Книга Фейк. Забавнейшие фальсификации в искусстве, науке, литературе и истории, страница 51. Автор книги Петер Келер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Фейк. Забавнейшие фальсификации в искусстве, науке, литературе и истории»

Cтраница 51

На самом деле именно Ланкестер подтвердил подлинность пилтдаунского человека и таким образом попал в ловушку. Чтобы выставить его и других антропологов на публичное осмеяние, Дойл закопал вторую часть corpus delicti [74]: окаменелую бедренную кость слона, которая имела форму крикетной биты. То, что пилтдаунский человек оказывался не только первым англичанином, но и изобретателем английского национального вида спорта, должно было всем открыть глаза. Но Дойл недооценил упрямство ученых: когда они нашли кость в 1914 году, они ничуть не смутились, даже несмотря на ее сходство с крикетной битой, ведь какое значение должно было иметь подобное устройство сотни тысяч лет назад!

Столкнувшись с такой академической слепотой, Дойл сдался и только тихо посмеивался в рукав. Так же, как и его предполагаемый сообщник Мартин Алистер Кэмпбелл Хинтон, в то время внештатный сотрудник лондонского Музея естественной истории, а позже его куратор по зоологии. В его наследии в 1978 году были найдены кости и зубы животных, способ обработки и окраска которых напоминали кости пилтдаунского человека. Незадолго до своей смерти Хинтон признался коллеге, что, будучи студентом, мечтал найти недостающую переходную форму между человеком и обезьяной.

Древняя история по Протчу

Франкфуртский антрополог Райнер Протч был признанной мировой величиной. Никто не мог сравняться с ним в умении определять возраст останков древних людей. Однако в институте, в котором работал профессор, он имел менее лестную репутацию. Дело в том, что он ничего не смыслил в радиоуглеродном методе, избегал использования установки для измерения содержания в материале углерода-14 и практиковал, как ее прозвали в институте, «умозрительную датировку», основанную на внешней оценке и подгонке результатов. «Неандертальцу из Ханеферзанда» он дал 36 000 лет – впоследствии анализ показал, что на самом деле неандерталец умер около 5500 года до н. э. Кости, найденные в потухшем вулкане в Восточном Айфеле, Протч датировал 27 000 лет – в действительности же это были останки эпохи Меровингов примерно 500 года н. э.

Одни за другими Протч датировал множество фрагментов костей и черепов, искажая образ предыстории и ранней истории человечества. Профессор беспрепятственно практиковал свои неслыханные ошибочные оценки добрых 30 лет. Только в 2004 году сотрудники и коллеги осмелились обратиться к университетскому руководству и проинформировать общественность. Профессор отреагировал быстро и, прежде чем прибыли следователи, поспешно освободил шкаф в своем кабинете, заявив, что «окаменелости – это мой личный исследовательский материал и моя собственность». Именно тогда исчез знаменитый череп из Кельстербаха, имевший, согласно умозрительной датировке Протча, возраст 31 200 лет и, таким образом, являвшийся самым древним известным черепом кроманьонца в Германии.

При этом обнаружилось, что «профессор, доктор нескольких наук Райнер Р. Р. Протч фон Цитен» был самозванцем. Он родился в Берлине в 1939 году, был сыном депутата нацистского рейхстага Вильгельма Протча и то выдавал себя за еврея, то утверждал, что его крестным отцом был Герман Геринг, то заявлял, что вырос в «негритянской семье в США». При этом он всегда настаивал на том, что являлся потомком прусского генерала Ганса Иоахима фон Цитена (1699–1786), историка и любимого героя народного творчества, известного как «Цитен-из-кустов». Однако благородное происхождение профессора отрицает не только реальный потомок Цитена Фридхельм Цитен, но и брат Протча Дитер. Не все было безупречно и в академической сфере. Степень доктора философии, полученная Протчем в США, в Германии могла обозначаться только так: «доктор (Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, США)», с использованием скобок [75]. На кафедру во Франкфурте-на-Майне он был назначен без защиты докторской диссертации и даже без аттестата о полном школьном образовании – он просто ослепил университетскую комиссию своим внешним видом и мнимым обучением у нобелевского лауреата Уилларда Либби в США.

В 1996 году он подал заявление на защиту второй докторской диссертации, вероятно, чтобы себя обезопасить. Тем не менее этот его ход имел обратный эффект, поскольку сейчас диссертация связывается с вероятным мошенничеством Протча: предполагается, что на найденный во французском Керси череп ископаемой полуобезьяны-адапоида, жившей 50 миллионов лет назад, Протч нанес метку «Эгер. П.С. (1880)». Так он хотел выдать за место находки швейцарский Эгеркинген, что позволило ему заявить о сенсационном первом обнаружении полуобезьяны в Швейцарии. Предыдущий владелец черепа, учитель из Неккарбишофсхайма, отрицал наличие надписи на черепе, однако, несмотря на это и другие значительные недостатки («С такими недостатками я не принял бы у любого студента и промежуточную дипломную работу», – отозвался в 2004 году в журнале «Spiegel» майнцский антрополог Винфрид Хенке), диссертация была принята.

В 2005 году обман был раскрыт. Комитет экспертов, назначенных университетом, признал, что «размер и масштаб злоупотреблений Протча был явно недооценен, поэтому они не всегда систематически преследовались», и указал, «что отсутствие восприимчивости и решительности со стороны сотрудников, коллег, деканов и руководства университета препятствовало последовательным действиям в более раннее время». Институт был закрыт, а Протч предстал перед судом за подлог, хищение, покушение на мошенничество, злоупотребление доверием и десяток других правонарушений. Он признал себя виновным по всем пунктам. Хвастун превратился в ничтожество, чем всегда и был.

Болотные люди на бумаге

Палеонтология также является примером того, как рыночная экономика подпитывает ремесло фальсификаторов. В начале XIX века швейцарский ювелир Л. Барт из Штайн-ам-Райна наладил бойкую торговлю настоящими окаменелостями из соседнего Энингена. Но поскольку спрос превышал предложение, со временем он расширил свой ассортимент поддельными артефактами. Его дело процветало примерно до 1870 года.

Ископаемые имеют ценность не только для исследователей, но привлекают также богатых коллекционеров и туристов. Деньги могут принести даже простые фальшивки: чтобы воссоздать трилобита – членистоногого из кембрийского или пермского периода, – потребуется вложить всего 100 евро, тогда как заработать на нем можно до 5000 евро. Пока государство не мешает и не ограничивает торговлю, частному лицу за миллионные суммы могут быть проданы даже скелеты динозавров, тогда как по-хорошему они должны были бы отправиться в исследовательский институте или выставляться в музее. Широко распространены воссоздание ископаемых из гипса и синтетических смол и приклеивание их на подложку или сборка экземпляров из разных фрагментов и, например, соединение в них характеристик животных различных классов. Начало таким фальсификациям положил ювелир Барт, собравший птицу из рыбьих костей.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация