Книга Стиг Ларссон: человек, который играл с огнем, страница 62. Автор книги Ян Стокласса

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Стиг Ларссон: человек, который играл с огнем»

Cтраница 62

– Джио говорит, вы выходили из дому в вечер убийства, где-то после девятичасовых новостей.

– Вот как? Странно, мы провели весь вечер вместе.

– И еще она сказала, что у вас был револьвер «смит-и-вессон».

Альф немного подумал.

– Не могу вспомнить. У меня была куча пистолетов.

И Альф рассказал, что в тот вечер, когда произошло убийство, он встретил на Свеавеген двух знакомых полицейских. И только потом он понял, что они-то и убили Пальме.

– Можете их описать? – спросил я.

– Да, могу. Но не стану.

Альф фыркнул и приложил руки ко рту, показывая, что тот на замке.

– Почему не станете?

– Ну, потому что на основании моих показаний их осудят.

– Но разве не будет правильно, если их приговорят за убийство? Они же совершили одно из самых ужасных преступлений, разве нет?

– Есть вещи, которые надо сделать, и это не имеет никакого отношения к закону. Потому что законодатели не учли… Вы понимаете? Когда один конкретный человек понимает, что… Тогда он не соблюдает законы. Если речь о разрушении страны.

– То есть вы считаете, что они поступили правильно, застрелив Пальме?

– Да ничего они правильно не сделали, стреляя в Улофа Пальме, – сказал Альф. – Надо было делать, как я говорил, и за день до этого уйти в отставку… Я имею в виду уже после того, как все было сделано. И получается, человек спас Швецию, но должен отбывать пожизненное заключение.

– А вам бы этого не хотелось?

– По-моему, если кто-то спас Швецию, он достоин всяческой похвалы. Разве спасти десять миллионов человек – это не хороший поступок? Как по-вашему? Десять миллионов, обычные люди, труженики. Потому что, если бы Улоф Пальме продолжал бы то, что он делал, Швеция стала бы Грецией. Когда-то это была прекрасная страна, колыбель демократии. А теперь – худшая в мире. А Швеция была бы и того хуже.

Энерстрём произносил все это, посмеиваясь, но под конец посерьезнел.

– Это происходит повсюду в мире, понимаете? Почему убили Кеннеди? Подумайте. Лучший из всех, кто только у нас был, и его убили. И смерть его подали неправильно, назвали убийством. Убийство – такое дело, с которым лучше не иметь ничего общего, верно? Кто решил, что это убийство? Вы знаете этого человека? Нет, но такова жизнь…

Альф замолчал. Подождав, я спросил:

– Как вы познакомились с Бертилем Ведином?

– Понятия не имею, кто это такой.

Я с удивлением глянул на Бо, но тот, качнув головой, показал, что тоже не имеет представления о Ведине.

– А Якоб Теделин?

– Кто это?

– Он был вашим помощником или учеником, некоторое время он прожил с вами.

– Не помню такого.

Бо тоже, казалось, не понимает, кто такой Якоб. Я недоумевал: из переписки Якоба с Ведином я знал, что Альф и Бо знают их обоих. Но те недвусмысленно это отрицали. Я задал еще кое-какие вопросы, а потом Энерстрём и его друг ушли.

Через пару дней Альф и Бо предложили выпить вместе кофе. Оказалось, что к ним вернулась память. Однако с Бертилем они оба лишь несколько раз говорили по телефону. А Якоб Теделин был вообще приятелем Джио, а не Альфа.

Следуя по стопам Стига, я постоянно забредал в тупики, но все время узнавал нечто новое. Я познакомился с Ведином, Уильямсоном и Энерстрёмом. Ультраправый Андерс Ларссон и полицейский Карл-Густав Ёстлинг уже умерли. А Якоб Теделин жив, но чтобы узнать, что он все-таки делал в тот вечер, когда погиб Улоф Пальме, не оставалось ничего иного, кроме как спросить его самого напрямую. Надо было добиться от Якоба согласия на разговор.

Решение

Стокгольм – Фальчёпинг, март – июль 2017 года


Сама идея была простой, а вот с тем, чтобы отважиться на ее воплощение в жизнь, да и с самим воплощением все обстояло намного сложнее. Я ведь не просил Лиду разговорить Теделина или взломать его ящик.

За несколько лет нашего знакомства с Лидой Комарковой я узнал многое, что подкрепляло гипотезу Стига с моим собственным дополнением, что в убийстве Пальме был замешан «Рикард» – Якоб Теделин. Несмотря на предоставленный мной отчет о Якобе и мои статьи о нем в Svenska Dagbladet, полиция ничего не предпринимала.

Для меня оставалось два варианта дальнейших действий: либо просто сдаться, либо прибегнуть к методу Стига – к журналистике под прикрытием, или внедрению. Репортер под прикрытием встречается с людьми, которых просто так не расспросишь, и получает доказательства, подтверждающие его гипотезу.

Однако, хотя Теделин был человеком экстремистских взглядов и его подозревали в причастности к убийству Пальме, он был во многих отношениях уязвим. Он рано вышел на пенсию, с трудом уживаясь на разных рабочих местах. У него почти не было друзей. Следовало все взвесить: его личные проблемы и потенциальные положительные результаты операции под прикрытием.

Я раздумывал над этим месяца два, и тут позвонил Николас Шмидл, сказал, что встречался со своим редактором из New Yorker. Редактору очень понравилась первая часть его статьи, а вот второй, где Николас попытался выстроить цельную картину, не хватало связности и конкретики. Так что с публикацией возникали сложности.

В итоге я принял решение. Я не сдамся. Придется поиграть в секретного агента. Я позвонил в Прагу и обсудил это с таинственной Лидией Комарковой.

Якоб и Лида

Аэропорт Ландветтер, Гётеборг, июль 2017


Лида вышла из терминала. Пока мы шли к моей «вольво», закурила сигарету.

– Нужно слегка убавить эффект свежего воздуха, – сказала она по-английски. – Так это и есть Гётеборг? Похоже на любой другой аэропорт в дождливую погоду.

Сев я за руль, я сказал:

– Якоб переехал из Буроса в Фальчёпинг, захолустный городишко в окружении полей, лесов и невысоких гор. Ехать туда около часу.

Чтобы втереться в доверие к Теделину, мне понадобилась помощь Лиды. Она провела два года в США, а теперь по каким-то своим соображениям приняла мое предложение прилететь в Швецию и встретиться с Якобом. Я не очень понимал Лиду. Похоже, она всю жизнь искала рискованных приключений. Встреча с предполагаемым убийцей по просьбе малознакомого человека всего лишь повышала градус риска.

– Почему вы согласились приехать? – полюбопытствовал я.

– Я всегда соглашаюсь, когда мне делают увлекательные предложения. И со всеми, кого я встречала, мне было легко, но никогда не получалось построить что-то долговременное. А этот проект как раз такой, какого я ждала. Если мне удастся добиться от Якоба правды, эта правда будет тем, что множество людей искало тридцать лет.

Лида отвечала прямолинейно. Однако истина почти всегда сложнее прямолинейности. И я так и не узнал настоящего имени Лиды. Она знала людей, которые сумели взломать почтовый ящик незнакомца. Тем не менее как-то так вышло, что я доверял Лиде. Вместе мы могли бы сделать примерно то же, что в девяностых делали Стиг Ларссон и Джерри Гейбл.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация