности и финансовой индустрии. По дороге из города в город господа сенаторы тяжело напивались, неопрятно ругались, иногда слегка дрались. По утрам выходили к завтраку с больными опухшими головами и похмелялись почему-то исключительно виски Teacher’s: один халдей из группы сопровождения всегда имел с собой в портфеле пузатую литруху наготове. Члены высокой делегации ласково называли спасительный эликсир “Учительская горькая”.

Ящик этой же “Учительской” обслуга приволакивала за сенаторами на каждый официальный прием или протокольный ужин. Драгоценные сорта изысканных персиковых вин, подававшиеся японцами, на губернаторские организмы должного впечатления не производили. Некоторые из высоких гостей быстро приучились лихо занюхивать виски комком маринованного имбиря или ломтиком сашими из брюшка тунца. Глава делегации — председатель российского Сената, сам человек непьющий и глубоко положительный, — огорчался и сдавленно материл коллег.

Журналистов тут никто не стеснялся, так что опыт тесного общения с российской политической элитой набирался прямо-таки уникальный. Вдали от Родины их превосходительства рассупонивались до своего, так сказать, натурального вида.

К финальному этапу поездки — в Осаке — сенаторы передвигались уже совсем с трудом. И погружаться в ночную жизнь злачного квартала по берегам канала Дотомбори мы отправились всего-навсего втроем. Да и спутники мои быстро скисли. Лысого президента мы вскоре запустили в большой круглосуточный мегамаркет с недорогими шубами, кожаными плащами и “сейками” устаревших моделей; рыжебородого губернатора я посадил в такси и отправил обратно в отель, на очередное свидание с “Учительской”. А сам пошел вдоль канала вместе с хохочущей, гомонящей, наливающейся пивом толпой усталых после рабочего дня японцев, останавливаясь у каждой жаровни, у каждого котла, у каждого сладко дымящего очага, на котором что-то шипело и вертелось в чаду.

Вот с той ночи я кое-что знаю про японцев наверняка. Потому что увидел собственными глазами чудо этой лаконичной простоты, и с тех пор снова и снова повторяю за ними сам.


Знаю, например, что надо относительно небольшую семгу — скажем, килограмма на два или два с половиной — обмыть холодной водой, аккуратно и тщательно освободить от чешуи, коротко обстричь ножницами хвост и плавники. Затем острым ножом разрезать (вместе с головою) надвое вдоль хребта и раскрыть, как бабочку, сохраняя целой кожу на брюшке. Удалить хребет, жабры, внутренности и пленки, выщипать пинцетом застрявшие в мякоти ребра и прочие случайные косточки. Уложить такое филе кожей вниз в просторный лоток с высокими бортами и залить маринадом.

Для этого маринада нарубить мелко, буквально в крошку, две-три небольшие луковицы-шалотки, пяток зубчиков чеснока, очищенный от кожуры кусок свежего имбиря размером с большой палец, некрупный острый перчик (без перепонок и семян, но с кожицей). Все перемешать, влить четверть стакана легкого соевого соуса и столько же какого-нибудь пахучего масла (лучше подсолнечного, из жареных семечек, или темного кунжутного), а также полстакана японского сладкого сливового вина. Кстати, отдельно от всякой Японии замечу, что вино это отлично заменяется ординарным белым портвейном или хересом, например, крымским.

Все тщательно взбить вилкой или маленьким венчиком, залить этой смесью рыбу, равномерно распределяя гущу по всей поверхности филе, и оставить в прохладном месте мариноваться на пару часов, затянув пленкой.

Пока маринуется, приготовить очень горячие мелкие угли из каких-нибудь несмолистых дров. Расположить невысоко над этими углями большую решетку, смазав ее (удобнее всего просто кисточкой) растительным маслом. Теперь аккуратно выложить на решетку семгу — по-прежнему кожей вниз, — стараясь не стряхнуть покрывающую ее гущу от маринада.

Жарить так очень недолго, буквально минут семь-десять, наблюдая за тем, как мякоть постепенно — от краев к середине — приобретает матовый, как будто полупрозрачный бежеватый оттенок. Ни в коем случае не переворачивать! Там, где начнет подсыхать,окропить оставшейся от маринада жидкостью. Когда зоны поматовения практически сойдутся в середине — очень аккуратно, приподняв решетку, дать рыбе соскользнуть на большое блюдо и напоследок посыпать ее мелко нарезанным молоденьким зеленым луком.


Пристраивая блюдо в центре стола, надо этак по-японски склонить слегка голову и тоненьким голоском пропеть, поднимаясь тоном вверх:

— Сякээ-ванн-сай. Лосось в традиционном японском стиле.

И пускай гости сами догадываются, что “ванн-сай” этот — не что иное, как one-side, “с одной стороны”. Всего-то и секретов.

ОДНОСТОРОННЯЯ СЕМГА В ЯПОНСКОМ МАРИНАДЕ

(на пять-шесть человек)

Целое филе молодой семги — примерно 2,5 кг

2–3 красные шалотки

Полголовки чеснока

Кусок свежего имбирного корня — примерно 50 г

Перчик чили

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация