Книга Короли океана, страница 148. Автор книги Гюстав Эмар

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Короли океана»

Cтраница 148

Другие атаки Береговых братьев также закончились ничем: испанские стрелки, затаившиеся в домах и за баррикадами, наносили им значительные потери, и выкурить их оттуда не было никакой возможности. Так что, не поостерегись флибустьеры впредь, первая их неудача вскоре могла бы обернуться постыдным поражением.

Вдруг из рядов Береговых братьев выступил какой-то человек и решительно направился к испанцам, размахивая белым флагом.

Огонь мгновенно прекратился; из рядов испанцев вышел офицер и двинулся навстречу парламентеру.

– Что вам угодно? – спросил у него он.

– Я требую начать переговоры о капитуляции с вашим главнокомандующим.

– А у вас есть полномочия говорить от имени тех, кого вы вызвались представлять?

– Я капитан Дрейф. Передайте вашему главнокомандующему, что он может совершенно спокойно, честь по чести, вести переговоры со мной.

– Этого довольно, сеньор, – любезно отвечал офицер, – мы знаем капитана Дрейфа и готовы вступить с ним в переговоры на следующих условиях: каждый сохраняет за собой занимаемую позицию; никаких враждебных действий не будет предпринято до тех пор, пока парламентеры не вернутся каждый на свою сторону; встреча состоится на этом самом месте и будет продолжаться не больше часа; каждая воюющая сторона назначает трех парламентеров. Вы согласны с такими условиями?

– Согласен.

Учтиво отсалютовав друг другу, они распрощались. Через десять минут герцог де Ла Торре с двумя офицерами, самыми старшими после него по рангу, покинули свою позицию и под звуки трубы с парламентерским флагом выдвинулись к условленному месту переговоров, расположенному совсем неподалеку и уже занятому Береговыми братьями, которые удобно расположились в специально принесенных креслах – для себя и, отдадим должное их любезности, для испанских парламентеров.

Дрейф не мог скрыть неприятного удивления при виде герцога де Ла Торре.

– Неужели господин герцог! – воскликнул он. – Так это вы командуете войском, оказавшим мне столь нелюбезный прием?

– Да, сударь. Я глубоко сожалею, что теперь мы с вами противники. Но мое имя оказалось замешано в настолько неприятную историю, что всякие недоброжелатели осмелились обвинять меня в измене. И я жду, что еще до того, как мы начнем переговоры, вы окажете мне любезность и открыто расскажете о том, какие отношения связывали нас с вами в то время, когда мне пришлось остановиться на Санто-Доминго. Кроме того, мне бы хотелось, чтобы вы объявили во всеуслышание, правда ли то, что это я надоумил вас снарядить вашу экспедицию и что так или иначе вы признались мне в своих намерениях напасть на этот злосчастный город.

– Ваша просьба, господин герцог, вполне справедлива, и я постараюсь ее удовлетворить, взяв в свидетели двух офицеров, которые вас сопровождают. И я попрошу их хорошенько запомнить все, что я скажу.

– Сударь, – отвечал самый пожилой офицер, – мы искренне благодарны его превосходительству герцогу де Ла Торре за то, что в сложившихся обстоятельствах он выбрал именно нас. Мы постараемся оправдать столь высокое доверие и обязуемся подробно запротоколировать ваши слова, после чего попросим вас подписаться под ними, а потом подпишемся сами.

– Золотые слова, господа! Ваши пожелания будут исполнены. Не только я поставлю свою подпись, но и капитан Мигель Баск, и капитан Давид, которых я имею честь вам представить, подпишутся под моими словами.

Принесли стол, бумагу, перья и чернила. Один из испанских офицеров вызвался исполнять обязанности секретаря. Когда же со всеми формальностями было покончено, слово взял Дрейф.

– Хорошенько выслушайте меня, господа, – сказал он. – Когда два месяца тому я захватил корабль «Сантьяго», он сопровождал французский трофей. И трофей этот, в некотором смысле ценный, был судном, принадлежавшим французской Вест-Индской компании. Мне стало известно, что на его борту находится господин герцог де Ла Торре с домочадцами и прислугой, но я с ним тогда не виделся. По прибытии в Пор-Марго я представил отчет об экспедиции господину д’Ожерону, губернатору французской территории острова Санто-Доминго, и, как должно, передал ему французское судно. Господин герцог де Ла Торре тоже высадился в Пор-Марго и остановился на месяц или около того в доме, который предоставил ему губернатор. Я не имел чести быть представленным господину герцогу де Ла Торре. Я даже старался не встречаться с ним. Сказать по чести, только прошу простить меня за слова, которые могут показаться вам неприятными, мне не хотелось иметь никаких отношений с господином герцогом де Ла Торре, ни прямых, ни косвенных. Я не имел ни малейшего желания и быть представленным ему, потому что господин герцог – испанец, а я, по справедливости или нет, питаю неумолимую ненависть к его соплеменникам. Так вот, за два-три дня до отбытия господина герцога, пока я охотился с моим другом и работниками в глубине острова, близ Артибониты, где-то неподалеку послышалась ожесточенная пальба. Я поспешил на шум и увидел, как на группу достопочтенных французов, среди которых был губернатор, господин д’Ожерон, откуда ни возьмись напали испанские головорезы – человек тридцать. Французы, а вместе с ними был и господин герцог де Ла Торре, защищались отчаянно. Я был очень рад, что помог им отбиться. Тогда-то мне первый раз и случилось увидеть герцога де Ла Торре, хотя я едва успел его разглядеть. А через три дня, когда я вернулся в Пор-Марго, мне сказали, что господин герцог де Ла Торре уже отплыл в Веракрус на борту французского корабля… Такие вот отношения, господа, и были у меня с господином герцогом де Ла Торре. Мы почти не виделись с ним и никогда не разговаривали. Что же до моего похода на Веракрус, он ничего не знал о нем, да и не мог знать. У меня уже несколько месяцев зрел этот план – я задумал его втайне от всех и никому не говорил об этом ни слова. И могу поклясться честью, что все обвинения против господина герцога де Ла Торре, та измена, которую ему приписывают, – все это ложь и клевета. В конце концов, – с горечью добавил он, – мне кажется, господа, что, если судить по тому, как герцог повел себя нынче, его вряд ли можно назвать другом или союзником – скорее он действует как порядочный человек, честно и с достоинством исполняющий свой долг…

Дрейф и четверо других парламентеров скрепили вышеприведенное заявление своими подписями, после чего оно тут же было передано в руки герцога де Ла Торре.

Тот был безмерно счастлив: его чаяния исполнились – наконец-то он держал в руках неопровержимое доказательство своей невиновности.

– Господа, – сказал герцог, – прошу вас принять мои благодарности за то, что вы по всей справедливости отнеслись к делу о моей чести и приняли его близко к сердцу. А теперь давайте не мешкая перейдем к делам, послужившим причиной нашей встречи. Капитан Дрейф, я готов выслушать ваши предложения.

– Простите, господин герцог, но я не могу согласиться на какие бы то ни было обсуждения в том месте, куда вы пытаетесь их вынести, – ответствовал Дрейф. – Не мне пристало делать предложения, а вам, не забывайте. И дабы избавить вас от малейших сомнений на сей счет, позвольте вам напомнить в двух словах о вашем положении, о котором вы, похоже, не имеете ни малейшего представления. Крепость в наших руках, равно как и форт Сан-Хуан-де-Лус. Вашу эскадру мы захватили, городские ворота под нашей охраной. И в городе вы владеете лишь пятачком, который удерживает ваше воинство, и, надо отметить, со всей стойкостью. Допустим, мы с вами не договоримся, вы снова ввяжетесь в бой и будете доблестно защищаться до последнего солдата… а что потом, господин герцог? Спасет ли город ваша оборона, какой бы героической она ни была? Сами знаете – нет, потому что город у нас в руках. Мы можем сжечь его и сровнять с землей за считаные часы, и вы будете не в силах этому помешать!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация