Книга Барабаны любви, или Подлинная история о Потрошителе, страница 172. Автор книги Светозар Чернов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Барабаны любви, или Подлинная история о Потрошителе»

Cтраница 172

– По ночам вы грезили обо мне, а днем вы искали забвения в объятиях какой-то старухи, – сухо заметила миссис Смит.

– Какой еще старухи? – поразился Артемий Иванович.

– Вчера вы входили с ней в гостиницу Клариджа. Я знаю, что эту гостиницу всегда облюбовывают разные принцы, иностранные послы и их любовницы. Кто эта мерзавка?

– Видите ли, Асенька, мадам Новикова… – мрачно начал Артемий Иванович, который догадался, о чем идет речь, хотя совершенно не понимал, откуда Эстер могла прознать про вчерашнюю встречу. – Это удивительная женщина… Я ходил просить к ней насчет этого… Боюсь вам сказать, но…

Лицо Эстер еще больше помрачнело, окончательно утрачивая свою привлекательность. Взгляд ее стал ледяным и презрительным.

– Словом, вы, замужняя женщина, не могли дать мне того, что мне было так необходимо… Я не хотел, чтобы кто-нибудь об этом узнал…

– Чего же я не могла вам дать как замужняя женщина? – уничтожающим тоном задала вопрос миссис Смит.

– Комнату, – выдавил из себя Артемий Иванович. – Для делового свидания, которое мне необходимо было сохранить в тайне даже от Фаберовского. Я не мог воспользоваться даже своим гостиничным номером, ведь коридорные так продажны и болтливы.

– Как же вы отпустили своего партнера одного в Уайтчепл? – весело рассмеялась Эстер и, к удивлению Артемия Ивановича, чмокнула его в щеку. Окружающая пустота и звериные рыки, доносившиеся из тумана со стороны Львиного дома, теперь не угнетали, а возбуждали ее. – Этой ночью ему сломали руку.

– Ну да… – сказал Артемий Иванович. – Как же это сломали руку? Он же только что ушел с вашей падчерицей и ходит с ней в пустом зоосаде, в тумане, в котором конца собственного зонтика не увидишь! Степан! Степан! Где ты?

Фаберовский с Пенелопой в это время шествовали вдоль длинного ряда клеток с хищниками в Львином доме. Львы ходили за решетками и беззлобно порыкивали на людей, хранитель громко храпел в углу прохода на стуле, заглушая всякие звуки.

– Как продвигается ваша книга? – спросила Пенелопа, рассеянно глядя на клетки.

– Я получил гранки и уже правлю их, – Фаберовский постучал тростью по ограде и лев грозно рявкнул на него. – Как только книгу издадут, первый же экземпляр я преподнесу вам.

Пенелопа остановилась и повернулась к Фаберовскому.

– Я ничего не говорила отцу и Эстер, – сказала она, – но я узнала вас в ту злополучную ночь, когда вы с Гуриным проникли к нам в дом. Вы убедили Эстер, что в доме находился только ваш друг, но я знаю, что это вы рылись в кабинете моего отца.

– Перед вами, Пенелопа, я не буду ничего отрицать. Я действительно был в кабинете доктора Смита.

– Но зачем вам это понадобилось? Между вами и отцом происходит настоящая война. Он подсылает к вам убийц, а потом нанятые им люди вскрывают сейф в вашем доме, вы в отместку вымогаете у меня адрес Проджера и избиваете его, а сами устраиваете обыск в кабинете отца. Что вы прикажете делать мне в этой ситуации? Сначала вы оскорбляете мои дочерние чувства, пользуясь доверчивостью моей мачехи и проникая в святая святых моего отца, в его кабинет, а потом как ни в чем не бывало передаете мне цветы и приглашаете на прогулки…

– Не я начал эту войну и не в моих силах пока ее остановить. В глазах вашего батюшки я самое настоящее отродье: католик, да еще инородец. И его не волнует, что не так давно я перешел в англиканство, а в Англии проживаю уже больше десяти лет. Доктор Смит все равно намерен отправить меня и мистера Гурина на виселицу, убедив полицию в том, что мы являемся виновниками Уайтчеплских убийств. Я вынужден бороться за свою жизнь.

– Но, может быть, я могу убедить отца в том, что вы невиновны?

– Не будьте наивной, Пенелопа, – Фаберовский взял девушку под руку и повел ее из львятника на свежий воздух. – Дело зашло так далеко, что вашего отца удовлетворит только моя смерть.

– Но это же ужасно!

– Ужаснее всего то, что мои чувства к вам, милая Пенни, не позволяют мне уничтожить вашего отца в этой войне. В этой ситуации, наверное, для нас лучше всего расстаться, ведь время, говорят, излечивает раны. В ближайшие дни мистер Гурин покидает Англию и я намерен присоединиться к нему, оставив вашего отца с миром.

Про свой отъезд Фаберовский сочинил, полагая тем самым заставить ее помучится и постоянно возвращаться к нему мыслями. Но ожидаемой немедленной реакции поляк дождаться не успел, потому что издалека, со стороны пруда, раздался приглушенный туманом рев.

– Что-то случилось с мистером Гуриным, – уверенно произнес Фаберовский, прислушиваясь.

– Что вы, это ревет слон, – возразила Пенелопа.

– Слоны там, через туннель под аллеей, а это ревут морские львы.

Артемий Иванович бежал, держа за руку Эстер, по дорожке мимо низкой оградки, окружавший водоем с морскими львами, и трубно голосил:

– Степан! Степан?! Да где же он, черт побери!

Артемий Иванович набрал в грудь побольше воздуха и тут увидел появившегося из тумана Фаберовского с Пенелопой под руку.

– Степан! Что у тебя с рукой?

– А что у меня с рукой? – удивился Фаберовский.

– Ты же мне сказала, что ему сломали руку! – повернулся к Эстер Артемий Иванович.

– Я пошутила, – тихо пробормотала та, успевшая понять, какую глупость сморозила она, упомянув про Ландезена и едва не раскрыв их с Пенелопой несчастное ночное приключение.

– Ну и шуточки же у тебя! – разозлился Владимиров. – Да вы, англичане, нас русских, наверное, за дикарей считаете? Ни на что не способными, да? Да хочешь, я тебе прямо здесь задушу сивуча голыми руками? – крикнул он и повторил еще громче, чтобы поляк наверняка услышал его: – Я сейчас задушу голого сивуча вот этими самыми руками!

И он бросился на ограду. Морские львы, потревоженные им, поднялись на передние ласты и ревели, показывая мощные зубы. Фаберовский ухватил Владимирова, когда Артемий Иванович уже занес ногу, чтобы затем перевалиться на другую сторону. Эстер истошно визжала, а Пенелопа верещала, представив, как сейчас морские львы разорвут мистера Гурина на куски.

– Опомнитесь, Гурин! – громко укорял Фаберовский Владимирова по-английски. – Неужели вам не жалко бедных львов? Что они вам сделали? И потом, нам придется платить огромный штраф!

– Она меня за идиота считает! – мертвой хваткой вцепившись в ограду, орал Владимиров.

– Куда ты рвешься, мне не удержать тебя! – сквозь зубы прошипел по-русски поляк.

– Все равно я их порешу! – крикнул Артемий Иванович, рванувшись, и почувствовал, как хватка Фаберовского ослабла, отчего он на самом деле едва не свалился в воду. – Ты чего не держишь меня?!

Владимиров обернулся и увидел, что Фаберовский согнулся, держась за поясницу.

– Вот, черт! – воскликнул Артемий Иванович. – Что с тобой?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация