Книга Ночь эльфов, страница 13. Автор книги Жан-Луи Фетжен

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ночь эльфов»

Cтраница 13

– Дагда говорила со мной в эту ночь, – произнес старый друид, величественно выпрямившись. – Она простерла туман над Элиандским лесом и погасила гнев Ллэндона.

Королева перехватила взгляд стоявшего за ним ученика, который старался сдержать улыбку. Гвидион всегда любил торжественные речи…

– Я пытался, но так и не смог увидеть, защитят ли боги твоего ребенка или же им не по нраву его рождение. Ты согласишься помочь мне, дочь моя?

Ллиэн серьезно кивнула.

– Хорошо, – произнес старый эльф.

Он простер над ее головой руку, а затем увлек к подножию дуба, где со стоном опустился на землю.

– Ллэндон отправился на войну с людьми, ты об этом знаешь?

Ллиэн почувствовала, как у нее сжалось сердце. Она едва не задохнулась, сраженная этим жестоким известием. Но Гвидион лишь пожал плечами, словно бы это не имело никакого значения.

– Может, это и хорошо, а может, и плохо… Я уже давно спрашивал себя, правильно ли мы поступили, когда вернулись в Броселианд, отказавшись участвовать в том, что происходит… Этой ночью я ходил в священную рощу и смотрел в Чашу Дагды. Я видел битву – армию людей, стоявшую под Красной Горой, великую скорбь гномов, Меч Нудда в руке человека – у него был всего один глаз, лицо, рассеченное шрамом, и руки из серебра… Ты знаешь, что это значит?

Он не смотрел на Ллиэн, и она не осмеливалась перебить его. Гвидион никогда не выходил из леса и не видел металлических доспехов. Несомненно, он принял человека из своего видения за самого Нудда Эргетлама – «Среброрукого», как звался он в эльфийских легендах,– потерявшего руку в битве богов Маг Туред. Гном Гредн выковал ему руку из серебра – металла, считавшегося символом Луны…

Ллиэн подумала о мече, который они пытались разыскать в Болотных Землях, потом перед ее глазами возникло лицо человека с одной пустой глазницей, рассеченное шрамом… Стальные доспехи… Конечно же, это был сенешаль Горлуа.

– Народ гномов побежден, – продолжал Гвидион, – и их талисман – в руках людей…

Наконец он повернулся к Ллиэн, которая прежде также была его ученицей.

– Еще раньше были побеждены монстры, но их талисман никто не отобрал. Понимаешь?

Ллиэн отрицательно покачала головой.

– Монстры, даже побежденные, будут жить на этой земле, поскольку их талисман остался с ними, – терпеливо продолжал друид. – Но гномы не смогут уцелеть без Меча Нудда… Они исчезнут или станут людьми – какой-то уродливой разновидностью людей…

Гвидион вздохнул.

– Я уже стар, слишком стар… Сядь возле меня.

Ллиэн со вздохом облегчения развязала пояс, на котором висел ее длинный кинжал, и, опустившись на землю, вытянулась во весь рост, прижимаясь щекой к колену Гвидиона – как в те времена, когда она была маленькой и засыпала, убаюканная его бесконечными историями. Гвидион погладил ее по голове и начал заплетать ее длинные черные волосы в косы.

– Может быть, Ллэндон прав, – сказал он. – Если люди в самом деле хотят подчинить себе весь мир, то он, конечно, прав… С другой стороны, есть еще твоя дочь.

Ллиэн не произнесла ни слова, но широко раскрыла глаза и затаила дыхание.

– Ллэндон знал, – прошептал друид так тихо, что бы его могла слышать только она. – Он обо всем знал с момента твоего возвращения… Меня самого это удивило. У него дар предвидения, хотя он никогда не любил об этом говорить… Я думаю, он увидел этого ребенка еще в твоей утробе, и то, что он увидел, его ужаснуло…

– Но это всего лишь ребенок, – прошептала Ллиэн. Гвидион посмотрел на нее с нежностью. Сейчас она напоминала ему ту девочку, которую он долгие годы обучал тайнам природы и магии рун, – девочку, которая позже стала королевой…

– Однако ты видишь – они все ушли. Остались только мы.

Крупные слезы заструились по щекам Ллиэн, и она спрятала лицо в складках длинной красной мантии друида.

– Ничего не поделаешь, они испугались, – мягко сказал он. – Это все из-за тумана, что спустился этой ночью, Фет Фиада… Даже твои братья сами не свои от страха. Посмотри на них…

Ллиэн подняла голову и, встретив улыбающийся взгляд старого друида, обернулась в ту сторону, куда он указывал. Ее братья, держась на расстоянии, неуверенно переминались с ноги на ногу, словно деревенские увальни. Блориан попытался улыбнуться ей. Дориан смотрел в сторону.

– …Но они твои братья, поэтому они остались.

Ллиэн улыбнулась, потом встала и вытерла щеки, мокрые от слез.

– Моя дочь – всего лишь ребенок, Гвидион, – повторила она прерывающимся голосом. – Как можно бояться ребенка?

Старый эльф молча смотрел на нее, пока она полностью не успокоилась. Ее веки распухли от слез, нос покраснел – он подумал, что она похожа на мышку, свалившуюся в ручей… и в то же время она была так красива… Гвидион обнял ее за шею и привлек к себе, потом вспомнил, что он почтенный старец, и лишь слегка погладил ее по щеке.

– Ты – королева… Твоя дочь когда-нибудь должна будет стать нашей правительницей. Но разве может дочь человека править народом эльфов?

Ллиэн замерла от неожиданности. На лице Гвидиона появилась улыбка.

– Как? – спросил он, явно забавляясь. – Ты думаешь, мне неизвестно, кто ее отец?

Ллиэн опустила голову и покраснела (для эльфийки это означало, что ее щеки приобрели красивый темно-голубой оттенок).

– Итак, мы стоим на перекрестке дорог, – продолжал Гвидион. – Война или твоя дочь. И в обоих случаях будущее эльфов связано с людьми.

Он слегка усмехнулся и покачал головой.

– Это произошло так внезапно… И я ничего не увидел.

Ллиэн поднялась. Пряди волос прилипли к щекам, влажным от слез. Гвидион осторожно убрал их кончиками пальцев, и она прижала руку старого эльфа к губам.

– Итак, мы должны узнать, – сказал он.

Он сделал знак Ллоу Ллью Гиффу, и тот, приблизившись, протянул королеве раскрытый джутовый мешочек. Все эльфы знали этот мешочек, в котором хранилось двадцать девять рун, вырезанных на маленьких Деревянных дощечках.

– Не забудь, что выбираешь жребий для нее, – прошептал ученик друида, когда Ллиэн опустила руку в мешочек.

Гвидион, не вставая с места, начертил на земле широкий круг кончиком своего посоха и кивнул, словно подтверждая слова ученика. Ллиэн удержала руку и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на мыслях о дочери, – и в тот же миг Рианнон что-то залопотала внутри шалаша. Этот лепет и слабое хныканье были отчетливо слышны в тишине поляны, и все, кто здесь оставался, невольно улыбнулись.

– Это хорошее предзнаменование, – сказал Гвидион.

Тогда Ллиэн, больше не колеблясь, ухватила столько дощечек, сколько поместилось в руке, и сжала пальцы.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация