Книга Мне бы хотелось, чтобы меня кто-нибудь где-нибудь ждал…, страница 16. Автор книги Анна Гавальда

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Мне бы хотелось, чтобы меня кто-нибудь где-нибудь ждал…»

Cтраница 16

А еще может случиться, что теленочек помер, не успев появиться на свет, и главное - не повредить корове, так что приходится, надев знаменитую перчатку, резать плод прямо в утробе и извлекать оттуда по кусочкам.

Нельзя сказать, что хорошо себя чувствуешь, возвращаясь домой после подобной «разделки».

Прошло несколько лет, кредит я, конечно, пока не выплатила, но дела идут неплохо.

Когда умер папаша Вильме, я купила его ферму и слегка ее переоборудовала.

Я кое-кого встретила, но потом он меня бросил. Думаю, дело было в моих ручищах-лапищах.

Я взяла двух собак: первый пес явился сам, и мой дом ему понравился, второй успел хлебнуть горя, прежде чем я его «усыновила». Правит на ферме, естественно, второй. В окрестностях обитают также несколько кошек. Я их ни разу не видела, но миски они опустошают. Мне нравится мой сад - он слегка зарос, зато в нем много старых розовых кустов, не требующих особого ухода. Они чудо как хороши.

В прошлом году я купила садовую мебель из тика. Заплатила дорого, но она того стоит.

Иногда я встречаюсь с Марком Пардини, он преподает - уж не помню что - в местном колледже. Мы ходим с ним в кино или ужинаем в ресторане. Он строит из себя интеллектуала, и меня это здорово веселит, потому что сама я здесь давно уже превратилась в настоящую деревенщину. Марк снабжает меня книгами и дисками.

Время от времени мы занимаемся любовью. И это всегда бывает чертовски здорово.

Вчера ночью зазвонил телефон. Это оказались Бильбоды, с фермы у дороги на Тианвиль. Парень очень просил приехать, мол, у них проблемы и дело не терпит отлагательства.

Сказать, что мне было неохота, - ничего не сказать. В прошлые выходные я дежурила, и получается, что вот уже две недели работаю без продыху. Ну да что поделаешь? Я поговорила с моими собаками - просто так, для поднятия духа, и сварила себе крепчайший кофе. Еще только вытаскивая ключ из замка зажигания, я уже знала, что все пойдет не так. Свет в доме не горел, в хлеву было тихо.

Я подняла адский грохот, колотя в обитую железом дверь, - даже праведники, и те проснулись бы. Как выяснилось - напрасно.

Он сказал: «У коровы-то моей с задницей все в порядке, может, твою проверим? У тебя-то там как, все на месте? Говорят, ты и не баба вовсе, а конь с яйцами, вот мы и решили проверить».

Двое других ужас как веселились.

Я не отводила взгляда от их обкусанных до крови ногтей. Думаете, они завалили меня на солому? Нет, все трое были слишком пьяны и боялись нагнуться, чтобы не упасть. Так что меня прижали к ледяной стене коровника - какая-то труба больно упиралась в спину. А уж как они дергались, пытаясь справиться с ширинками… Жалкое зрелище.

Они причинили мне чудовищную боль. Словами мало что объяснишь, но я повторю, если кто вдруг недопонял: мне сделали ужасно больно.

Бильбодовский сучонок, когда кончил, сразу протрезвел.

- Да ладно, доктор, мы же пошутили, ну правда. Нечасто мы веселимся, да и мой шурин, он вот прощается с холостой жизнью, скажи, Маню!

Маню уже вовсю храпел, а его приятель снова присосался к бутылке.

Я ответила: «Ну да, конечно, я понимаю». Я даже похихикала вместе с ним, и он протянул мне фляжку. Сливовый самогон.

Спиртное лишило их сил, но я все равно сделала каждому укол кетамина. Не хотела, чтобы они дергались и мешали мне работать.

Потом надела стерильные перчатки и продезинфицировала инструменты бетадином.

Слегка оттянула кожу мошонки. Сделала скальпелем небольшой надрез. Вытащила яички. Отрезала. Аккуратно зашила все внутри кетгутом № 3,5. Вложила «хозяйство» обратно в мошонки и наложила швы. Очень чистая работа.

Хозяину фермы - тому, кто вызвал меня по телефону и был особенно груб, - я пришила его яйца к кадыку.

Было около шести, когда я зашла к соседке. Мадам Брюде была уже на ногах - ей семьдесят два года, она крепкая старушка, хоть и ссохлась от возраста.

- Меня какое-то время не будет, мадам Брюде, нужно, чтобы кто-то позаботился о моих собаках… и о кошках тоже.

- Надеюсь, ничего серьезного?

- Пока не знаю.

- С кошками-то проблем не будет, хоть вы и кормите их на убой, а это неправильно - пусть мышей ловят. А вот собаки у вас слишком большие, ну да ладно - если ненадолго, я их возьму.

- Я выпишу вам чек на их питание.

- Вот и хорошо. Положите за телевизор. Надеюсь, ничего страшного не случилось?

- Цццц - ответила я с улыбкой.

И вот я сижу за своим кухонным столом. Сварила себе еще кофе и курю. Жду машину из жандармерии. Надеюсь, они хоть сирену не станут включать.

Девермон-младший

Его зовут Александр Девермон. Он розовощекий и белокурый юнец.

Вырос в тепличных условиях. Сто процентов туалетного мыла и зубной пасты «Колгейт», рубашки из чистого хлопка и ямочка на подбородке. Хорошенький. Чистенький. Настоящий молочный поросеночек.

Ему скоро двадцать. Обескураживающий возраст, когда еще кажется, будто нет ничего невозможного. Сколько иллюзий, сколько соблазнов… Но и сколько ударов еще предстоит получить.

Но только не этому розовощекому юноше, он - другое дело. Жизнь никогда его не била. Его даже за уши никто не драл так, чтобы было по-настоящему больно. Он хороший мальчик.

Его мамаша много о себе понимает. Она говорит: «Алло, это Элизабет Девермон…» - отдельно произнося первый слог фамилии, будто еще надеется кому-то запудрить мозги. Размечталась… В наше время многое можно купить за деньги, но только не аристократическое происхождение!

Фамильную гордость не купишь. Это врожденное. Но мадам все-таки носит на пальце печатку с гербом. Что за герб? Чей? Поди зная. На щите какая-то корона и несколько лилий. Французская Ассоциация Колбасников выбрала точно такой же для своего фирменного бланка, но мадам об этом не знает. Фу-у. Папаша Девермон унаследовал семейный бизнес. Предприятие по производству садовой мебели из белой пластмассы. Мебель «Рофитекс».

Гарантированно не желтеет десять лет в любом климате.

Пластмасса - что и говорить, простовато, для кемпингов и пикников на лужайке. Куда шикарнее тиковое дерево; представляете - основательные скамьи, красиво темнеющие от времени и порастающие мхом под вековым дубом, который посадил еще прадед… Ну да ладно, что досталось, то досталось, выбирать не приходится. Кстати о мебели, это я, пожалуй, дала маху, когда сказала, что Младшенького не била жизнь. Было дело, было. Однажды, танцуя с девицей из хорошей семьи, тощей и породистой, как английский сеттер, он получил-таки щелчок по носу.

Это случилось на званом вечере, из тех, что устраивают мамаши, не считаясь с расходами, лишь бы их чада не соблазнились прелестями какой-нибудь Ханы, Лейлы и им подобных, от которых за километр несет если не серой, так кухней.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация