Книга Охотник за разумом. Особый отдел ФБР по расследованию серийных убийств, страница 89. Автор книги Джон Дуглас

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Охотник за разумом. Особый отдел ФБР по расследованию серийных убийств»

Cтраница 89

Хотя мне и сейчас невыносимо тяжело читать это письмо, в каждой строчке которого сквозят сила духа и храбрость этой девушки, я не могу не привести его целиком:

1.06.1985 3:10 утра Я всех вас люблю

Последняя воля и завещание

Я люблю вас, мамочка, папочка, Роберт, Доун и Ричард, и вообще всех вас, моих друзей и близких. Скоро я уже буду со своим папой, поэтому, пожалуйста, прошу, не горюйте! Просто вспоминайте иногда, какая я дурашка и как хорошо нам было вместе. Пусть ваша жизнь на этом не заканчивается, живите дальше, проживайте каждый новый день во имя Христа. Не все так плохо. Мыслями я всегда буду с вами и в вас! (Когда захлопнется надо мной крышка гроба.) Я чертовски сильно всех вас люблю. Папочка, прости за упрямство! Господь меня простит. Ричард, мой хороший, я всегда любила и буду по-настоящему любить тебя, и я ценю те волшебные моменты, что мы провели вместе. Я прошу только одного. Примите Христа, ибо Он спасет вас. Моя семья — это вся моя жизнь. Извините, что потратила деньги на путешествие. Навестите меня как-нибудь.

Простите, если я в чем-то вас разочаровала. Я лишь хотела, чтобы вы гордились мной, потому что я невероятно вами горжусь. Мам, пап, Роберт и Доун, я хочу сказать вам столько всего, что уже давно должна была сказать. Я люблю вас!

Я знаю, что вы любите меня и вам будет очень меня не хватать, но вы, главное, держитесь друг за друга, как всегда, и тогда как-нибудь справитесь!

Пожалуйста, не горюйте и не тревожьтесь. Господи, спаси и сохрани.

С вечной любовью,

обожающая вас от всего сердца

Шэрон (Шэри) Смит

P. S. Бабуля, я очень-очень тебя люблю. Мне всегда казалось, что я твоя любимица.

А ты — моя!

Люблю и целую

Шериф Меттс отправил письмо в криминалистическую лабораторию отделения внутренних дел штата Южная Каролина на анализ бумаги и отпечатков пальцев. Прочитав текст, мы в Куантико уже не сомневались, что похищение закончилось убийством. И все же сплоченное горем семейство Смитов, чея религиозность отразилась в письме Шэри, надеялось на лучшее. 3 июня снова раздался звонок, и тот же самый жутковатый голос спросил Хильду, пришло ли письмо.

— Теперь вы мне верите?

— Не совсем. Я так и не услышала голоса Шэри. Мне нужно знать, что с ней все в порядке.

— Вы все узнаете через два-три дня, — загадочно ответил незнакомец.

Тем же вечером человек перезвонил и объявил, что Шэри жива и скоро будет дома. И все же кое-что в словах звонившего звучало сомнительно:

— Вот что я вам скажу. Шэри теперь часть меня. Физически, умственно, эмоционально, духовно. Наши души слились воедино.

Миссис Смит потребовала доказательств, что с дочерью все в порядке. Но похититель лишь повторил:

— Шэри в безопасности и… теперь она часть меня. Господь защитит всех нас.

В конечном итоге звонки удалось отследить до телефона-автомата, расположенного неподалеку, но в те дни технология перехвата была не столь совершенна: требовалось висеть на линии по меньшей мере минут пятнадцать. Так долго поддерживать разговор не сумел бы даже опытный переговорщик. Зато местное отделение потрудилось на славу и тут же направило нам записи звонков. Миссис Смит поразила нас с Райтом и Уокером своей силой духа и выдержкой. Понятно теперь, в кого пошла Шэри.

Ожидая и других звонков, Меттс попросил нас подсказать домашним, как вести себя во время телефонного разговора. Джим Райт посоветовал придерживаться тех же принципов, что и переговорщик в ситуации с заложниками, а именно: внимательно слушать, переспрашивать, если похититель говорит нечто важное, чтобы избежать двоякого толкования, попытаться его спровоцировать и выдать какие-нибудь подробности о нем самом и его планах. В таких действиях есть определенный смысл. Во-первых, они позволяют затянуть разговор, чтобы успеть отследить звонок. Во-вторых, на звонящего подобная реакция произведет впечатление положительного отклика, и он может раскрыться, выдав какие-нибудь сведения.

Не стоит и говорить, что выдерживать подобный самоконтроль, терзаясь от горя и страха, невероятно сложно. Но Смитам удавалось не только сохранять хладнокровие, но и вытягивать крупицы важной информации, чем они немало нас удивили.

Следующим вечером похититель снова позвонил, на сей раз пожелав говорить с двадцатиоднолетней сестрой Шэри Доун. Прошло уже четыре дня с момента похищения. Незнакомец поделился с Доун подробностями похищения сестры. Со слов звонившего, он остановился, увидев Шэри у почтового ящика, поздоровался, попросил разрешения ее сфотографировать, а затем под дулом пистолета затолкал в машину. В каждом разговоре он метался от видимого дружелюбия к явной жестокости и обратно к смутному сожалению, что «ситуация вышла из-под контроля».

Он продолжил свой рассказ:

— Итак, в четыре пятьдесят восемь утра… нет, стоп. Погоди-ка. Она написала вам… м-м… в три десять утра в субботу, первого июня. В четыре пятьдесят восемь в субботу, первого июня, наши души слились воедино.

— Слились воедино? — переспросила Доун.

— Что это значит вообще? — подсказала Хильда.

— Пока никаких вопросов, — отрезал собеседник.

Но мы-то знали, что это значит, несмотря на заверения злодея, что «благословение вот-вот снизойдет» и Шэри вернется домой уже следующим вечером. Он даже посоветовал Доун заранее вызвать карету скорой помощи.

— Вы получите инструкцию, как нас найти, — пообещал незнакомец.

Для нас как специалистов по психоанализу важное значение имела оговорка, когда он сперва сказал «четыре пятьдесят восемь», а потом поправился. Это подтверждалось и мрачным звонком, раздавшимся в доме Смитов в полдень на следующий день. Трубку сняла Хильда.

— Слушай внимательно. Поезжай по триста семьдесят восьмому шоссе на запад до кольцевой развязки. Съезд на Просперити. Через полтора километра свернешь направо у знака «Мус-Лодж номер сто три», а потом налево через четверть километра увидишь белое здание. Отправляйся на задний двор. Мы будем ждать тебя в шести шагах оттуда. Господь избрал нас. — Трубку повесили.

Шериф Меттс прослушал запись еще раз. Она привела его прямо к телу Шэри Смит в восемнадцати километрах от дома, в соседнем округе Салюд. На девушке были все те же желтый топ и белые шорты. Тело уже частично разложилось, из чего шериф и судмедэксперт сделали вывод, что она мертва уже несколько дней, видимо, с 4:58 утра первого июня, в чем мы ни капли не сомневались. Состояние тела не позволяло определить причину смерти и наличие признаков сексуального насилия.

Но мы с Джимом Райтом и Роном Уокером не сомневались, что, вселяя в Смитов надежду, убийца лишь тянул время, чтобы уничтожить важнейшие для следствия улики. На лице и волосах Шэри обнаружили следы клейкой ленты, но саму ленту предусмотрительно сняли — вот вам и еще один признак хорошо организованного и спланированного убийства. Но это слишком высокий уровень для начинающего преступника, а значит, мы имели дело с умным, зрелым субъектом, который возвращался к жертве ради некоего сексуального удовлетворения и оставил тело в покое лишь после заметного разложения, когда оно уже не могло создать иллюзию «отношений».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация