Книга Черное воскресенье, страница 60. Автор книги Томас Харрис

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Черное воскресенье»

Cтраница 60

— Если вы все еще думаете, что я выходил в море, то скажу вам: у меня на тот день есть алиби. Вечером один дантист в Эсбери-Парке чинил мне зубы. У меня и рецепт остался на обезболивающее.

— Надо полагать, остался, — хмыкнул Кабаков, — Долго у вас в собственности эта яхта?

— Долго. Восемь лет.

— Знаете кого-нибудь из прежних владельцев?

— Ее строили по моему заказу.

— А как вы вернули залог?

— Я оставил его в той же корзине в багажнике своей машины у супермаркета. Ключ от багажника положил под коврик на полу кабины. Когда пришел, корзину уже кто-то забрал.

На карте побережья Нью-Джерси, найденной в шкатулке Сэппа, аккуратной черной линий был проложен курс к месту встречи с сухогрузом. Рядом стояли час отправления и время в пути, а возле нескольких отмеченных точек остались карандашные следы расчетов, какие обычно производят при пеленговании радиомаяков. По три пеленга на каждую точку.

Держа карту за края. Кабаков поднес ее к свету керосинового фонаря и показал Сэппу.

— Это ваша?

— Нет. Я и не думал, что у меня такая имеется. Если в знал, давно бы избавился от нее.

Кабаков взял из шкатулки другую карту с побережьем Флориды.

— А кто прокладывал этот курс?

— Здесь — я.

Сравнение обеих карт выявило очевидную разницу в почерках. Кроме того, на карте Сэппа везде было указано Восточное поясное время, а на первой карте в точке встречи с «Летицией» стояло: «21:15». Кабакова это озадачило. Он хорошо помнил, что с катера береговой охраны яхту, пришвартованную к сухогрузу, заметили в 17:00. Разгрузка пластика навряд ли заняла больше часа, так что встретились они приблизительно в четверть или в половине пятого. И все же на карте отмечено, что это произошло на пять часов позже. Почему? Время выхода из устья Томс-ривер тоже сдвинуто на пять часов по сравнению с тем, что должно было иметь место в действительности. Казалось, тут какая-то бессмыслица, но вдруг Кабаков понял: нет, не бессмыслица. Человек, который прокладывал курс, пользовался не Восточным поясным временем, а временем по Гринвичу. Зулусское время пилотов!

— Знакомы ли вы с кем-нибудь из летчиков? — быстро спросил Кабаков. — Я имею в виду только профессионалов.

— Профессионалов что-то не припомню. — Сэпп пожал плечами.

— Думайте лучше!

— Пожалуй, был знаком. С одним парнем на Ямайке. У него имелась коммерческая лицензия. Но несколько лет назад фэбээровцы сунулись не вовремя в его багажник, чего-то там нашли и упекли парня за решетку. Это единственный профессиональный летчик, которого я знаю. Я уверен в этом.

— Так-так. Вам неизвестно, кто нанял яхту, вы не знакомы с летчиками. Не слишком ли мало вы знаете, мистер Сэпп?

— Говорю же вам, я не помню никого! Делайте со мной что хотите, это ничего не изменит. Я твердо уверен, что все равно не вспомню.

Кабаков раздумывал, не стоит ли применить к Сэппу методы допроса с пристрастием. Мысль о пытках ему претила, но он, несомненно, пошел бы на крайние меры, если бы считал, что они дадут результат. Но нет. Сэпп не участвует в заговоре. Над ним сейчас висит угроза судебного преследования; он в страхе, ведь благодаря использованию его яхты может оказаться в соучастниках бойни, и потому безусловно пойдет на сотрудничество. Сэпп постарается вспомнить каждую мельчайшую подробность, которая способна содействовать поискам нанимателя яхты. Сейчас не стоит перегибать палку, выясняя подноготную.

Следующий необходимый шаг в этом деле — интенсивный допрос Сэппа. Нужно узнать о нем все — о его деятельности, о деловых связях, о личной жизни, о мимолетных знакомствах. Но с подобной задачей лучше справится ФБР. И еще необходим тщательный лабораторный анализ карты.

Кабаков преодолел очень долгий путь и почти ничего не добился.

Из телефонной будки на пирсе он позвонил Корли.

* * *

Джерри Сэпп солгал израильтянину, но поступил так не сознательно. Он ошибался, думая, что не знает больше никого из профессиональных летчиков. Провал в памяти был вполне объясним, ведь миновало несколько лет с момента его последней встречи с Майклом Лэндером, и Сэпп давным-давно не вспоминал о злополучном дне их знакомства.

В конце того сезона Сэпп мигрировал на север. Однажды он недоглядел, и яхта на траверзе полуострова Манаскуан налетела на бревно. Ударом покорежило оба гребных винта; пришлось остановиться в лечь в дрейф. Сэпп, несмотря на физическую силу и сноровку, не сумел заменить винты в открытом море, при сильном течении. Под неослабевающим напором морского бриза яхту медленно сносило в сторону опасной отмели. Якорь волочился по дну, а Джерри не мог вызвать береговую охрану, поскольку спасатели, даже не перебираясь к нему на борт, как пить дать, учуяли бы это амбрэ. Он-то наверху давно к нему принюхался, но и сам едва не задохнулся, спустившись вниз за штормовым якорем. В каютах было свалено на пять с половиной тысяч крокодиловых кож, купленных на флоридском черном рынке у браконьера и предназначенных для перепродажи в Нью-Йорке. Когда Сэпп вернулся на палубу, он увидел невдалеке катер.

Майкл Лэндер в тот день устроил своим домочадцам небольшую морскую прогулку. Подойдя ближе, он поинтересовался, что случилось, кинул Сэппу конец и отбуксировал его в защищенную бухту. Сэпп, боясь надолго застрять в бухте на покалеченной яхте, груженной контрабандными кожами, упросил Лэндера помочь ему.

В масках с трубками и в ластах они совместными усилиями сняли при помощи рычага один из гребных винтов с оси под водой и насадили на его место запасной. Теперь Джерри мог с грехом пополам дочапать до родной стоянки.

— Не взыщите за аромат, — косвенно прощупывая намерения Лэндера, извинился Сэпп, когда они отдыхали, сидя на корме. Лэндер перед тем спускался в каюту и не мог не заметить товар.

— Это не мое дело, — сказал он.

Происшествие положило начало дружбе, которая прервалась после призыва и отправки Майкла во Вьетнам на второй срок. Но дружба контрабандиста с женой летчика продолжалась еще несколько месяцев. Поэтому в тех редких случаях, когда он вспоминал о семье Лэндеров, перед мысленным взором Джерри возникал лишь образ Маргарет.

Глава 17

Первого декабря президент сообщил руководителю своего аппарата о твердом решении посетить матч на розыгрыш Суперкубка в Новом Орлеане независимо от участия команды «Вашингтон Редскинз».

— Черт бы его побрал, — проворчал себе под нос Эл Биггс, начальник Секретной службы Белого дома. Он не слишком удивился — президент и прежде выражал подобное пожелание, — но все-таки надеялся, что в связи с угрозой террористической акции поездку отменят. Следовало бы предвидеть решение президента, размышлял Биггс. Медовый месяц с народом окончился, популярность патрона пошла на убыль, но в самом сердце американского Юга ему по-прежнему обеспечен восторженный прием.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация