Книга Гелий-3, страница 96. Автор книги Ярослав Гжендович

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Гелий-3»

Cтраница 96

— Что это?

— Докомат. Диагностическое устройство, которое может также выполнять простые хирургические операции. Кладешь пациента сюда, здесь — интуитивная сенсорная панель, которая сама тебе подскажет, что делать, а потом машина собирает его воедино. Чудес она не совершит, но жизнь спасти может — сошьет, где надо, вытащит осколки, вправит кости.

— Кислородная установка исправна, — сказал заглянувший в лазарет Кролик.

— Остальное тоже в норме. Можем отсюда сваливать.

* * *

Дальше они ехали, закачав воздух в задний шлюз, поскольку несколько раз им приходилось останавливаться, чтобы поставить датчики, а терять воздух в десантном отсеке было жалко. Этим мог заниматься один человек, надев полный скафандр, и, как правило, им оказывался не Норберт, потому что до такой степени его талантам не доверяли. В итоге он проторчал в кресле вплоть до очередного перерыва на зарядку, так что в конце концов у него разболелись кости, и после установки солнечных панелей он сам взял сегвей, чтобы покататься среди скал.

И там он совершенно неожиданно обнаружил следы — не те загадочные овалы, но обычные следы, с оттиснутым в пыли рубчатым отпечатком подошвы. Следов было много, в разных местах, а в придачу к ним — отпечаток протектора.

Он позвал остальных. Тайгер промолчал, лишь нахмурил брови, Кролик привел в боевую готовность автомат, а Нырок пробудил к жизни пушку на башенке. Норберт включил камеру и настроил параметры.

Двинувшись по следам, в большой котловине среди скал они наткнулись на лагерь — стоящий на расставленных, словно у насекомого, телескопических ногах посадочный модуль, а рядом небольшая база, напоминавшая гибрид жестяного контейнера с надувной палаткой.

— Это тот самый «Аполлон»?

— До «Аполлона-15» отсюда больше полутораста километров, — каким-то странным голосом ответил Тайгер. — А это вообще не похоже на «Аполлон».

— Тогда что это?

— На корпусе надпись «СССР». Первый Советский Союз.

— Они высаживались на Луне?

— По всем имеющимся сведениям — нет. Только посылали зонды.

— В таком случае что это такое?

— Кролик, сумеешь открыть шлюз?

— Посмотрим.

Наемник достал свой футляр с инструментами, немного поковырялся, потом повернул рычаг засова сперва в одну сторону, затем в другую, дернул, и люк открылся.

Они с трудом вместе втиснулись в шлюз, почти такой же тесный, как телефонная будка. Кролик закрыл внешний люк и открутил обычный, покрашенный в синий цвет металлический вентиль. Воздух ворвался внутрь струей пара, а потом стал невидимым. Стрелка круглого механического манометра на стене шевельнулась, поднялась, а затем остановилась возле загадочной надписи на кириллице. Кролик повернул очередную рукоятку, и послышался скрежет. Люк открылся внутрь, и они вошли, включив фонари на шлемах. Внутри все было заставлено какими-то ящиками, а у стены в кресле, напротив какого-то пульта, сидел труп.

Собственно, это была мумия — обтянутый пергаментной кожей череп в белом подшлемнике, насмешливо оскаленные зубы, склонившаяся набок голова. Труп был одет в белый аляповатый скафандр с какими-то загадочными вентилями и металлическим фланцем вокруг шеи.

На пульте стоял ящик из странного серого пластика, с маленьким экранчиком величиной с планшет, зеленым и выпуклым, словно увеличительное стекло, и грубой клавиатурой, покрытой странными буквами. Сверху лежал истлевший листок, на котором чем-то толщиной с палец, а может, смоченным в чем-то пальцем была сделана надпись.

— Что может означать «AYHA HE HAWA»? А дальше вообще какие-то иероглифы.

— Первая буква, похоже, не А, а вон та — не W. Фокус, можешь отдельно сделать обычную фотографию, которую можно переслать?

— Конечно.

Норберт навел камеру на листок, подобрал настройки и сделал снимок.

— Кто-нибудь знает русский?

— Есть такие. Кавказ — само собой.

— Возвращаемся на «Возмездие». Больше нам тут нечего делать.

На борту лунохода они связались с базой, и Тайгер велел позвать Кавказа. Тот пришел заспанный и злой.

— Переведи?

— «Луна не наша, берегите Землю». Ты что, меня разбудил из-за какой-то экологической хрени?

— Неважно, иди спать.

Они еще раз просмотрели отснятый на базе фильм.

— Когда это могло быть?

— Американцы там в последний раз высаживались в семьдесят втором. Эти — явно позже, аппаратура на вид восьмидесятых годов. Открути назад, там на стене висит какой-то график. Еще… увеличь. Ну вот — восемьдесят второй!

— И никто не знал?

— Потому что миссия закончилась неудачей, а они объявляли только об успехах.

— Но что это может значить?

— Только то, что он сошел с ума. С его товарищами что-то случилось, он заперся на базе и сидел там, пока не умер. Может, они не смогли улететь, или еще что-нибудь. Будет чем развлечь народ в отеле.

* * *

Вернувшись, Норберт отправил накопившиеся ивенты — визит новосоветских, схватку с автодроном и атаку исламистов.

Счетчик заходов обезумел, словно многоглазая тварь только и ждала новостей с Луны. Комментарии были полностью отключены, но в сети появилось несколько десятков кипящих ненавистью заявлений, а также сотни заблокированных.

На немногочисленных страницах какое-то время появлялись посты людей, словно обращавшихся непосредственно к ним: «Держитесь! Мы с вами! Ждем гелия!»

И еще один, с виду, казалось бы, лишенный всякого смысла: «Если все начнет рушиться — всегда носи с собой капсулы и диски. Хватит любого ПЭТа».

Имя пользователя выглядело абсолютно случайным, но аватар изображал человечка в черном плаще, похожей на лемех плуга маске и треугольной шляпе. Едва Норберт его увидел, он тут же вспомнил о Механике. Вот только Механика не было в живых — он взлетел на воздух на своей барже. Да и вообще — что за ПЭТ?! Какие капсулы?

Когда он наконец сообразил, что к чему, ему едва не стало плохо. ПЭТ. Позитронно-эмиссионный томограф. Если бы ему пришлось что-то записать в собственную кратковременную память, он мог затем это воспроизвести с помощью любого томографа — хотя бы здесь, в лазарете. Достаточно записать в него программу. На случай, если ему придется снимать так, чтобы его невозможно было обнаружить, без какой-либо аппаратуры, — у него есть капсулы.

Это выглядело полным безумием. Мертвый, сгоревший человек не мог послать ему сообщение. Однако это был Механик. Неуловимый, параноидальный Механик.

Безумие.

И все же Норберт достал из футляра капсулы и кристаллические мини-диски, после чего всегда имел их при себе.

Зап. 14

Датчики вообще не подняли тревогу.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация